Эгоист - Гростин Катрина

7 глава

Вернулся он домой уже на следующий день, или вернее сказать, в полночь. Он всунул ключ в дверную личинку и безразлично повернул. Устал он ужасно. Сейчас ему хотелось просто лечь и уснуть, крепко-крепко. Открыв дверь, он увидел чьи-то сияющие яростью глаза. Щелчок выключателя и он увидел перед собой Ариану. Та стояла, скрестив на груди руки.

— Где ты шляешься? — с деловитым тоном она чуть-ли не кричала.

— Слушай, ты мне мама? Что ты ко мне прицепились? И как ты вообще сюда пробралась я не пойму? — не дождавшись ответа, он прошёл дальше, оставив девушку в прихожей.

— Я уже устала прикрывать тебя в школе…

— Ну так не прикрывай. — Эрик перебил её.

— Ты и твой уважаемый Хайз на грани отчисления. — как ни в чём ни бывало тараторила девушка.

— Угу. Включи свет и покиньте мою жилплощадь.

— Я тебе предупредила. — она обижено сжала кулаки и направилась к выходу, но ему уже было всё равно. Он облегчённо снял с себя всю одежду, надоевшую ему за целый день, и лёг на диван…

Проснулся он от писка будильника, который, по-видимому, вчера во время его отсутствия поставила Ариана. Хочешь не хочешь, а в школу идти нужно было, иначе правда могут отчислить и выдать злосчастный «волчий билет». Он уже собрался выходить как его телефон за вибрировал. Это оказался его модельный менеджер.

— Здравствуй, пропажа. — из трубки донёсся мужской, задорный голос.

— И тебе не хворать. Скажи, пожалуйста, что меня вызывают.

— Сегодня ждём тебя к десяти, от занятий освободим. Ручаюсь своей собственной головой. Главное появись, пожалуйста. И так покрываем тебя по полной программе, будь кто другой, мы не стали бы…

— Дружище, я тебя понял. Обязательно объявлюсь, главное, чтобы сегодняшний день ты покрыл в школе.

«А не всё так плохо» Подумал он про себя, и, улыбнувшись, вышел на лестничную площадку. Ступал он смело, решительно. Он понимал, что сегодня он опять будет свободен и полностью сможет себя посвятить своим делам. Его переполняли разные эмоции, с одной стороны его распирала гордость за себя, с другой — обида на кого и на что он не мог сказать. Раздался щелчок дверного замка и он уже собирался уходить, как вдруг под его ногой что-то зашуршало. Эрик опустил глаза и увидел аккуратно сложенную бумагу.

Записка была необычная. Редкая качественная и плотная бумага, которую очень тяжело где-либо раздобыть, текст был написан настоящими чернилами, а вместо привычных знаков алфавита написаны какие-то иероглифы. Он всматривался в каждый из них и пытался разобрать что там указано. Знаки были ему знакомы.

— Слушай, а давай создадим новый алфавит, расшифровку которого не расскажем никому-никому! — Лео принёс из дома огромную папку с чистыми листами и карандаши.

— Давай… А рассказать нельзя даже Алисе? Она ведь с нами…

— Никому! — отрезал тот.

Эрик вернулся в квартиру и принялся за расшифровку. Очень тяжело что-либо разобрать. Послание, по-видимому, написано в спешке.

— Чёрт… — каждый раз, когда он не мог понять вырывалось к него и он нервно смотрел на часы, до выхода оставалось всё меньше и меньше времени.

Он провёл за листком полтора часа и уже начинало прорисовывается начало. «Здравствуй. Со мной всё нормально…». Начало уже положено и открыты некоторые слова. Он сунул лист в рабочий стол и направился в студию. Мысленно он был дома, пытался припомнить знакомые значки и вместо них подставить нужные буквы.

Звонок в дверь раздался нежданно. Он оделся и направился открывать. Это была Ариана. Вид её не предвещал ничего хорошего. Деловитый тон и важные манеры показались Эрику весьма забавными.

— Дай пройти. — словно к себе домой вломилась девушка.

— Женщина, вы ничего не перепутали?

— Нет. Я принесла домашнее задание… Ой, а что это у тебя. — она с интересом рассматривала сообщение, оставленное Лео. — Я, кстати, нашла похожую записку у себя под дверью, но ничего не могу разобрать. Может разыграл кто. Да и вообще это не первый раз. Их собрался целый склад, это же надо придумать все эти рисунки.

— Точно такую же записку? — Эрик повторил с её интонацией.

— Ну да. Детвора, наверное, играется. А ты что делаешь? Ты понимаешь эти каракули?

— Может быть. Можешь принести тот листик? — глаза его засветились надеждой. Он рассмотрел целую записку, но ничего не понял. Слова обрываются на самых важных местах и отгадать что там задача практически невыполнимая.

— Л-ладно. Только ты того, не смотри на меня так, этот взгляд пугает меня.

— Ой, прости. — он виновато опустил глаза вслед за ней на паркет. — Принести, пожалуйста, записку. Буду очень благодарен. Я попробую разгадать что там написано и всё тебе объяснить. — он посмотрел на её милое личико и таинственно ухмыльнулся.

8 глава

— Что это всё значит? — наблюдая за парнем спрашивала девушка. Глаза её были полны любопытства. Ей словно хотелось в один миг разгадать тайну или чтобы ей в сей же час растолковали что и почему.

— Это значит… — он протянул это через несколько минут задумчивого молчания. — Это значит… Та, кто его знает. Получается какой-то набор слов. — в его тоне слышалась неудержимая нетерпимость, которая проявлялась и в его действиях. У него буквально всё валилось из рук, а если и держалось в них чуть дольше нескольких минут, то приходило в ужаснейшее состояние.

— Ты понимаешь эти каракули?

— Да понимаю. Ещё пару лет назад, мы с Лео решили создать свой собственный алфавит, через который мы пересылали различные важные для нас послания. Изначально, глядя на записку можно подумать: что за ерунда? Бессмысленный набор символов, похожая история для американца, увидевшего написанный текст на русском или на японском языке. Ему покажется это всё бредней и он выкинет этот листик, даже без попыток разобраться в нём, ведь так? Мы решили точно так же. И, играя в тех же шпионов, мы пользовались своими собственными символами. Очень давно мы ими не пользовались, удивлён что он ещё до сих пор помню все основные формулировки и нормы, к сожалению, уже за огромный промежуток времени я многое забыл.

Девушка смотрела на него и слушала с изумлёнными глазами, полными интереса. В них читалось множество вопросов, которые то и дело хотели вырываться из её уст, но излишняя заинтересованность не давала им выйти, вылиться наружу.

— Вообще, об этом знал только я и мой достопочтенный пропавший товарищ, но раз Лео доверяет тебе, значит это