Ничего не бойся! Твой Белый - Янка Рам

Прижимая подушку к лицу, гашу рыдания. Вдохнув поглубже откидываю ее в сторону. Помогать ему с этим изнасилованием я точно не стану! И как овца на заклание не пойду!

Быстро привожу себя в порядок возле зеркала. Смотрю себе в глаза. Он не будет моим первым мужчиной. Ни за что! Кто угодно, только не он. В груди бьётся от этого смелого решения. Я не проговариваю его полностью даже себе. Потому что от страха волосы по моему телу становятся дыбом и живот сводит. Сгорая от этого, решительно снимаю с себя брюки. Надеваю тёмный синий сарафан в пол. Мне кажется, он идет мне больше, чем другие. К тому же полностью открывает плечи и слишком откровенно обтягивает грудь резинкой, если не надеть бюст. Я не надеваю... Распускаю волосы. Трясущимися пальцами снимаю крышечку с духов. Мажу пальцем за ушком. На губы немного блеска... Не дыша расчесываю волосы. Какая бледная… шлепаю себе слегка по щекам организуя румянец. Но это лишнее. Я и так сгорю от стыда!

Я - красивая? Вообще-то - да. Но сейчас, мне кажется, я ужасно выгляжу - ранимо, испуганно, а совсем не влекуще. Скидываю снова обувь, чтобы мои шаги не было слышно. Я научилась тут быть тенью.

Спускаюсь. Мачеха властно говорит с новым персоналом, состоящим из трех женщин и одного мужчины.

Проскальзываю к кабинету, застывая у двери. Там голоса Руслана и Тура.

- Ты будешь делать предложение?

- Конечно! - плотоядно.

- Зачем это всё? Ты можешь взять от нее всё, что тебе хочется и так. Оформить брак, в том числе.

- Не-е-ет... Я хочу получить невинную жену. А не банальный износ! Хочу, чтобы она осознавала, что принадлежит мне.

- Эта птичка все равно тебя не полюбит.

- Кому нужна любовь, когда можно получить неискушенность и беспомощность? Просто секс – это скучно. Я хочу ее эмоции... ее покорность и непорочность. Подчинять.

- С чего бы ей быть покорной?

- Будет! Сломаю. Анна еще вчера - наивный ребенок. Она не оперилась в этом мире. А здесь, в России, она вообще в моей полной власти. Я подавлю ее. У меня будет самая роскошная игрушка! Впереди такой пир, что я истекаю слюной.

- Ну, как знаешь...

Я не все понимаю, но от того, что понимаю меня тошнит.

Я так долго живу в ощущении тошноты от отвращения, от страха, что перестала совсем есть. Желудок сжался в тугой ком. И совсем не просит еды.

- Ты таблетки пьешь? – опускает телефон Тур.

- Они мне не нужны. Я в порядке.

- Зачем тогда мы брали рецепт?

- Возможно, они понадобятся моей молодой жене.

Шаги... Дергаюсь, бесшумно прячась в соседней комнате. Шумно испуганно дышу. Оглядываюсь. Это комната Руслана. А если зайдет?! Ныряю за штору, с ногами залезаю на широкий подоконник. Мне кажется, моё дыхание слышно на весь дом. И дверь в комнату как назло открывается! Зажмуриваюсь...

"Меня не видно!" - убеждаю я себя.

Шторы темно-серые и не пропускают свет.

Руслан останавливается у стола. Я вижу его в щель между шторами. Если он повернётся, то тоже может увидеть меня. А если моё сердце будет так грохотать, то он обернётся просто на звук!

Стягивает бутылку виски с полки. Смахивает нечаянно рукавом пиджака несколько стандартов таблеток. Делает несколько глотков из бутылки. Забирает с полки коробочку. И оставив на столе открытую бутылку, перешагивает через блистеры. Уходит.

Выдыхаю... Не попалась.

Выскальзываю из-за шторки. Застываю у стола.

Чего я ищу? Не знаю... Интуитивно, я хочу внести немного хаоса, чтобы все их планы рухнули. По-детски? Может быть... Это от безысходности. Поднимаю с пола таблетки. Клозапин... Что это такое? Вытаскиваю несколько таблеток и найденной на столе металлической линейкой раздавливаю их на листочке бумаги. Аккуратно ссыпаю порошок в виски. Уж не знаю - что это, но надеюсь, что-нибудь убойное!

Может, снотворное? Хоть бы его увезли на скорой! А я что-нибудь придумаю, пока его не будет пару дней.

Смотрю на жидкость на свет. Не растворяется! Зажав ладонью, трясу дольше и сильнее. Но муть и мелкая взвесь остаются в тёмном виски. Всё против меня! Ставлю бутылку так, как стояла. Может, постоит и растворится?

Прячу в ведро для бумаг пустой стандарт, скомкав его внутрь чистого листа из принтера.

Надо бежать отсюда как можно быстрее. Но из какого-то потустороннего любопытства, я вытягиваю один из шкафчиков. Там...

- Che schifo(мерзость)! - с отвращением вскрикиваю я, отдергивая руки.

Морщась присматриваюсь внимательнее. Наручники, резиновый член, кляп, какие-то силиконовые прозрачные насадки, тюбики с гелями!..

- Фу!

Закрываю этот шкафчик. Брезгливо трясу руками, словно прикоснулась к его гениталиям. Вытираю ладони об юбку.

- Schifoso(гадкий)!! Ааа!!!

Меня всю передёргивает. Дергаю аккуратно дверь, смываясь оттуда. Притормаживаю у спальни отца и Тамары. Слушаю ее разговор, судя по всему, по телефону.

- Юрий Карлович, подскажи мне... Допустим, некто пишет завещание на свою внебрачную дочь. А свою законную семью в завещании не упоминает. Если с его внебрачной дочерью что-то случится до того, как она вступит в наследство, семья получит все имущество? Нет? А кто? Её наследники?! Так подожди... - нервно. - А в какой момент должно случится? До оглашения завещания? Тоже нет?! Так... так... А если... Допустим наследница выходит замуж. Потом с ней что-то случается. Кто всё получит? Муж? Мхм... А если муж окажется недееспособен в психическом плане? Брак аннулируют? Нет? Если не потребует его опекун, то - нет, правильно?

Я начинаю путаться в этих рассуждениях. Понимаю только мысль - "с наследницей должно что-то случиться". Это, конечно же, обо мне! Знал бы отец на что обрекает меня этим ненавистным уже завещанием.

- То есть, если доказать недееспособность её мужа, то распоряжаться имуществом будет его опекун. А что нужно, чтобы стать опекуном? Близкое родство?... Мхм... Да, поняла!

Слишком сложно для меня. Тяжело понять смысл! Но всё плохо, это и так ясно. Крадусь дальше. Проскальзываю незамеченной мимо Тура, расположившегося в кресле, у плазмы. Выхожу босая на улицу. Ногам холодно. С унынием смотрю на беседку, что украшают цветами какие-то люди. Мимо меня несут в дом молочный смокинг в вакуумном пакете. А следом - белое платье. Свадебное...

Никогда-никогда и ни за что я не скажу – «да».

Меня скручивает от приступа тошноты! Ну и кого ты собралась соблазнять, несчастная жалкая птичка? А разве у меня есть какие-то варианты? Стоя на крыльце, смотрю, как он выныривает из бассейна, подтягивается на руках, поднимаясь