Баронесса де Крейс - Марина Григорьевна Халкиди

— Мне страшно.

Да, вот такая я глупая и совсем не похожая на северных храбрых женщин.

— Твой муж был груб с тобой?

Я все же открыла глаза, чтобы увидеть нахмуренное лицо Даяра.

Покачала головой. Нет, мне точно не пришлось пережить того, что произошло с Мелани, но...

— Он искал удовольствие в постели других женщин, так как я не... не могла доставить его ему, — последние слова я произнесла скороговоркой, глотая и гласные и согласные. Но я не хотела видеть еще разочарование и в глазах Даяра.

Попыталась сразу же вырваться из его объятий, но он не отпустил.

— Ты даришь наслаждение мне уже тем, что позволяешь прикоснуться к себе.

Не знаю куда больше можно распахнуть глаза, но я умудрилась именно таким взглядом посмотреть на него.

— Разве тебе не доставляет удовольствие, когда я делаю так...

И его пальцы вновь очертили овал моего лица, поглаживая, даря обещание того, что если я позволю, то они лишат нас преграды в виде моего платья и его одежды.

Его пальцы пробежались по моей шее, а затем очертили линию декольте, заставив меня затаить дыхание.

— Доверься мне. И я обещаю, что мы оба получим сегодня удовольствие.

Едва не улыбнулась в ответ, вспомнив слова Арака, что Даяр всегда держит свое слово.

Мои пальцы дрожали, когда я принялась расшнуровывать корсаж. И вскоре Даяр принялся помогать мне, все еще не торопя меня. И когда я уже думала избавиться от наряда, в котором стало слишком жарко, он взял мою ладонь и поднес к своему лицу.

— Это работает и в обратную сторону. То, что нравится тебе, понравится и мне.

Улыбнулась, а затем моя рука повторила путь его ладони, рисуя те же узоры, что и он рисовал на моем лице. Было волнительно чувствовать его кожу под своей и смотреть в его глаза, которые становились все ярче с каждой секундой, с каждым взмахом руки.

— А теперь моя очередь.

Он поднес мою ладонь внутренней стороной к своим губам и поцеловал. И когда в комнате раздался стон, я даже не сразу поняла, что он принадлежит мне.

Мне целовали руку сотни раз. Многие дольше положенного задерживали ее в руках. Но я и помыслить не могла, что у меня могут подогнуться ноги от такой ласки.

Даяр подхватил меня на руки. А потом почему-то усадил на стул.

Вместо покрывала он использовал свой меховой плащ, расстелив его на перине.

Когда он снял с меня платье и я осталась в одной белой рубашке, которая была мне до пят, мои страхи вновь всколыхнулись во мне.

— Доверься мне.

Кивнула. Если бы не доверяла, то меня и не было бы здесь. Посмотрела на очаг, который довольно ярко освещал комнату. Уоррен всегда приглушал светильник и опускал балдахин.

— Можешь закрыть глаза, — предложил Даяр. — Но я предпочту смотреть на тебя.

Я оставила глаза открытыми, но ровно до того момента как Даяр, приподняв одну мою ногу, начал снимать чулок, не забывая покрывать поцелуем каждый освобожденный от ткани сантиметр кожи. Я никогда и не думала, что моя кожа настолько чувствительна. Распахнула я глаза, когда почувствовала прикосновение губ гораздо ниже живота. Правда все что я смогла, это только выдохнуть.

— Что ты делаешь? — прошептала я.

— Тсс… поверь тебе понравится.

— Это…

Даяр с улыбкой посмотрел на меня, дожидаясь ответа. Но так и не дождался его, так как я зажмурилась, до конца доверившись ему…

Следующие минуты были томительно долгими… бесконечными. Я судорожно сжимала ладонями мех под руками. И в какой-то момент я перестала сдерживать себя… и даже если бы я хотела открыть глаза, то не смогла бы, чувствуя отголоски удовольствия, что гуляло по телу. Никогда ничего подобного я не ощущала с Уорреном. Эта мысль и заставила меня открыть глаза, ведь Даяр все еще оставался в одежде. Но теперь я не боялась закончить начатое. Первой потянулась к нему, но он покачал головой.

— Ты сказала, что не хочешь в своей жизни больше лжи.

Нет, едва не простонала я вслух. Но почему мне так не везет.

— У тебя кто-то есть? — тут же спросила я. — Другая женщина?

Он рассмеялся.

— Ты явно недооцениваешь себя. Лично я не видел никого красивее тебя — ни на севере, ни в других королевствах.

Улыбнулась. О моей красоте слагали песни, но вот я сама никогда не любила свое отражение в зеркале. Но сегодня мне впервые было приятно услышать комплимент моей внешности.

— Тогда почему ты заговорил о лжи?

— Мои слова могут напугать тебя, но запомни, если ты не сможешь принять правду обо мне, я разрешу тебе покинуть наши земли. А об этом разговоре ты просто забудешь.

— В каком смысле забуду? — чуть обеспокоенно уточнила я.

— Наши шаманы могут заставить забыть о чем угодно.

— Шаманы? — эхом переспросила я.

Об этих шаманах я слышала уже немало, но вот ни одного из них пока не видела. Они все были отшельниками и жили в лесах вдали от селений.

— Если ты позволишь, я лучше покажу, ведь моим словам ты вряд ли поверишь.

Он ошибался. И пусть я знала его только две недели, я бы поверила каждому его слову. Но Даяр уже встал и начал медленно раздеваться. После того что уже произошло, я могла и не краснеть, но я все равно смутилась. Он правда в этот раз не улыбнулся, а чуть напряженно сказал:

— Не забывай, чтобы ты не увидела, это все еще я.

Хотела пошутить, но уже через секунду испуганно подскочила на кровати, не доверяя как оказалось не Даяру, а собственным глазам. Ведь он не мог превратиться в огромного белого волка.