Удовольствие - Ангелина Алябьева

Старые настенные часы с кукушкой пробили час дня. Ласковое солнце освещало уютную кухню, наполняя помещение радостью и теплом. Из открытого окна ясно слышалось щебетание птиц, пахло хвоей и ромашками. На плите пыхтел чайник, в кастрюле варился овощной супчик, а Анжелика перебирала бумаги, подготовленные потенциальными клиентами о желаемом виде торта для свадебного торжества, сравнивая их с теми, что нашла в зеленой папке, которая лежала, к ее удивлению, в шкафчике для специй. Странно, она не помнила, чтобы оставляла старые работы в столь необычном месте. Наверное, в спешке готовила и забыла отнести на работу -пронеслось в голове Анжелики.

Неожиданно ее внимание привлек пожелтевший изрядно потрепанный конверт. Она удивленно взяла его, повертев в руке несколько раз, обратно положила на стол. На нем большими красными буквами написано ее имя, и Анжелика не помнила, чтобы получало подобное письмо, тем более оно до сих пор не распечатано.

Анжелика только потянулась раскрыть его, как в дверях появилась Луиза, полненькая пожилая женщина с кудрявыми светлыми волосами и добрыми голубыми глазами, работающая уже два с половиной года экономкой в их доме. Анжелика очень симпатизировала женщине, не унывающей, несмотря на то, что ее муж погиб в автокатастрофе, а единственный сын отказался от матери, заведя собственную семью и детей.

Луиза говорила, что именно должность экономки помогает ей забыть о своих бедах и проблемах, погружаясь в рутину дел.

-Мадам, сказали передать вам, - оповестила ее женщина, передавая роскошный букет роз цвета запекшейся крови. Анжелика не понимала, откуда пришло такое сравнение. Девушка вдохнула нежный и сладкий аромат, на мгновение блаженно прикрыв глаза.

Бархатные лепестки так красиво сплетались в бутон. Острые иголки и зеленые листья оплетали тонкий стебель. Анжелика отложила цветы на стул и заинтересованно спросила:

-Это от месье Сандера?

Ее муж умел устраивать сюрпризы, но он же вчера улетел, наверняка, заранее продумав способ поднять жене настроение.

-Нет, мадам, букет принес незнакомый парнишка, вроде, курьер, -ответила Луиза, набрав холодную воду в вазу и получив удовлетворительный кивок от хозяйки, поставила розы в спасительную от засухи жидкость.

-Непохоже на него, -как -то растерянно пробормотала Анжелика. Сандер всегда лично дарил ей цветы, в не зависимости от того, где был, даже с Парижа он собственноручно привез ей огромный букет белых роз.

Звонок в дверь заставил экономку побежать открывать, оставив Анжелику завороженно смотреть на прекрасные бутоны, так и зовущие коснуться их подушечкой пальца.

-Мадам, вы можете пойти со мной в холл? -Луиза, пыхтя, буквально ворвалась в кухню с раскрасневшимся лицом, от чего Анжелике стало не по себе, и она поспешно последовала за экономкой, мысленно гадая, что же произошло экстраординарного, сбившего с толку Луизу, ведь последняя ничего не воспринимала близко, принимая каждую трудность с улыбкой, и до сей поры Лика еще не видела ее взволнованной.

Анжелика не сразу осознаёт, потому что напугана, однако в холле стоял ясный и пряный цветочный аромат: вся комната заставлена, как оранжерея, алыми розами. Казалось, их невозможно сосчитать...Пять….Десять….Двадцать один...Последний двадцать первый букет выделялся среди всех: в нем гармонично сочетались три розы, белая, красная и желтая. Анжелика неуверенно открепила маленькую бумажку в форме сердечка и несколько раз перечитала одно и тоже. Кто этот тайный воздыхатель? И что за адрес кафе? И причем здесь двенадцать часов завтрашнего дня?

Может, чья -то дурная шутка? За три года брака Анжелика никогда никому не давала повод не то, чтобы понравиться противоположному полу, но и завести просто дружеские с кем -то знакомства. Во -первых, она замужем, что означало преданность мужу. Во -вторых, у нее не было ни единого желания позволять мужчинам делать ей комплименты или высказывать симпатию по отношению к ней.

А в -третьих, кое -кто никак не отпускал ее, не давая забыть о том, что бывает, когда ты открываешься к кому -то, начинаешь доверять. Да и Анжелику, честно говоря, не привлекал ни один мужчина, хотя, о чем речь, если Александер за столько времени не вызвал в ней никаких, кроме дружеских, чувств.