Сладкая месть - Энн Мэтер

– Да что ты говоришь! В самом деле? Я уже дрожу от страха!

Франческа замолчала и занялась своим завтраком.

Не дожидаясь, пока та закончит есть, Тони вышла из столовой. Она не знала куда пойти, но и допустить, чтобы сеньорита Франческа делла Мария Эстрада окончательно вывела ее из себя, Тони тоже не могла. В холл выходило много дверей, из которых девушка выбрала одну. За этой дверью оказался коридор, ведущий к еще одной двери. Ощутив жажду приключений, Тони открыла ее, но оказалась во внутреннем дворе, куда они приехали накануне днем. Разочарованная, Тони надеялась найти за этой дверью что-нибудь более волнующее.

Девушка решила побродить вокруг замка в ожидании Пола. Похоже, Франческе привычки кузена были действительно известны лучше, чем самой Тони.

Все утро Тони провела на пляже. Она нашла ту тропинку, по которой спускалась к океану Франческа, и вышла на песчаный берег. Закатав брюки до колен, Тони побродила по воде, потом стала собирать ракушки, как делала это в детстве. Солнце ласково грело ее спину, и ощущение радости жизни вернулось к девушке. Если бы не враждебное отношение к ней Франчески, Тони чувствовала бы себя абсолютно счастливой.

Девушка вернулась в замок к ленчу. Войдя во внутренний дворик с босоножками в руке, она с удивлением обнаружила на стоянке серый лимузин. Гости в такое время? Не задерживаясь во дворе, Тони вошла в замок через боковую дверь и оказалась в холле. Услышав звуки, доносившиеся из гостиной, она подумала, что сможет застать там Пола.

Гостиная имела вполне современную обстановку, звуковую стереосистему и телевизор. Здесь же находился небольшой бар. Но в комнате никого не было, кроме Эдуардо, слуги, накануне вечером прислуживавшего за обедом. Эдуардо стоял у бара и готовил напитки. Почувствовав чье-то присутствие, он повернулся к Тони и спросил:

– Чем могу служить, сеньорита?

Тони улыбнулась и покачала головой.

– Не беспокойтесь, Эдуардо, – сказала она. – Я просто ищу сеньора Пола.

– Com efeito, senhorita, senao porque?[4]– раздался голос у нее за спиной.

Тони вздрогнула и оглянулась. В дверях стоял высокий; смуглый мужчина с тонким светлым шрамом на загорелой щеке.

– Вы! – вырвалось у нее, прежде чем она успела сдержать себя. Это был тот самый владелец автомобиля, под колеса которого она чуть не попала в Лиссабоне.

Узнав девушку, мужчина слегка наклонил голову, но его глаза смотрели на нее недоверчиво.

– Как вы оказались здесь, в моем доме? – холодно спросил он по-английски.

У Тони перехватило дыхание.

– В вашем доме? – как эхо повторила она.

– Да, сеньорита, в моем.

– Значит, вы… – Ее голос сорвался.

– Граф Рауль Фелипе Винсенте делла Мария Эстрада, сеньорита! – Он произнес свое имя таким высокомерным тоном, что Тони стало не по себе. Так этот человек, этот высокий, худощавый, надменный португалец и есть дядя Пола, отец Франчески! Одетый в кремовый костюм, выгодно оттеняющий его густые черные волосы, он производил на нее такое же волнующее впечатление, как и в тот день в Лиссабоне. Глядя на графа, Тони не сразу смогла взять себя в руки. Она лихорадочно пыталась вспомнить, называла ли тогда свое имя, но не могла. Но даже если и называла…

– Я повторяю, почему вы оказались в моем доме? – вновь спросил граф.

У Тони мелькнула мысль, что он, вероятно, решил, будто девушка разыскала его для получения компенсации за несчастный случай, но, увидев его мрачное лицо, сразу же отбросила эту идею.

– Я… меня привез ваш племянник Пол, – запинаясь, произнесла она.

– Ах, это он! – Его лицо еще больше помрачнело. – Зачем?

Тони вдруг с отчаянием поняла, что стоит перед ним босиком, в брюках, которые, по словам Франчески, граф не одобрял, с растрепанными волосами, но хуже всего – она осознала свою хрупкость и беззащитность. Довольно высокий рост позволял Тони уверенно держаться в обществе знакомых мужчин, но граф делла Мария Эстрада был значительно выше ее. Он возвышался над ней словно ангел мщения, и девушка чувствовала себя весьма неловко.

– Пол – мой жених, – наконец, вымолвила она.

Старый слуга осторожно покашлял, и граф взглянул на него.

– Все готово, Эдуардо?

– Да, сеньор.

– Спасибо, Эдуардо!

Слуга поклонился и вышел, но когда Тони захотела последовать за ним, граф сказал:

– Одну минутку, сеньорита.

Тони поежилась. Она, кажется, обречена, беседовать с членами этой семьи один на один, уже второй раз, из-за собственного любопытства попадая в трудное положение.

– Слушаю вас, сеньор, – покорно ответила Тони, стараясь не обращать внимания на то, как сильно забилось у нее сердце. Среди всех ее знакомых не было никого, кто хотя бы отдаленно походил на этого человека. До недавнего времени она считала, что знает почти все о мужской сексуальности. Но по отношению к графу эти ее представления показались просто неуместны. В конце концов, он был значительно старше ее, и по скучающему выражению его лица Тони сделала вывод, что и жизненного опыта у него было гораздо больше. Граф рассматривал ее с неприличной настойчивостью, и Тони стало неловко. В его взгляде сквозило откровенное презрение, и девушка сразу вспомнила, что с таким же точно выражением на нее смотрела Франческа. Тони почувствовала, как в ней закипает гнев. По какому праву он смеет так обращаться с ней!

– Сеньор, – сказала она, нарушая неловкое молчание, – может быть, вы скажете мне, в чем дело, и позволите уйти?

– Терпение, – ответил граф и подошел к бару, где Эдуардо приготовил для него коктейль и один хрустальный бокал.

Тони почувствовала искушение ослушаться и уйти, но это было бы невежливо, а девушка не привыкла вести себя подобным образом. Но с другой стороны ей трудно было вынести такое нервное напряжение, и девушка пожалела, что поблизости не было стула, на который могла бы сесть. Тони ощутила, как ноги у нее дрожат. Она уже имела представление, каким граф может быть в гневе, и ей не хотелось еще раз навлечь этот гнев на свою голову, или на голову Пола.

Граф налил напиток в два бокала, достав второй из шкафа. Положив в каждый коктейль по два кусочка льда, он подошел к Тони и подал ей бокал.

Подойдя к двери, он плотно закрыл ее и вернулся к девушке. Тони к своему напитку даже не притронулась.

Граф выпил хвои бокал и вопросительно посмотрел на нее.

– Вам не нравится коктейль, сеньорита?

Тони на мгновение закусила губу.

– Я не пью в такое время, сеньор граф.

Он удивился.