Замуж за принца - Джулия Лэндон

— Неужели ты думаешь, что меня еще не заметили? — возразил Себастьян. — Только что в углу бальной залы ты представил мне двум десяткам молодых дам.

— Всего два десятка из тех двухсот, которые могли бы быть, — ответил Матус, почтительно склоняя голову. Была у него такая привычка: он всегда выказывал крайнюю почтительность, когда не соглашался или поправлял принца.

Себастьян застонал и вновь огляделся в поисках лакея.

— У вас есть… какие-либо предпочтения, сэр?

Матус сейчас спрашивал Себастьяна не о любимом танце. Что ж, он бы предпочел обнаженную женщину, желательно в кровати, подальше от этого безумства.

— С рыжими волосами, — ответил он. — Мне представили ее в Виндзоре, помнишь? То ли вдова, то ли разведена. И принеси выпить. Вино, пунш — все равно. Мне нужно выпить.

— Как пожелаете, — твердо ответил Матус и одним движением правой руки отослал одного из четырех охранников, которые были облачены в одинаковые с Себастьяном одежды, чтобы тот принес что-то выпить для принца.

Уже через мгновение тот вернулся с бокалом, отпил из него, потом протер край платком и передал напиток Себастьяну.

Себастьян осушил бокал до дна. Ромовый пунш, такой же вкусный, как и тот, что он пробовал в первый раз. В голове промелькнуло воспоминание — неужели девушка, которой он наступил на ногу, та самая, которую он встретил в коридорчике? Он внутренне вздрогнул и сунул бокал охраннику.

— Принеси еще, — велел он.

Пока он ожидал, когда охранник вернется с напитком, Матус отправился за рыжеволосой женщиной. И как только вернулся охранник со вторым бокалом пунша, тут же появился Матус с рыжеволосой женщиной под руку. Женщина была в темно-синем платье. Ее блестящие рыжие волосы выглядели просто изумительно, а зеленые кошачьи глаза призывно поблескивали в прорезях маски. Она присела в глубоком реверансе перед Себастьяном.

— Ваше высочество, позвольте представить вам госпожу Регину Форсайт, — произнес Матус.

— Госпожа Форсайт, приятно видеть вас вновь, — приветствовал Себастьян.

— Для меня это великая честь, ваше королевское высочество. — Она приняла протянутую принцем руку и, дерзко улыбнувшись, выпрямилась.

— Вы заинтриговали меня своими словами в Виндзоре, — заметил он. — Надеюсь, вы не против возобновить разговор?

Она стыдливо улыбнулась.

— Какой разговор вы имеете в виду? О супе? Или о том, что в настоящее время мой супруг расквартирован в Индии?

Она вела себя довольно дерзко, и Себастьяну это нравилось. В Виндзоре он даже поинтересовался у нее, почему она не отправилась сопровождать своего супруга в Индию, чтобы утешить его, и она отшутилась, что супруг ее сам находит себе утешение, а она — себе.

— И то, и другое, — ответил он на ее вопрос. — Не откажетесь потанцевать со мной?

— С превеликим удовольствием.

Он предложил ей руку. Она легко коснулась его руки и позволила сопроводить себя на середину зала. Музыканты заиграли вальс, Себастьян поклонился, взял женщину за руку и уже в следующее мгновение закружил ее в танце.

— Как вы находите Лондон? — поинтересовалась она.

— Для меня честь быть здесь, — сказал он и мимолетно подумал: «Никогда не давай ответ, который могли бы неверно истолковать».

— Как вам нравятся ваши покои в Букингемском дворце? — продолжала расспрашивать она, и глаза ее озорно блеснули.

Искусное прощупывание почвы.

— Мы разместились не в Букингемском дворце. Королева милостиво поселила всю нашу большую свиту здесь.

— Как неожиданно. — Ее лукавая улыбка стала еще шире. — Я знаю все коридоры и покои Кенсингтонского дворца. Довольно запутанный дворец, не так ли?

Себастьян улыбнулся.

— Довольно запутанный. — Разумеется, они поняли друг друга, как до этого его понял Матус. Себастьян знал, и не было нужды спрашивать, будут ли сделаны все необходимые приготовления в частных покоях.

В конце танца он прошептал на ушко госпоже Форсайт приглашение и объяснил, как она могла бы попасть в покои, если склонна принять его приглашение. Дама только прищурилась, искоса взглянула на принца, раскрыла веер и прошептала ответ.

Себастьян поклонился, проводил партнершу на место, поблагодарил ее и вернулся к своим спутникам. Оглядевшись в поисках вездесущего Матуса, он заметил его в противоположном конце залы. Тот был увлечен оживленной беседой с каким-то толстяком-англичанином. Но Себастьяна тут же отвлекла пара, которая стремительно направлялась к нему. Один охранник встал перед принцем, чтобы эти двое не пристали к Себастьяну.

— Приветствую вас, — поздоровался господин и поклонился, демонстрируя свою лысину. — Мы бы хотели поприветствовать его королевское высочество.

Охрана Себастьяна хранила молчание.

— Мы бы хотели пригласить его отведать с нами пирог, — затараторила женщина. Но при этом смотрела она не на Себастьяна, поэтому он понял: они не знают, который из них принц. Они надеялись, что он или его охранник укажут им на принца.

Его охранник поцокал в ответ.

— Прошу нижайше простить, мадам, но принц не ест пироги.

Откровенная ложь. Себастьян очень любил пироги и сейчас бы не отказался от кусочка. Он ужасно проголодался.

— Наверное, вам будет любопытно узнать, что мой отец, господин Камберсарк-Хайнс, был знаком с вашим королем, когда они еще учились в юности в Оксфорде, — сказал мужчина. — Старые добрые времена, и я уверен, что его высочество был бы рад послушать, если бы вы были так любезны указать нам его.

Еще один охранник предусмотрительно встал рядом с первым, закрывая Себастьяна от парочки.

— А, ясно. Разумеется, господин, — ответил охранник. — Принц вот там. — И он указал в другой конец залы.

Мужчина и женщина повернули головы в противоположную сторону от того места, где стоял Себастьян.

— Великолепно, премного вам благодарны, — поблагодарил мужчина, потом наклонился к охраннику Себастьяна и шепотом спросил: — А правда ли то, что болтают? Что между Алусией и Веслорией грядет война?

— Мы в Алусии слухам не доверяем, — ответил охранник.

— Ну конечно же нет! — поспешно исправилась женщина и так истово закивала, что перья в верхней части ее маски заволновались, будто их ураганом сносило. — И мы тоже совершенно не верим слухам.

За исключением слухов о надвигающейся войне с Веслорией.

— А теперь прошу простить меня… — извинился охранник, и парочка с готовностью закивала подобно «болванчикам» (кстати, слово это воспринималось алусианцами как синоним к слову «идиот»).

Женщина прильнула к уху своего спутника и что-то горячо зашептала, когда они поспешили на поиски принца.

Охранник обернулся к Себастьяну.