Учитель под прикрытием. - Галина Львовна Романова

Нет, это была настоящая кладовая – вдоль стен теснились полки с многочисленными ящичками, коробками, мешочками и горшочками. Под потолком были натянуты бечевки с пучками целебных трав. В нескольких корзинах на полу находились сушеные фрукты и корнеплоды, а также крупные кости.

- Ничего не понимаю.

- Где мы? – Агнешка пихнула меня локтем. – И где мэтресса Кит?

Хотелось бы мне самому это знать! Ошибиться я не мог, это было здесь. Но…

- Ищи тайный ход, - я двинулся вдоль стеллажей и полок, по очереди дергая их все и переставляя с места на место каждый горшочек, коробку или ящичек. Каждый предмет мог быть тем ключом, который отпирает потайную дверь. Но сколько их тут! Мы и до утра не разберемся! В досаде решительно повел рукой по полке, скидывая все на пол. В воздух взвилась смесь из перьев, толченой коры, сухих трав и всякой всячины. А, плевать! Потом уберем!

Агнешка, недолго думая, последовала моему примеру. Одна полка очистилась. Вторая… третья…

- Ой!

Размахнувшись, девушка попыталась освободить четвертую, но рука наткнулась на препятствие. Один из горшочков не шевельнулся.

- Нашла!

На вид это был обычный горшок, без украшений и особых примет. Но он оказался единственным пустым. И, стоило его повернуть вокруг своей оси, как один из стеллажей уехал в сторону, открывая еще одну дверку.

Мы были у цели. Но кое-кто нас опередил.

Моя жена подняла голову. На бледном подбородке шевельнулись черные губы:

{- Надо же. Я думала, вы будете дольше… искать }

Смерть белой тенью замерла в изголовье лавки, на которой навзничь лежала растрепанная женщина в одном исподнем платье. Учитывая, что на дворе стояла зима, а в подземельях всегда холодно, ясно было, что это могло убить ее вернее ножа или яда.

- Мэтресса Кит, - всхлипнула Агнешка басом и повалилась на колени, заголосив, как на похоронах: - Ой, да что же теперь будет-то? Ой, мамочка! Горе-то какое! Ой…

Хотелось ударить истеричку, но я не стал отвлекаться. Смерть была еще тут. В воздухе еще – или уже? – не пахло вереском. Как бы то ни было, у меня был крохотный шанс. Шанс, что то, что я собирался сделать, я успею сделать вовремя.

Метнувшись вперед, я схватил лежащую женщину и стремительно, как мешок с тряпьем, перевернул ее на лавке так, что теперь к моей жене были обращены ее ноги. Босые бледные до синевы ноги со скрюченными от холода пальцами.

{- Аа-а-ах…}

Смерть отпрянула, как будто ее ударили кулаком в грудь. Агнешка захлебнулась слезами:

- В-вы… что сделали?

{- Ты}, - эхом вторила моя супруга, -{ что ты сделал? }

- Хватит бессмысленных смертей, - отрезал я. – Слишком много трупов, тебе не кажется? Я уже упустил студентку Будрысайте и, кто знает, кого упущу еще. Но ее… оставь.

{- Аа-ах… ты… смелый! }

- Какой есть. За то и любишь.

{- Уй!} – моя жена по-простому топнула ножкой. –{ Знала бы я, что ты… такой…}

- Что? Развелась бы? Давай, пока не поздно!

{- Что? –} она подалась вперед. – {Что ты сказал? Ты хочешь меня… бросить? }

- Сейчас я хочу отнести мэтрессу Кит в больницу, - огрызнулся я, сбрасывая плащ и кутая в него чуть живое тело. – Мне некогда. Потом поговорим! Агнешка, с дороги. И вообще уходи. За мной идет Смерть!

Студентка взвыла и на карачках поползла к выходу. Уже там она кое-как выпрямилась и, помогая себе руками, кинулась наружу. Я шел следом.

{- Вот ты, значит, как? }– Смерть действительно шла за мной, шипя, как рассерженная кошка. – {Меня можно отталкивать, можно мною пренебрегать…Но я тебе не простая девка! Я – богиня. От богинь не уходят просто так. Ты об этом еще пожалеешь.}

- А как же… пожалею… если оставлю все, как есть, - пропыхтел, сбив себе дыхалку.

{- Ты… ты…}

- Я. Некромант. Делаю свою работу.

{- Работу целителя! }

- Это все равно.

Нам пришлось прерваться – в подвал спешили гости.

Грохот выламываемой двери и разгром кладовки не мог остаться незамеченным. В притихшем на ночь корпусе звуки из подвала разносились далеко, и ночной сторож уже спешил навстречу злоумышленникам. Правда, он тут же раздумал нас арестовывать, когда заметил, кого я несу. Бросил все и кинулся на подмогу. Так в четыре руки мы и потащили потерявшую сознание Верину Кит в соседний корпус, к целителям, сопровождаемые всхлипывающей Агнешкой. Смерть отстала где-то по дороге.

Нам повезло. В учебном лазарете редко надолго задерживаются больные – чаще всего это старшекурсники и аспиранты-добровольцы, на которых тестируют новые заклинания. Ну, в крайнем случае те, кто получил какие-нибудь травмы. Большинство проводят там один-два дня, после чего возвращаются в общежитие. Если же что-то серьезное, отправляются домой.

В этот раз в лазарете было двое больных – парнишка с факультета ведьмаков, получивший травму, и какой-то аспирант-алхимик с ожогами. Воспользовавшись тем, что после обеда почти нет занятий, он решил провести кое-какой эксперимент – и угодил на больничную койку. Поэтому мастеру Голону пришлось задержаться и оставить здесь одну из своих помощниц.

Знакомая мне целительница, госпожа Донна Воробей, только прикорнувшая на смотровой кушетке, всплеснула руками, когда мы ввалились в лазарет. Впереди мчалась Агнешка, криками сзывая на помощь. За нею спешил я, тащивший на руках бесчувственное тело. Замыкал нашу группу сторож, громко возмущавшийся нарушением режима.

- А кто отвечать! Кто отвечать-то будет? – орал он. – Дверь поломали, натоптали…меня разбудили…

- Охота поспать? – я приостановился на крыльце, переводя дух перед последним рывком. – Могу поспособствовать. Вечный сон вас устроит?

- Э-э… вы чего это тут? Вы мне тут не того! Я при исполнении!

- Я тоже.

Набрав полную грудь воздуха, последним рывком буквально вздернул себя и свою ношу на высокое крутое крыльцо лазарета.

- Да это же мэтресса Кит? – всплеснула руками госпожа Донна, когда я уложил женщину на кушетку и осторожно размотал плащ. – Что вы с нею сделали? Как вы