Империя красоты - Алекс Вуд

На негнущихся ногах Марк вышел из лифта и направился к столу Лилиан.

– Мисс Мэриголд ждет вас, – сказала девушка с понимающей улыбкой.

Ей было приказано доложить о Марке, как только он переступит порог «Мэриголд корпорэйшн». И теперь Лилиан внимательно всматривалась в лицо мужчины, который настолько взволновал саму Магдалену Мэриголд. Она нашла его красивым, а явное смущение лишь прибавляло ему очарования. Было бы здорово, если бы он стал работать на нас, отметила про себя Лилиан. Магдалена часто принимала у себя привлекательных мужчин. Она лично отбирала их для работы в своем модельном агентстве, так что Лилиан не увидела в визите Марка ничего странного. Об истинной причине его посещения она не догадывалась.

С бьющимся сердцем Марк распахнул дверь кабинета и шагнул внутрь. Магдалена стояла у окна вполоборота, словно не замечая его, и у молодого человека была целая минута, чтобы полюбоваться ею. Сегодня ее платиновые волосы были завязаны в строгий пучок, перехваченный золотистой ленточкой, концы которой спускались на спину. На Магдалене было изумительное платье – длинное и полупрозрачное, с золотистым отливом, отчего ее фигура казалась светящейся в лучах солнца. У Марка перехватило дух.

Магдалена медленно повернула голову и улыбнулась ему. Его восхищение горячило кровь, и она испытала моментальное сожаление от того, что вынуждена тратить драгоценное время на бессмысленные пустяки, вроде расследования кражи.

– Добрый день, Марк! – звонко сказала она. – Я рада вас видеть.

Самое заурядное приветствие на свете, но от него кровь быстрее побежала по жилам. Усилием воли Марк стряхнул с себя оцепенение и громко произнес:

– Здравствуйте. Я пришел за списком, который вы обещали нам вчера.

Лучше бы ты пришел просто так, потому что хочешь меня видеть, чуть не ответила Магдалена. Но благоразумнее было не торопиться, а вдоволь насладиться этим мгновением, когда еще ничего не ясно и нет никакой уверенности в чувствах, но от предвкушения замирает сердце…

– Я все сделала еще вчера вечером, – ласково улыбнулась Магдалена.

Переходить к делу она не спешила. С этого недогадливого молодого человека вполне станется взять список и спокойно уйти. Нет, просто так она его не отпустит. Не каждый день встречаются полицейские с таким соблазнительным ртом и выразительными глазами. Кстати, какого они цвета?

– Идите сюда, Марк, – махнула она рукой. – Здесь чудесный вид.

Он подошел, сознавая, что находится полностью в ее власти. Прикажи она ему открыть окно и спрыгнуть вниз – что ж, через минуту в славном городе Нью-Йорке станет на одного полицейского меньше.

Но у Магдалены были другие планы.

– Красиво, правда? – спросила она, кивая на бесконечные ряды небоскребов за окном.

– Д-да, – пробормотал Марк.

Он вдыхал аромат духов Магдалены и ничего не видел. Джунгли из бетона и стекла – обычная картина. А вот прекрасная женщина, словно сотканная из солнечного света, – совсем другое дело.

– Но из окна моей спальни открывается гораздо более красивый вид, – задумчиво проговорила Магдалена. – Тяжело все время смотреть на небоскребы, и я распорядилась посадить на балконе небольшой садик…

Марк наслаждался плавным течением ее речи, не особенно вслушиваясь в слова.

– У меня в этом здании есть квартира, – продолжала Магдалена, несколько озадаченная его молчанием. Кажется, намек яснее некуда, а он стоит как истукан и таращится на эти дурацкие каменные коробки.

– Кстати, все хотела посмотреть, какого цвета у вас глаза, – сказала Магдалена и, развернувшись к Марку, положила руки ему на плечи.

Он вздрогнул. Она взяла его двумя пальцами за подбородок и пытливо заглянула в глаза.

– Серо-зеленые, – с удовлетворением заметила Магдалена. – Очень красиво.

Что было делать Марку? Богиня сошла со своего пьедестала и удостоила его великой чести. Не понять Магдалену было невозможно. Руки Марка робко обвились вокруг ее талии, ощущая гибкость ее стана и мягкость ее платья. С легким смешком она потянулась к нему. Какой стеснительный мальчик! – промелькнуло у нее в голове.

Но Марк Лэнгтон отнюдь не был стеснительным, и она вскоре почувствовала это. Магдалена Мэриголд была совсем не похожа на девушек, с которыми он привык иметь дело, но и у нее были руки для объятий и губы для поцелуев. Как только Марк окончательно осознал, что нравится ей, все встало на свои места.

Она была женщиной, пусть самой красивой в мире, пусть ужасно богатой и влиятельной, но все-таки женщиной, рожденной для любви и желающей любить.

Марк склонился к ней и прижался губами к ее губам, нежным как шелк. Магдалена всего лишь позволила ему поцеловать себя, стремясь своей холодностью подогреть его пыл. Однако добилась прямо противоположного результата Марк отпустил ее и виновато пробормотал:

– Простите, мисс Мэриголд, я не должен был…

Магдалена мысленно упрекнула себя. Сейчас мальчик особенно нуждается в поощрении.

Поиграть в холодность она еще успеет.

– Почему? – спросила она нежно. Ее руки по-прежнему лежали на его плечах.

– Вы слишком красивы… – Марк запнулся. – Я забылся и позволил себе…

Магдалена была в восторге. Он извиняется за то, что она спровоцировала его! Марк – просто чудо. Как ей повезло наткнуться на такое сокровище!

– Вы несправедливы к себе, Марк, – мягко заметила она и потянулась к нему, давая понять, что его извинение абсолютно бессмысленно…

– Хэй, Малыш, не спи на дежурстве!

Дружеский удар по плечу привел Марка в чувство. Он растерянно огляделся по сторонам, с трудом осознавая, что находится не в кабинете Магдалены, а на своем рабочем месте в шестьдесят восьмом полицейском участке. Ему предстояло ночное субботнее дежурство – неприятная обязанность, которая ему, как человеку не семейному и самому молодому, выпадала чаще всех.

Но Марк не жаловался. Особенно сейчас. Ведь когда все уйдут, он сможет спокойно поработать со списком, который ему дала Магдалена Мэриголд, и всласть помечтать о ней. Предвкушение такой ночи даже глупые шуточки толстяка Доила не портили.

– Только не вздумай превратить участок в бордель, – похохатывал Доил, – ты хоть и смазливый мальчик, но все-таки полицейский и должен думать о чести мундира…

Марк вздохнул. В этом был весь Джо. Каждый раз, когда Марк оставался дежурить, он отпускал подобные остроты собственного сочинения, над которыми никто не смеялся. Джо подшучивал и над остальными, но Марку, в силу его молодости, доставалось больше всех.

Джо продолжал упражняться в остроумии, а Марк молча ждал, когда ему это надоест и он наконец начнет собираться домой. Под монотонное бурчание Доила удивительно хорошо вспоминалось прекрасное лицо Магдалены, вкус ее ласковых губ, пьянящий аромат ее духов…