Последний долг - Пэппер Винтерс

― Нила…

Мои мышцы обмякли, реагируя на желание в его голосе.

Я ответила на его поцелуй.

Наш поцелуй становился первобытным, влажным, поглощающим. Он посасывал мой язык, хриплые стоны вожделения и обладания вибрировали в его груди.

Джетро потянул меня за волосы, принуждая откинуть голову. Обнажив мою шею, он проложил дорожку поцелуев вниз по моему подбородку и горлу к груди. Он не отпускал мои волосы, пока его рот находился на моем соске.

Я вскрикнула, когда он сильно потянул, словно натягивая невидимую нить между грудью и киской. Лоно сжалось, я моментально намокла и раскрыла ноги с откровенным приглашением.

Перевернув меня на спину, он скользнул своим твердым телом по моему. Его бедра идеально поместились между моими раздвинутыми бедрами, и он тяжело задышал, когда его член эротично прижался к моей нежной плоти.

Захватив мои волосы в кулак, он глубоко поцеловал меня, его вкус пьянил меня. Удовлетворение, облегчение, отчаяние ― все это имело свой вкус. Мускусный, дымный, сладкий. Он отдал мне все. Свой страх. Счастье. Сожаление. Надежду.

Поцелуй был калейдоскопом вкусов, сплетающих нас все теснее.

― Спасибо, ― пробормотал он, целуя мои скулы и ресницы. ― Большое спасибо.

Я пыталась понять смысл сказанных слов, пока его руки спускались по моему животу.

― За что?

Его рот не отрывается от моей кожи.

― За то, что доверяла мне, даже когда я не давал тебе оснований для этого. За то, что дала мне все, даже когда я взял больше, чем заслуживал.

Мои глаза оставались закрытыми, тело парило в его искусных чарах. Мой голос звучал словно нежная мелодия.

― Ты это чувствуешь?

Он кивнул, его волосы защекотали мне грудную клетку.

― Я чувствую все, когда с тобой, Нила.

Я ахнула, когда он снова захватил мой сосок. Его зубы угрожающе заскользили по чувствительной коже.

Я напряглась в его объятиях. Еще. Укуси меня. Пометь меня.

На кончиках моих пальцев горели татуировки с его инициалами. Я хотела большего. Я оплатила Долги и пережила последний из них. Я хотела, чтобы эти отметины доказывали, что именно он спас меня. Он тот, кто уничтожил контракты и вражду.

― Я очень благодарен тебе. ― Его медленная улыбка была искренней. ― Я шокирован, что ты полюбила меня. ― Джетро боготворил меня, подчиняясь мне самым восхитительным мужским способом. ― Ты покоряешь меня каждый день, потому что я не могу поверить, как мне повезло.

― Остановись. Тебе не нужно…

Он снова поцеловал меня.

― Но я хочу. Мне нужно, чтобы ты увидела, что это не пустые слова и не поверхностные обещания. Это чистая правда.

Мое сердце заколотилось. Он дал мне так много, не подозревая об этом.

Матрас поглощал меня, когда Джетро вдавливал меня сильнее в одеяло. Его скульптурные руки дрожали, когда он гладил меня. Его кожа все ещё пылала, и травма замедлила его движения, но он не останавливался. Ничто не могло помешать ему взять меня.

Хотя бы раз хотелось заняться любовью без страха и сожаления. Хотелось окружить себя счастьем и наслаждением и отгородиться от всего мира.

Я провела руками по его груди.

Он задрожал, его мышцы стали горячими и напряженными под моим прикосновением.

― Ты мне нужен, Кайт. ― Я прижалась губами к его горлу. ― Очень нужен.

― И я у тебя есть. Сейчас и навсегда.

Его голос стал хриплым. Он приподнялся надо мной, наклонил голову и впился зубами в мое плечо. Притянув меня ближе, он выровнял наши бедра, прижимаясь ко мне своей длиной.

Находиться в его объятиях было божественно. Бесконечный мир внутри разрушенного. Расцепив руки, я откинула назад его волосы и посмотрела ему в глаза.

― Ты прекрасен.

Он сделал глубокий вздох.

― Прекрасен внутри и снаружи.

― Ты не представляешь, как долго я хотел чувствовать себя достойным. Нравиться самому себе. Иметь возможность жить с тем, кто я есть.

― Тебе больше не нужно жить с этим ощущением. Ты живешь со мной. Позволь мне любить тебя за нас двоих.

Он сжал меня в очень крепких объятиях.

― Черт, Нила.

Перевернув меня на живот с легкой демонстрацией мужской силы, он обнял меня так, словно хотел раздробить каждую косточку в моем теле. Затем, словно приклеенный к моей коже, он снова перекатил меня, прижимая к матрасу.

Он навис надо мной, глаза налились похотью, на челюсти красовалась сексуальная щетина. Притяжение между нами достигло невыносимого уровня.

Мы пережили больше, чем кто-либо может пережить за свою жизнь. И, несмотря на все пережитые злоключения, вокруг нас по-прежнему таился восхитительный провокационный привкус опасности.

Джетро был опасен. Он всегда будет опасен ― не из-за своего происхождения или богатства, а из-за того, кем он был. Однако он был и самым нежным человеком из всех, кого я когда-либо встречала. Он выстраивал стены и механизмы, чтобы жить в мире чрезмерной стимуляции и шума.

Он также был самым сильным человеком, которого я когда-либо встречала. Если бы я имела дело с физическим дисбалансом, расстраивающим меня ежедневно, не представляю, какая сила требуется, чтобы оставаться верным себе, даже когда существует так много возможностей бесследно исчезнуть.

Он обхватил мои бедра. Приоткрыл рот и прижался к моему. Наклонив голову, Джетро углубил поцелуй, заставив меня растаять в его объятиях. Его губы были мягкими, но требовательными. Его язык был шелковистым, но властным. От такого контроля не было спасения.

Я чувствовала его везде, вокруг себя, внутри. Его недостатки. Его успех. Но больше всего ― его беззаветную любовь. Он любил меня настолько, что не поступил со мной так, как со своим отцом. Достаточно, чтобы следовать за мной по всему миру. И достаточно, чтобы положить конец шестисотлетней вражде между Уиверами и Хоуками.

Я провела руками по его напряженной спине,