Сказочник - Олли Серж

Я деликатно улыбаюсь в ответ, сдерживая смешок. Да, с профессиональным самомнением у молодого человека, очевидно, все в порядке.

— Спасибо, — благодарю его за любезно подвинутый порожек, чтобы подняться на высокую кушетку и с недоумением разглядываю очки з-д реальности в его руках. То есть про космос это была не шутка?

— Фильм рассчитан на сорок минут, — тянется парень к моей голове. — Если надоест смотреть, в любой момент можно закрыть глаза.

— Я ведь могу и просто закрыть глаза? — неуютно веду плечами, — мне дополнительное развлечение не нужно.

— Это нужно для абсолютного погружения в ощущения, — убеждает меня массажист. — Вам понравится.

Я со вздохом позволяю надеть на себя очки.

— Комфортно? — интересуется массажист, поправляя крепления.

— Да, — киваю, провожая взглядом медленно проплывающую мимо меня планету.

Вадим молча помогает мне лечь на живот и раскрывает полотенце.

Голова немного кружится от потери ориентации и иллюзорного состояния невесомости.

Я слышу, что массажист отходит от меня куда-то в сторону, но следом же возвращается, и на мою спину, судя по чавкающим звукам дозатора, начинает течь масло.

Прикусываю щеки изнутри, чтобы сдержать стон удовольствия, когда сильные, горячие ладони ложиться на мою шейно-воротниковую зону, а пальцы вдавливаются в какие-то участки так точно и правильно, что в затылке начинает искрить, а по рукам разбегаются мурашки. Ооо…

Руки Вадима знают свою работу на двести процентов, всего за несколько минут отправляя меня в состояние расслабленности и полного пофигизма. Почему пофигизма? Потому что мне даже лень напрягаться, когда массаж спускается вниз к копчику и слегка заходит под пределы трусиков на ягодницы.

Это… ммм, тоже очень хорошо.

С моими рецепторами начинает твориться какая-то абсолютная ерунда. Мне кажется, я чувствую запах еловой смолы и сигарет. А ещё копчик начинает вибрировать, как тогда, при встрече со Стоцким. У мужчин один и тот же одеколон? Или это просто мои фантазии бесстыдно смешиваются воедино?

Когда массажист приступает прорабатывать внутреннюю сторону бёдер, я понимаю, что позорно возбужаюсь. Мои щёки горят под повязкой. Особенно в те моменты, когда ребро ладони касается и, кажется, совершенно случайно вдавливается в самые чувствительные места через трусики. Подними все пульсирует и желает более ощутимых прикосновений.

Я закусываю губы и стараюсь вспомнить, что вообще знаю об астероидах. Не имеют атмосферы, движутся по орбите и… штиль. Мысли уплывают совершенно не в школьную программу, а в литературу погорячее.

Теперь я понимаю откуда берутся женские эротические фантазии про массажистов. А, может быть, это просто мне попался такой талантливый молодой человек, который, следует справедливо заметить, ещё не позволил себе ничего двусмысленного в мой адрес. Его руки работают строго по массажным точкам и траекториям.

Тело тянется и на уровне инстинктов немного вибрирует на каждое прикосновение сильных и уверенных пальцев, выпрашивая продолжение. Вот, не зря говорят, что женщины — кинестетики и лучше всего понимают отношение именно через прикосновения. Как жаль, что трогает меня сейчас не мой мужчина…

Мыслено отвешиваю себе пару отрезвляющих пощёчин и даю установку следить за планетами, чёрными дырами и прочими космическими объектами, и ни в коем случае не закрывать глаза.

Но это ничерта не помогает! «Мммм…» В какой-то момент мое горло не сдерживается и все-таки издаёт сладкий стон.

— Простите, просто так хорошо, — оправдываюсь я.

В ответ меня нежно и интенсивно растирают по всей задней поверхности кожи, а потом переворачивают на спину, быстро прикрывая грудь свёрнутым в несколько раз полотенцем.

Затвердевшие соски врезаются в махровую ткань и от этого прикосновения пропускают по моему телу разряд, как от дефибриллятора. Господи, какой позор! Так отключиться, что сама бы и не вспомнила про то, что лежу без лифчика.

Массажист продолжает свою работу, а мне хочется жалобно похныкать. Да он издевается! Так одновременно касаться и не касаться груди, доводя меня до состояния на все согласной кошки… Этому точно учат нас а курсах массажистов или в медицинских вузах? Сомневаюсь.

Ощущения становятся совершенно нестерпимыми, когда массаж спускается до косых мышц живота и лобка. Дыхание контролировать больше не получается.

Боже! Не хватало сейчас только опозориться и кончить. От приближающегося оргазма в животе горячо и щекотно. Кажется, что там только что родилась стая бабочек, а теперь послушно летает за руками Вадима.

Это просто прекрасно, что мои бесстыжие глаза сейчас спрятаны. Честно говоря, открывать их нет совершенно никакого желания. Мне так мягко и хорошо, как давно не было.

Постепенно руки Вадима уходят в работу с моими ногами, и я облегченно выдыхаю, долеживая сеанс массажа в легком полусне.

Хихикаю от едва ощутимого и щекотного прикосновения к пятке, будто бы губами. Это, конечно, бред, но ощущения похожие.

— Ещё пять минут полежите, — пробивается в мою космическую реальность голос Вадима. — И можете одеваться.

Я слышу, как он выходит из кабинета, и срываю с себя очки виртуальной реальности.

Моргаю. Комната плывёт. Что это сейчас было?

По совету своего массажиста действительно лежу ещё несколько минут, а потом спускаюсь с кушетки и быстро надеваю одежду.

Ощущения после сеанса двоякие. С одной стороны — я ощущаю себя заново родившейся, спина больше не болит, а с другой — совершенно измученной и неудовлетворённой.

— Вам все понравилось? — вежливо интересуется девушка на ресепшн, когда я выхожу в коридор. Слава Богу, Вадима рядом с ней нет.

— Да, — киваю. — Все прекрасно. До свидания.

— До свидания, приходите к нам ещё, — отзывается мне в след девушка.

Стоя на крыльце салона, я вызываю такси и решаю позвонить Данияру, чтобы поблагодарить его за подарок ещё раз. И разделить одно очень странное чувство, которое пытаюсь честно идентифицировать…. Мне снова абсурдно кажется, что я изменила Дане, испытав возбуждение такой силы с чужим мужчиной.

— Алло, — парень отзывается примерно на пятый гудок, когда я уже собираюсь скинуть вызов. — Ты что-то хотела, Валерия? Я очень занят.

— Я сходила в спа-салон, — отчитываюсь ему я игривым тоном. — Было очень! Очень круто! Спасибо! — говорю возбужденно.

— Прекрасно, — равнодушно говорит Даня. Я слышу на фоне стук столовых приборов. И фразу официанта: «Ваш сибас». — Я сейчас занят. Попозже перезвоню.

Он кладёт трубку, а я останавливаюсь на ступеньке, словно меня только что облили помоями.

То есть какой-то хренов «сибас» сейчас оказался важнее меня? Важнее моих эмоций? Разве не для этого мужчины дарят подарки женщинам? Почему нельзя было сказать нормально: «Лерочка, я ужинаю, рад, что тебе все понравилось.»

Новая обида расцветает в груди неконтролируемо. Это такое очень противное чувство, когда ты, как маленький ребёнок,