Греховные утехи - Бьюла Астор

— Вот и хорошо. Я тебе тоже.

Это оказалось ошибкой. Направившийся к двери Алекс остановился.

— Ну, а теперь говори всю правду.

— Какую?

— Это сделано специально, чтобы привлечь к себе мое внимание, — бросил разъяренный мужчина. — Неудивительно — ты оставляла следы, по которым вас мог засечь даже слепой. Теперь я понимаю, меня не случайно подвели к открытой двери, чтобы я послушал, как ты щебечешь с любовником!

— Привлечь твое внимание? — повторила Кэти, не веря собственным ушам. Слабость тут же исчезла, и девушка села в кровати прямо.

— Надо сказать, ты проделала это мастерски, — неожиданно признался Алекс и улыбнулся так, что у нее мороз пробежал по коже. — Ты даже ни разу не переспала с ним, правда? Так далеко ты не зашла. Замечательно… — Мужчина вернулся к кровати, не спуская с Кэти насмешливых глаз, казалось, видевших ее насквозь. — Остановилась как раз вовремя: не дать мужу повода пойти на крайние меры и в то же время заставить задуматься…

Только теперь ошеломленная Кэтрин поняла, как глубоко Алекс заблуждается. Девушка откинула голову; сапфировые глаза метали молнии.

— Я спала с ним! — в бешенстве выкрикнула она. — Можешь делать и думать все, что хочешь. Мне безразлично!

— Если Стивенсон хотя бы пальцем дотронулся до твоего обнаженного тела, можешь считать его трупом. Это ты понимаешь? — Алекс стоял неподвижно и сверлил жену непроницаемым взглядом. — Предупреждаю, детка: я не шучу. Если у тебя с ним что‑то было, я раздавлю его.

Кэтрин не могла ни двигаться, ни дышать, понимая, как легко ее загнали в угол. Как этот самодур догадался, что они с Джери еще не были близки? Она солгала не только со злости, а хотела подчеркнуть серьезность их отношений, доказать ‑ это не легкомысленный флирт, затеянный с единственной целью привлечь внимание равнодушного супруга. В то же время Кэти смертельно испугалась угрозы уничтожить Джери.

— Ты так скрипишь мозгами, мне даже неловко, — спокойно сказал Алекс.

Девушка с изумлением заметила, что весь гнев мужа исчез, будто ничего и не было.

— Ну хорошо, — тихо сказала пришедшая в отчаяние Кэти. — Я с ним не спала, но…

— Сказать тебе почему? Испанец обязательно разведется с неверной женой. Таким образом, ты дошла до черты, но переступить не посмела. За всю жизнь ты совершила только один неразумный поступок ‑ вышла замуж за меня. Господи! — Алекс выдохнул сквозь сжатые зубы. — Какого же дурака я свалял, когда подумал, что ты можешь рискнуть положением моей жены!

— Но именно в этом положении я и не хочу больше находиться! — выпалила Кэти, больше не сдерживая гнева. — Я не хочу жить с тобой… хочу свободы!

— Какая к черту свобода? — жестко сказал Алекс. — Ты же пропадешь, стоит тебе ступить за порог. Без моих кредитных карточек ты беспомощна как младенец!

— Да как ты смеешь! — Кэтрин стала белее простыни, на которой лежала.

Черные брови вразлет удивленно поднялись.

— Я сказал правду. Но если ты действительно хочешь свободы…

— Да, хочу! — едва не зарыдала Кэти.

— …почему ты до сих пор покупаешь мне носки? — Серрано саркастически улыбнулся и вышел из комнаты.

При чем тут его дурацкие носки? Это простая обязанность, которую она взяла на себя в самом начале их брака и, особо не задумываясь, продолжала выполнять. Кэтрин поспешно встала, схватила махровый халат и принялась натягивать его, от волнения не попадая в рукава. Она должна заставить Серрано выслушать ее. Заставить понять.

Кэти нашла мужа у него в спальне. Смущенная девушка замешкалась в дверях: Алекс почти снял рубашку.

— Что еще? — сквозь зубы процедил мужчина.

— Выслушай меня… — Кэтрин заставила себя посмотреть мужу в глаза. — Я люблю Джери и хочу развода.

Мягко ступая по толстому пушистому ковру, Александр прошел через всю комнату и приблизился к ней.

— Ты моя жена, — тихо и убежденно произнес Серрано. — А почему? Да потому, что тебе ужасно хотелось стать ею.

Девушка мучительно покраснела; румянец залил даже ее шею.

— Ты слышал, что я сказала? Я люблю его!

— Ему ты тоже покупаешь носки? — быстро спросил Алекс, прищурил глаза и посмотрел на жену со злорадной улыбкой.

То, что произошло дальше, она так и не смогла потом объяснить. Рука сама собой взлетела и сильно ударила Алекса по щеке. Так сильно, что несколько секунд Кэтрин не ощущала собственных пальцев. Девушка была потрясена своим поступком. Насилие чуждо ей: вспышка произошла импульсивно и так же внезапно погасла. Девушка в страхе отшатнулась от протянутых к ней рук мужа. В темных глазах Алекса не осталось и следа усмешки.

— Нет!

— Даже если бы я считал, что хорошая трепка пошла бы тебе на пользу, то сдержался бы. Ты слишком маленькая и хрупкая. Если бы я относился к мужчинам, которые колотят жен, ты бы давно об этом узнала.

Легко, без усилий Серрано притянул изо всех сил сопротивлявшуюся девушку. В черных глазах вспыхнул опасный огонек: Алекс перевел взгляд на ее нежные шею и плечи в вырезе слишком широкого халата. Теперь Кэти угрожала опасность иного рода.

— Должен признаться, я предпочитаю развлекаться по‑другому. Это гораздо приятнее.

— Не смей прикасаться ко мне!

Кэти закричала так громко, что голос сорвался.

— Дорогая, страстная ночь в моей постели — это как раз то, что тебе нужно. — Тяжелая мужская рука легла на ее обнаженное плечо.

— Без пошлостей! — Лицо девушки скривилось от отвращения.

— Не надо отталкивать руку, которую ты совсем не знаешь. — Алекс тихо рассмеялся, обхватил ее ягодицы и крепко прижал к себе.

— Прекрати…

— Ой, боюсь! — лениво поддразнил мужчина и почти нежно убрал с ее гладкой щеки серебристую прядь. Этот жест настолько поразил девушку, что она едва не забыла о своем горячем стремлении к свободе.

— Алекс…

Его рот приблизился к губам Кэти и заставил их раскрыться навстречу. Девушка перестала даже дышать. Алекс покрепче прижал ее к себе, и девушка прильнула к мужу, ощутив каждый изгиб сильного тела. Ее спина непроизвольно выгнулась; сама того не понимая, Кэти стремилась как можно теснее прильнуть к нему. Язык мужчины проник в нежный рот и задвигался там. Огненный поток обрушился на девушку; трепеща, она обвила руками шею Алекса. Темнота под закрытыми веками расцвела тысячами цветных узоров, внизу живота стало жарко, будто там раскручивалась раскаленная проволока.

Алекс наконец оторвался от распухшего рта и окинул пленницу бесстрастным взглядом.

— Так как его зовут? — насмешливо спросил он.

— Его… О Боже! — Едва не упав, ноги отказывались служить, несчастная, ничего не понимающая Кэтрин чуть отступила и поднесла дрожащие пальцы к пылающим губам.