Как укротить мерзавца - Галина Милоградская

– Ну, что узнал? – первым делом спросил Костя, стоило Игнату войти в кабинет. В высоком тёмно-зелёном кресле он выглядел внушительно, но у Верхоянского было слишком весёлое настроение, чтобы проникаться.

– Ты похож на злодея, плетущего коварные планы по захвату мира, – фыркнул он, падая в кресло напротив и закидывая ноги на стол. – Нормально всё. Волнуются, нервничают, не знают, что наших сокращение почти не коснётся. – Это хорошо. – Костя задумчиво отстучал по столу арию Тореадора.

– Почему? Решил устроить встряску всему холдингу?

– Решил посмотреть, кто побежит первый, а кто решит слить информацию, думая, что его вот-вот сократят.

– В тебе спит преступный гений, ты же в курсе?

Костя лениво улыбнулся и откинулся в кресле. Последняя неделя пролетела, как один день, впереди лежали выходные, а сегодня вечером он вёл Алису в ресторан. И при мысли об этом внутри поднималась такая волна тепла, что хотелось петь. Причём, постоянно. Но забыть о работе и обо всём, что с ней связано, он не мог, несмотря ни на какие чувства. А вот в том, что эти чувства есть, он с удивлением понял сегодня утром, когда проснулся и долгое время не мог понять, отчего улыбка не покидает его лица. Просто она вчера сказала «да», и это открытие запустило цепь мыслей, которые не прерывались ни на минуту, даже когда говорил о делах.

– Мне кажется, или кто-то слишком высоко витает в облаках? – с недоверием протянул Игнат, не дождавшись ответа от друга. – Взгляд вглубь себя, блеск в глазах, и эта улыбка… Старик, ты не влюбился?

– Не говори ерунды, – отмахнулся Костя. – Просто сегодня веду Алису в ресторан, надеюсь, она меня не прокатит.

– Ты вторую неделю вокруг неё круги нарезаешь, уверен, что оно того стоит?

– Уверен. – О том, что когда-то они с Алисой были знакомы, Костя не стал посвящать даже лучшего друга. Зачем? Если у них ничего не получится, то это будет не важно… Сердце вдруг замерло, гулко ухнуло и полетело вниз. Он что, рассчитывает на то, что Алиса захочет отношений? Жаров, в какую петлю ты засовываешь свою голову?

– Знаешь, если она разобьёт твоё нежное сердечко, я не буду его собирать, – с напускной серьёзностью заявил Игнат. Костя расхохотался, скорее, от своих мыслей, чем от слов Игната.

– Ты сегодня в ударе, – отсмеявшись, заметил он.

– Я просто считаю, что даже самым заядлым бабникам иногда приходит срок остепениться, – проговорил Игнат, на этот раз думая о себе и Тане.

– Что я слышу! – покачал головой Костя. – Кажется, ты не обо мне беспокоишься, а о себе!

– Пока нет, мой друг, пока нет. Но когда-нибудь всё изменится, и я хотел бы, чтобы ты к тому времени уже был женат и рассказал, стоит ли оно того.

– Не надейся. – Костя посмотрел на часы и поднялся. – Мне надо переодеться и встречаться с Алисой, так что прости, но тебе пора.

– Почему в моём кабинете шкаф вмещает только три костюма и такой хилый напор воды в душе? – тут же обиженно заговорил Игнат. – Я тебе сколько раз говорил, что мне надо кабинет побольше?

– То есть, мой? – насмешливо спросил Костя. – Как уйду на покой, передам тебе бизнес, и будет тебе душ больше и шкаф с хорошим напором.

– И когда это будет?

– Никогда!

Давно он так не переживал перед свиданием. Да даже встречи с женщинами не называл свиданиями уже… Он и не помнил, сколько лет. Но сейчас, стоя под душем, прокручивал в голове будущую встречу, полностью отдавшись на волю сладкому волнению и предвкушению, представляя, как в конце вечера она позволит себя поцеловать. Желание коснуться её отдавалось почти физической болью, разливаясь в паху. Раздражённо вздохнув, Костя повернул кран, меняя температуру воды. Да, так проще. Проще списать на то, что он просто безумно её хочет, и причина здесь тоже проста: то, как Алиса держит его на расстоянии. И никаких чувств здесь нет и быть не может, а то, что было когда-то – просто юношеская влюбленность, первая любовь, про которую так любят петь и снимать фильмы. И он – не герой одного из них, а взрослый, уверенный в себе мужчина, который не будет терять голову из-за ярко-зеленых глаз, мягкого смеха и нежного голоса. Образ Алисы тут же возник перед внутренним взором, и Костя, выйдя из кабинки и обернув полотенце вокруг бёдер, пробормотал: – Бред какой-то. Спустя полчаса он уже выходил из кабинета, сменив костюм на чёрные брюки и чёрный кожаный пиджак, а белую рубашку – на тёмно-серую.

– Амалия, сдай мой костюм в химчистку, – бросил он, уходя.

– Вы уже не вернётесь? – осторожно поинтересовалась она. После его слов о поисках новой работы, Амалия решила дать ему время подумать и демонстративно не замечала, с холодным и сдержанным видом выполняя все поручения. Но прошло пять дней, а Костя, кажется, вообще не заметил перемены в её настроении.

– Нет. Можешь идти домой. Не забудь про костюм!

Едва лифт закрылся, Амалия бросилась в его кабинет, лихорадочно пробегая взглядом по столу и отыскивая ежедневник – вдруг повезёт? Повезло – плотный блокнот в тёмно-коричневой коже с золотым тиснением нашёлся в верхнем ящике стола. Открыв сегодняшний день, она прочитала: 20:00, «Bistrot», Алиса. Амалия скрипнула зубами – в этот ресторан она мечтала попасть уже два года! Но средний чек там начинался от шести тысяч, и это, как она подозревала, едва ли включало в себя вкусный ужин. И что теперь? Смотреть, как эта девица уводит её Костю, или потратить двухдневную зарплату, чтобы выпить бокал вина и посмотреть, как он её обхаживает и увозит в гостиницу? При мысли, что кто-то другой проведёт эту ночь с ним, хотелось плакать от злости. Это она, Амалия, должна ужинать с ним, и это он её должен потом отвезти в отель и любить всю ночь! Где справедливость в этой жизни, что она вечно делает не так?! Прикусив губу, Амалия всхлипнула. Нет, она не станет мелькать на его глазах, но разве не может подождать на улице и посмотреть, чем закончится встреча? А если вдруг что-то пойдёт не так, то она будет рядом. Как в прошлый раз. Ведь два раза в день и поломанные часы показывают правильное время!

Вернувшись домой с работы, Алиса закрылась