Сияние огненного опала - Элизабет Хэран

– Это поможет галерее?

– Еще как! – с восторгом воскликнул Гарет.

– Тогда вам остается лишь сообщать мне, когда вам будет нужен камень, – сказал Джонатан.

Эрин сочла очень пикантным, что в этот момент опал находился тут же, рядом с ними, и что об этом знали лишь она и Джонатан.

– Нам нужно только хорошенько продумать, как мы представим публике камень, – сказала она.

– Есть предложение, – сказал Брэдли. – Опал можно положить на подест, а за ним, на стене, написать фреску. Что-то вроде пейзажа, где будут изображены места, в которых был найден опал, и старатель возле костра.

– Замечательная идея! – воскликнула Эрин.

– Кому мы закажем такую фреску? – забеспокоился Гарет.

– Может, художнику, чьи работы мы сегодня выставили? – предложил Брэдли.

– Толковое предложение. Ты думаешь, он справится?

– Да, несомненно.

– Ты сможешь уговорить его, чтобы он пришел сюда?

– Наверное, только после заключения договора, если мы дадим ему гарантии приватности.

– Я уверен, что это можно сделать, – заверил сына Гарет.

– Фреска? Действительно, замечательная идея, – сказал Джонатан, заразившийся общим энтузиазмом.

– Вы можете описать мне опаловые поля? А я передам эту информацию художнику, – спросил Брэдли у Джонатана.

– Конечно.

Они уселись в углу зала и продолжили разговор.

Марли не отходила от Эрин, а та баловала ее жареными колбасками в тесте и маленькими канапе, налила ей молока. Когда девочка наелась до отвала, Эрин повела ее на экскурсию по галерее, объяснив, что здесь ее рабочее место. Ей было радостно видеть рядом с собой Марли. Она скучала по девчушке больше, чем могла предположить.

Марли рассказала ей о матери Джонатана, даме по имени Мэй, – что она очень добрая. Казалось, девочка уже успела к ней привязаться. Но вот Лайзу она почему-то не упоминала вовсе.

– Бабушка Мэй печет для меня шоколадные булочки. Я их очень люблю, – сообщила Марли. – Она мажет их сверху глазурью.

– Хм-м, я тоже люблю шоколадные булочки, – отозвалась Эрин.

– А еще бабушка Мэй читает мне книжки.

– Очень хорошо, я рада, – сказала Эрин.

– Где же дядя Корнелиус? Мне так хочется поиграть с ним в мяч.

– Он все еще в Австралии, – ответила Эрин.

– В нашем доме?

– Нет, в Западной Австралии, в городке под названием Брум. Он покупает там жемчуг, который потом продаст в Англии.

– Мне Австралия нравится больше, чем Англия, – заявила Марли и грустно опустила голову.

Эрин мысленно посочувствовала девочке.

– Марли, к новому месту привыкаешь не сразу. Я вот очень скучала по Англии, галерее и моей семье, когда была в Австралии. Но потом все-таки привыкла.

– Мне понравился дом, в котором мы жили. Дом, где я играла с дядей Корнелиусом. Я скучаю по моим качелям. Мне очень хочется, чтобы мы снова там жили.

Эрин чуть не заплакала.

– Да, там было в самом деле очень приятно и красиво, верно? – растроганно согласилась она. Ей тоже хотелось бы вернуть назад те дни. Марли не понимала, что они больше не могут жить вместе, что Джонатан женится на Лайзе и будет жить с ней в Англии.

Вернулись Джонатан и Брэдли.

– Пожалуй, нам пора возвращаться домой, – объявил Джонатан.

– Я не нахожу слов, чтобы поблагодарить вас за то, что вы делаете для нас, – сказала Эрин.

– Я был бы готов сделать еще больше… Я рад, что вообще могу что-то для вас сделать… Через две недели я привезу вам «Австралийскую Олимпиаду». – Он взял Марли за руку. – Ваш брат считает, что за это время вы сможете подготовить все для выставки.

– Да, я надеюсь, – ответила Эрин. Ей очень не хотелось отпускать своих друзей, но она радовалась, что скоро увидит их снова.

Она помахала им рукой в окно, когда они шли по улице, и ее глаза наполнились слезами. К ней неслышно подошел Брэдли.

– Ты их любишь, сестричка? – спросил он.

Эрин смахнула слезы.

– Я… конечно, люблю.

– Мне кажется, что Джонатана ты не просто любишь. В Джонатана ты влюбилась, – не унимался Брэдли. – А еще я вижу, что малышку ты любишь, словно она твоя плоть и кровь.

Сначала Эрин хотела отмахнуться от слов брата – мол, ничего-то она не влюбилась… Но не смогла.

– Да, я люблю Марли как родную дочь, но никогда не смогу стать ей матерью, потому что Джонатан помолвлен с другой. Поэтому не имеет значения, как я к ним отношусь и что чувствую.

– Я заметил, как он смотрел на тебя. Он тоже тебя любит, – сказал Брэдли.

У Эрин учащенно забилось сердце.

– Он порядочный человек. Замечательный. Его невесте очень повезло.

– Жизнь иногда делает причудливые зигзаги, сестра. Я считаю, что вы трое просто созданы друг для друга.

– И все-таки это невозможно, – возразила Эрин. – Наверное, мне просто не суждено найти настоящее счастье.

Брэдли обнял ее за плечи.

– Я так не считаю, – утешил он ее. – Ты подожди немного.