Девочка Джа - Юлия Николаевна Николаева

— Ладно, пойдемте, расселю вас, душ не помешает принять.

Саша поднялся, Гарик разместился в кресле, переводя взгляд с одного на другого, а наша троица поднялась на второй этаж.

— Ты знаешь, куда, — кивнула Люба Саше, он отправился дальше, а мы с ней зашли в ближайшую комнату.

Я осмотрелась, не, ну если это гостевая, то меня тут приветствуют как очень дорогого гостя. Широкая кровать, застеленная атласным бельем, шкаф, стол со стулом, тумба со светильником — все такое дорогое, видно сразу, даже ценник не надо вешать. Ванная с туалетом прямо в комнате. То есть не прямо тут, возле кровати, а за дверью, конечно. Но впечатляет. Пока я осматривала хоромы, Люба снова меня просканировала.

— Ты с ним спала? — задала вопрос, я поперхнулась слюной и закашлялась.

Не то чтобы мне очень хотелось защищать Сашу, но я решила уклониться от истины. Во-первых, избавлюсь от въедливых взглядов и вопросов. Во-вторых, не окажусь на улице потому, что одна девица захочет выдрать мне волосы из-за кудрявого бабника. Короче, я напустила дури в глаза и посмотрела на нее, как и Саша — то есть, как на умалишенную. Взгляд я специально запомнила, как знала, что пригодится.

— Вы в своем уме? — спросила с чувством. — Он же старый!

Такого Люба точно не ожидала, растерялась, глазами захлопала, осмысливая услышанное. Потом несколько подобрела и выдавила улыбку:

— За дверью ванная с туалетом, полотенца там же в шкафу. Ты пока мойся, а я тебе принесу что-нибудь из своей одежды.

Нет приветливей самки, чем та, которая отстояла своего самца. Упорхнула, даже дверью не хлопнула, а я с удовольствием отправилась в душ. Мылась так, словно месяц не была в ванной, вот это кайф. Как мало человеку порой надо для радости. Погонял пару дней, спасаясь от бандитов, ну труп нашел, на взрывы посмотрел, оружием угрожал… А душ сразу, как манна небесная.

Мылась я долго, пока кожа не сморщилась на руках и ногах. Растерлась огромным махровым полотенцем, закрутила его на теле и вышла в комнату. На кровати лежали джинсовые шорты до середины бедра и черная майка-стрейч. На полу стояли шлепанцы. Они оказались единственным, что мне подошло. Все-таки мужская рубашка ввела Любу в заблуждение относительно моей фигуры. Шорты висели на бедрах, грозясь упасть, а майка, наоборот, облепила так, что грудь чуть ли не вываливалась. Я покрутилась перед зеркалом и махнула рукой: исправить это своими силами невозможно, пусть Люба что-то другое подберет.

Гостиная на этот раз была пуста, но в кухне-столовой, в которую был вход через арку, я увидела за столом всю честную компанию. Мое место оказалась рядом с Гариком и напротив Любы, видимо, чтобы максимально далеко от Саши. Пфф. Да с такого ракурса моя грудь только краше выглядит в этом декольте. Люба увидела меня первая, замерла, не донеся ложку до рта, Саша мазнул быстрым взглядом и вернулся к еде. Проголодался, видимо, сильно, такой стресс, такой стресс.

Гарик повернулся, когда я уже садилась рядом с ним, как раз делал глоток сока, взгляд его уперся в мою грудь, и мужчина поперхнулся, выплюнув часть сока обратно. Я девушка тактичная, сделала вид, что ничего не заметила. Люба растеряла недавно обретенную доброту, так что улыбаться пришлось мне.

— Суп? — спросила девушка так, как будто нож вонзила.

— А он с мясом? — осторожно поинтересовалась я.

— Да.

— Тогда не надо, я вегетарианка.

Гарик грустно склонил голову над тарелкой, Саша даже взгляда не поднял, но губы дернулись в улыбке, как тогда в ресторане, когда незабвенный Виктор Алексеич краснел и кричал на меня. Люба смотрела, как на дуру. Я старательно улыбалась. Ну а что делать, какие-то принципы должны у меня сохраниться? Музыку предала, с незнакомым мужиком чуть не переспала, тут уж не моя воля, а случай помешал. Еще не хватало мясо начать есть. Я его не ела, между прочим, четыре года.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— У меня рис есть, — наконец высказалась Люба, я разулыбалась еще больше.

— Буду признательна. Я могу сама погреть.

— Да уж ладно, — она дернула бровями и отправилась к холодильнику. Саша, оглядев меня с легкой улыбкой на губах, качнул головой. Это вот что значит? Что Люба проклянет и меня, и рис, и лучше бы мне есть, так сказать, что и все, чтобы не пасть жертвой отравления?

Рис выглядел прилично, еще соус соевый дали. И помидорку. Наверное, Люба меня пожалела. Ели мы молча, девушка сердито стучала ложкой о тарелку, Саша думал о чем-то своем, а Гарик отчаянно косился в сторону моей груди, всем видом пытаясь скрыть данный интерес. В общем, добрый семейный обед. Когда он закончился, я кашлянула и обратилась к Саше:

— Могли бы мы с вами поговорить наедине?

Саша снова спрятал улыбку, я покосилась на Любу, она нахмурилась, но в целом тревоги не испытала. Наверное, я смогла ее убедить в отсутствии интереса с моей стороны. Ну или она подумала: эти вегарианцы, они такие странные, им вообще не до секса. Кстати, надо обдумать эту мысль. Нет, конечно, вряд ли отсутствие секса в моей жизни связано с этим. Хотя…

Мясо я не ем четыре года, а секс у меня был четыре раза. Совпадение? А вдруг нет? Вдруг у вегетарианцев один секс в год — ну чтобы не расшатывать зазря, так сказать, другие энергетические центры. Было больше, чем раз — потом несколько лет простой. Ой, глупость какая. Надеюсь, глупость.

За этими мыслями я не заметила, как мы поднялись наверх и прошли в мои апартаменты. Саша сел на край кровати и посмотрел вопросительно: мол, давай, выкладывай. Я вздохнула, сунула руки в карманы и чуть не потеряла шорты. Спешно натянула их обратно под заинтересованным мужским взглядом. Кстати, а он ведь переоделся: брюки, футболка, — сшиты, как на него. И куда идти, он знал. Вот точно непросто у них все с Любой, будь она неладна, наше единственное убежище.

— Хотелось бы знать, насколько здесь безопасно? — спросила я для начала. Саша вздохнул.

— Сложно сказать. Завтра в любом случае придется уехать. Об этом доме мало кто знает, но найти могут.

— И куда же мы будем переезжать?

— Я работаю над этим.

— А когда я смогу вернуться домой?

— Над этим я тоже работаю.

Ему только диспуты вести.