Беру тебя напрокат - Елена Трифоненко

— Мне кажется, нам все же лучше как-нибудь порепетировать. Дело довольно ответственное. Не хочу делать сто-пятьсот дублей из-за отсутствия подготовки.

— Тренируйся на ком-нибудь другом, — цежу я. — А я в своем умении целоваться уверена.

— Неужели такой большой опыт? — его тон вроде бы невинен, а вот губы предательски напряжены в едва сдерживаемой усмешке.

— Не твое дело.

— Ладно. Сориентируемся на корабле. У тебе есть еще какие-то условия?

Я киваю:

— Да! Я не хочу, чтобы ты говорил своим подписчикам, будто спал со мной.

— Вот как? — он опять нагло ухмыляется. — Надо сказать, что ты меня обломала?

Мне так и хочется его чем-нибудь треснуть.

— Просто не делись с подписчиками подробностями — и все. Пусть гадают: было или нет.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— А, понял! Ты любишь атмосферу таинственности…

У меня неприятно холодеет внутри. Нет, он совершенно несносен! Может, мне лучше отказаться от сотрудничества, пока не поздно? Он же явно собрался строить из себя мачо, а мне в его спектакле отведена роль какой-то профурсетки.

Мои пальцы так крепко сжимают столешницу, что костяшки белеют. Петров смотрит на них и качает головой.

— Не надо так нервничать. Я и не собирался комментировать подписчикам наш флирт.

— Поклянись!

— Боже, что за детский сад? — он смотрит на меня с удивлением. — Может, еще договор кровью подписать?

— Поклянись, или я откажусь.

Он чуть закусывает губу, в его глазах плещется насмешка. В воздухе повисает тягостное молчание.

Эх! Кажется, я все же зря ему ультиматум выдвинула. Скорей, это он сейчас откажется, решив, что можно найти девушку попроще. Тем не менее, на попятный я не иду. Мне не хочется, чтобы меня снова полоскали в сети. В конце концов, на квартиру я и без сотрудничества с этим мерзавцем заработаю, просто надо будет чуть дольше вкалывать.

— Ладно, убедила, — наконец говорит Петров, — Клянусь! Я не буду говорить подписчикам, что мы переспали, даже если это случится.

— Что? — я чуть не подпрыгиваю от возмущения.

Он наблюдает за моей реакцией с явным удовольствием. Ох! Надо все-таки вести себя сдержанней. Я поспешно возвращаю на лицо безмятежное выражение и чуть надменно улыбаюсь:

— У нас ничего не будет, Петров. Можешь даже не надеяться.

— Печально, — со смехом констатирует он. — А я так рассчитывал совместить приятное с полезным.

Он тут же снова берется за телефон:

— Давай обменяемся контактами. Завтра-послезавтра мой помощник с тобой свяжется, будем бронировать билеты на самолет и каюты на лайнере.

Я киваю и деловито диктую ему свои данные. Мне хочется казаться собранной и деловой. Но на самом деле, меня почему-то колотит от волнения. Когда Петров делает мне дозвон, чтобы я сохранила у себя его номер, я тут же поднимаюсь на ноги:

— Ну все, мне надо идти. Увидимся в Генуе?

На его лице отражается что-то похожее на досаду. Он снова придерживает меня за руку, на этот раз осторожно и мягко:

— А может, сегодня поужинаем где-нибудь вместе? Надо же хоть немного привыкнуть друг к другу.

— Нас могут увидеть твои подписчики.

— Мы выберем какое-нибудь нелюдное место.

— Например, какое?

Он пожимает плечами:

— Можем посидеть у меня в номере. Я закажу хороший ужин, шампанское.

Меня снова захлестывает волна удушающей ярости. Нет, он серьезно думает, что со мной можно вот так? Что я из тех, кого можно сразу приглашать в номер и не церемониться?

Петров снова «читает мои мысли» и ухмыляется:

— Ох, какая глубокая мыслительная работа на лице! Подсчитываешь шансы не устоять перед моим обаянием? Расслабься! Я не собираюсь к тебе приставать. Я всего лишь хочу узнать тебя получше.

— На корабле у нас будет достаточно времени для знакомства, — бурчу я. — Так что — до свидания!

Мне кажется, или он выглядит разочарованным?