Тайный знак - Лина Баркли

Лошади шагали рядом вдоль опушки хвойного леса, и Эва, вдыхая смолистый аромат, наслаждалась окружающими красотами. Кенит кинул на нее быстрый взгляд.

— Вы счастливы?

Девушка кивнула, улыбаясь, и отвернулась от спутника. Неправда, она не чувствовала себя особенно счастливой, но покой и великолепие окружающей природы наполняли душу хоть временным умиротворением.

Уолкер почти не разговаривал с ней с самого начала конной прогулки. Это и понятно — видимо, он не одобряет ее бегства от жениха. Но она была благодарна ему за молчание.

Эва пыталась выкинуть из головы беспокойные мысли. Сейчас не хотелось думать ни о Дэвиде, ни, тем более, о неожиданно вспыхнувших чувствах к Кениту. Все было слишком запутано. Ей хватало того, что она ехала рядом с ним, наслаждаясь пейзажем и поражаясь тому, что такая красота существует в природе.

— Вы знаете, — произнес он наконец, — для городской жительницы вы довольно-таки молчаливы.

— Не люблю болтать. Тем более что в словах часто прорывается совсем не то, что имеешь в виду.

— В городах полно болтливых людей, — заметил Кенит. — Почему же вы там живете?

Она пожала плечами.

— Не знаю. Мне казалось, что убежать от себя нельзя.

— И сейчас еще кажется, — сказал он, взглянув на Эву.

Девушка наклонилась, погладила жесткую бурую шерсть кобылы.

— Мне нравится, как пахнут лошади. А вам? — спросила она неожиданно. — Ничто в мире с этим не сравнится. Когда я была маленькая, у меня был пони, а потом меня отправили в пансион, и его продали. — Эва посмотрела на Кенита. — Мне никто ничего не сказал, — вздохнула она. — Видно, все считали, что я уже взрослая. — Девушка выловила из кармана платок и высморкалась. — Так глупо. Годами не думала про Пончика, а теперь вот до слез его жалко.

— Вам хочется плакать вовсе не из-за пони, — покачал головой Уолкер. — Вы расстроены, потому что надеялись убежать от беды, в которую попали. А она — сюда, вслед за вами.

— Я не сбежала от своих обязанностей, — горячо возразила Эва, не желая, чтобы Кенит плохо о ней думал. — Вот вернусь в Чикаго и снова столкнусь со своими неприятностями. Но мне нужно время, чтобы разобраться в себе самой.

Уолкер шумно со стоном вздохнул.

— Вам — время, а вашему жениху, полагаю, нужна другая женщина.

— Может, и так, — нехотя согласилась Эва, устав от бесполезного разговора.

Пришпорив лошадь, она пустила ее вскачь, словно стремилась на край света, где можно забыть обо всех проблемах. Ветер, бивший в лицо, усиливал ощущение скорости, волосы растрепались по плечам. Эве хотелось кричать от радости. Она была свободна. Свободна…

Внезапно лошадь резко остановилась и захрапела. Захваченная врасплох, всадница не удержалась в седле и упала на поросшую мхом землю.

Придя в себя, Эва обнаружила, что лежит навзничь, голова у нее кружится, а кобылы и след простыл. Девушка повела глазами по сторонам, и взгляд ее сфокусировался на черном медведе, затаившемся у ствола могучего дерева шагах в тридцати. Видно, встреча с человеком и лошадью ошеломила его.

Неожиданно послышался топот копыт, а потом — ей показалось, что все произошло молниеносно, — Кенит уже был рядом, на коленях, держа одной рукой уздечку.