Время любить - Дэни Аткинс

В тот момент я поняла, что мне нравится этот человек, и не потому, что он меня спас и продолжает присматривать за мной после того, как мог бы просто уехать. Нет, мне действительно понравилось, что он не видел ничего плохого в проявлении слабости. Уверена, многих людей привлекло бы его приятное лицо, глаза цвета жженого сахара или подтянутая фигура. Но я прониклась к нему симпатией, когда он издал тот возглас при виде крысы.

Поиски прекратила я. Я настолько измучилась, что едва могла идти ровно, и Бен тоже выглядел измотанным, постепенно замедляя ход, пока мы безуспешно прочесывали местность.

– В темноте ничего не выйдет, – сдалась я.

Бен, что показательно, не стал со мной спорить.

– Вам нужно расклеить объявления с его фотографией и вашим номером. Может, даже предложить вознаграждение.

Интересно, не забыл ли он, что общая сумма всего моего имущества – одежда, которая на мне, и двадцать фунтов, которые он мне одолжил. Как ни странно, но я и сама почти забыла об этом, пока мы вместе обыскивали в темноте улицы.

– Послушайте, не хочу, чтобы это прозвучало двусмысленно или как-то еще. Но давайте поедем ко мне и что-нибудь напечатаем. Тогда вы хотя бы сможете расклеить их в этом квартале при свете дня.

Имелось множество причин, по которым мне не следовало даже рассматривать его предложение. В спокойном состоянии я увидела бы, что это безрассудно – возможно, даже опасно. Никто не знал, где я, с кем и куда еду – даже я не знала. Я была совершенно уверена, что Джулия убьет меня, когда узнает, насколько я рисковала. Но об этом я побеспокоюсь позже. Имелось огромное количество причин, по которым я должна была вежливо, но твердо отклонить приглашение Бена. Вместо этого я удивила не только себя, но и его, когда сказала: «Хорошо. Отличная мысль», и позволила ему повести меня к поджидавшему автомобилю.

Я попросту уснула по дороге в его дом, еще больше шокировав себя полным пренебрежением к собственной безопасности. Я заслуживала того, чтобы проснуться и обнаружить, что мы приехали к какой-нибудь чрезвычайно жуткой одинокой хижине в лесу. Я себе ясно ее представила. На крыльце там стоял бы топор, прислоненный к стене рядом со старым креслом-качалкой, которое само со скрипом покачивалось. Там, конечно же, не было ни телефонной связи, ни интернета, никаких других средств, чтобы вызвать помощь.

Когда автомобиль наконец остановился, я с облегчением отметила, что мы находимся на обыкновенной улице жилого квартала, а не в обстановке, перекочевавшей прямиком из фильма ужасов. Но все равно я пережила мгновение откровенной паники, когда Бен положил руку мне на плечо и тихонько потряс меня, пробуждая. Мой травмированный мозг цеплялся за убежище сна, и когда я, прищурившись, посмотрела в темноту, то не поняла, почему я не в своей кровати или почему рядом со мной мужчина. Затем все вернулось, обрушившись на мою голову, как незаметно накатившая волна. Я полностью очнулась от сна, вдруг все вспомнив.

Я уставилась на трехэтажный особняк передо мной. Он был большой, и если бы меня спросили об эпохе, я бы назвала Викторианскую. Историческое здание того типа, которые часто превращают в многоквартирные дома, и мне стало интересно, какой этаж принадлежит ему. Оказалось, что все. Я покинула переднее сиденье автомобиля кряхтя и с осторожностью человека в два раза старше, чем я. Все болело, как будто я перетрудилась в первый день в тренажерном зале и теперь глубоко сожалею о своем энтузиазме. Уверена, Бен заметил, что я прихрамывала, пока шла рядом с ним по мощеной подъездной дорожке, и хотя он был слишком вежлив, чтобы прокомментировать это, его шаги замедлились, подстраиваясь под мои.

Когда мы приблизились к арочным двойным дверям, автоматически зажглись фонари системы безопасности, заливая подход к дому светом, отчего парадный вход слегка смахивал на церковный портал. Возможно, именно поэтому я ожидала увидеть внутри готический интерьер, когда Бен отпер двери и впустил меня в свой дом. Мое предположение было далеко от истины, сообразила я, осматривая громадное открытое пространство первого этажа. Вот тогда-то меня настигло смутное чувство дежавю, еще до того, наверное, как Бен закрыл за нами щелкнувшую язычком замка дверь. Волосы на затылке зашевелились, и я снова враз оказалась на зловещей территории. Я совершенно точно никогда не была раньше в этом месте, тогда почему оно казалось таким невероятно знакомым?

Я с опаской шагнула в комнату, охватывая всю ее взглядом. Она была огромной по площади, как гламурные апартаменты в нью-йоркском лофте, таинственным образом скрытые внутри самого неподходящего по виду здания.

– Предыдущий владелец был архитектором, – объяснил Бен, включая свет и бросая ключи от дома на столик рядом с дверью.

Мое подсознание продолжало настаивать, что я действовала опрометчиво, приехав в дом к незнакомому человеку среди ночи, и велело мне запомнить, где лежат ключи. На всякий случай. Я же так и стояла с открытым ртом, слегка ошеломленная домом Бена. Вся задняя стена была стеклянной, предлагая вид на искусно подсвеченную деревянную террасу. Сад за ней оставался тайной, хотя неясное колебание веток с большими листьями наводило на мысль о чем-то совершенно непохожем на типичную для пригорода квадратную лужайку с крохотными цветочными клумбами.

Я повернулась вокруг своей оси, вбирая все это – от современных линий шикарной кухни, которая незаметно перетекала в обеденную зону, со столом, слишком большим для одного человека. Казалось маловероятным, чтобы Бен жил здесь один. Такая мысль должна была бы успокоить, однако почему-то не успокоила.

Пространство блестящего от полировки деревянного пола было четко разграничено на две зоны: в одной размещался большой угловой диван рядом с современным, вмонтированным в стену камином, а в другой части комнаты находилось оборудованное рабочее место и письменный стол. На нем стояли компьютер и принтер, воспользоваться которыми я и приехала в дом Бена.

Я чувствовала на себе его любопытный взгляд и осознала, что при всей странности моих слов придется объяснить, почему я так неприлично разглядываю его дом.

– Это место… ваш дом… я понимаю, что это, вероятно, прозвучит безумно, но у меня такое чувство, будто он мне знаком. Как будто я бывала здесь раньше. – Я указала на коридор, отходивший от главной комнаты. – Он ведет в хозяйскую спальню. И в ней устроена огромная душевая без перегородок, так?

Я ожидала, что шокирую его, но он просто подтвердил мои слова.

– Верно. Хотите посмотреть?

Я покачала головой. Осмотр его спальни – это уж совсем опрометчивый шаг, но глаза у меня расширились от удивления. Откуда я все это знаю?

Бен легко рассмеялся.

– Не надо так тревожиться. Вы не первая это говорите. Пару лет назад этот дом фигурировал в программе по переделке домов.

Внезапно все встало на свои места, и я перестала думать, что травмирующая ночь каким-то образом превратила меня в ясновидящую.

– О, да! – воскликнула я с явным облегчением. – Теперь я вспоминаю, там, кажется, была жена, пострадавшая от какого-то несчастного случая.