Собственность криминального авторитета - Айрин Лакс

– Пойдём, пусть он спит, – Данте утягивает меня за собой. Обратно в нашу кровать. И на этот раз я засыпаю без кошмаров, крепко держась за руку любимого.

* * *

– Итак…

Я с удивлением отрываю взгляд от книги, вскрикиваю, заметив Данте, замершего у порога.

Он щёлкает замком и отбрасывает в сторону кожаную куртку.

– Пора тебе получить то, что ты заслужила…

– Ой…

Данте вытягивает ремень из петелек, складывает его вдвое и щёлкает по ладони. Щелчок получается звонким и оглушительным. Я автоматически откладываю книгу в сторону, заложив закладку. Но любимый мужчина надвигается на меня, крадучись, словно хищник, и я в тот же миг забываю, о чём читала.

Сумасшествие какое-то!

Вот что он со мной делает? Тело уже пылает от предвкушения, в трусиках собирается предательский жар, а все разумные мысли плывут, словно кисель.

Данте останавливается возле меня и окидывает меня взглядом Собственника.

– Раздевайся, – с угрозой в голосе произносит он, лениво покачивая ремнём. – Пора преподать тебе урок, маленькая негодница. Наказать за непослушание!

– Я… Я всё могу объяснить!.. – торопливо произношу я и вскрикиваю.

Данте наглым образом дёргает меня на себя и, обхватив за талию, тащит меня в направлении кровати.

– Данте!

– Поздно молить о пощаде. Я буду выколачивать из твоей попки дурь!

Шлепок по попке! Такой сильный и звонкий, что даже отдаёт в ушах.

Данте опускается на кровать и резко меняет моё положение. Теперь я лежу животом на его коленях. Мой бандит удерживает меня в этом положении, надавив локтём одной руки на шею так, что не получилось вывернуться.

Я пытаюсь встать с колен Данте, но он продолжает удерживать меня, задирая второй рукой моё платье.

– Ты что-то хотела сказать в своё оправдание, – подсказывает Данте.

Он поглаживает мои ягодицы перед тем как опустить ладонь, огрев их шлепком, а потом ещё и ещё…

– А-а-а-ай!.. – издаю писк, чувствуя, как кожу ягодиц обжигают звонкие шлепки.

– Это ещё не «а-а-а-ай!» «А-а-а-й» будет, когда я пущу в ход ремень, – порыкивает с угрозой любимой, продолжая шлёпать меня, наказывая за непослушание.

Кожа попы начинает гореть под его ладонями. Данте шумно выдохнул, остановившись, и положив ладонь на горящую кожу, поглаживает её через тонкое кружево трусиков.

– Говори. Чем быстрее ты пообещаешь быть впредь послушной девочкой, тем меньше будет наказание…

– М-м-м-м… Может быть, я немного отсрочу своё признание? Сейчас я желаю быть наказанной. Желаю быть твоей Собственностью! – мычу от наслаждения.

Потому что Данте… комкает кружево трусиков и дёргает в сторону. Собравшееся кружево трёт влажные складки. Данте дёргает кружевом так, что начинает тереть уже между ягодиц, а потом опять проводит кружевом вниз по набухшим складкам.

Болезненное трение наполняет низ живота тянущим предвкушением. Ситуация меня возбуждает! Изогнувшись в спине, я подставляю попку под умелые руки Данте, готовая принять от него всё, даже наказание.

– Ты была очень плохой, очень непослушной девочкой! – зловеще низким голосом произносит Данте и… окончательно рвёт на мне трусики.

В следующий же миг ремень оживает в его руках и хлёстко опускает удары на мою попку. Ой, боюсь, что я не смогу сидеть потом целую неделю или даже больше!

Но после нескольких ударов тело наполняется щемяще-приятным томлением. Кровь превращается в густой сироп наслаждения. Мысли горят в адском костре… Мне жарко. Мне так жарко, что я поддаюсь вперёд под удары ремня, но…

Но иногда получаю вместо шлепков иное.

Его пальцы.

Они скользят по влажным лепесткам, обрамляющим вход в лоно. Данте терзает их, сминая, гладит возбуждённый клитор, посылая уколы удовольствия по всему телу.

– Ещё? – хрипло спрашивает бандит.

– Ещё!

Я уже не прошу его, но умоляю, как будто бога.

Данте начинает всаживать пальцы в лоно, заставляя меня стонать в полный голос. Извиваюсь змеёй на коленях любимого, а он только наращивает темп. Чувствую, что я ужасно мокрая… Просто до неприличия – капли скатываются по коже.

Я уже почти обессилена и выжата. Досуха. Но Данте снова затевает что-то. Он снимает меня со своих колен и заставляет нагнуться над кроватью. С позорно отставленной, задранной кверху попкой.

Его изумительные, сильные пальцы нежно гладят кожу ягодиц. Она горит, как будто меня натёрли перцем чили.

Это… моё наказание.

– Пора перейти к главному.

Палец Данте кружит возле дырочки в попке, разнося какой-то прохладный гель. О боже… Он подготовился и готовит меня к анальному сексу.

– Ты заслужила это. Согласна? – надавливает, входя внутрь.

Мне ничуть не больно. Приятно. Я готова принять его… и там тоже. Готова принадлежать ему целиком и полностью.

Данте совершает несколько резких и глубоких движений пальцами в моей попке. Я постанываю, откровенно желая большего – сама насаживаюсь на его пальцы.

– Какая ты голодная, – довольно урчит, как зверь, вынимая пальцы.

Вместо них на заднюю дырочку давит крупная головка его члена. Он нажимает, усиливая давление. Потом просовывает руку между моим телом и кроватью, находя клитор.

– Я давно мечтаю наказать тебя. Так что готовься… Я выплесну в тебя всё, до капли… – постанывает, раскачивая бёдрами.

Он вбивается всё глубже и глубже, но действует осторожно и мягко, чтобы не навредить. Лишь когда он входит целиком, замирает. С ним замираю и я, чувствую себя непривычно полной и тугой. Как будто он занял всё меня, целиком – тело, мысли, чувства.

Пальцы Данте пляшут, заигрывают с возбуждённым комочком плоти.

Потом… он начинает двигаться.

Его большой, толстый ствол движется назад, с медленной и тугой оттяжкой. Вонзается вперёд, до самых яиц резким толчком. У меня перед глазами начинает разрываться яркий, слепящий фейерверк. Меня глушит сильными эмоциями и топит в возбуждении с головой.

От удовольствия, захватившего моё тело в плен, хочется кричать!

Данте взвинчивает скорость на максимум. Его член туго и плотно ходит внутри, доходя до предела. Слышатся звонкие, ритмичные шлепки на фоне обжигающего и прерывистого дыхания.

Я хочу, чтобы это не заканчивалось. Никогда.

Мечтаю, чтобы он брал меня властно и жёстко, ставя клеймо собственника. Имея меня, как хозяин… всей моей жизни.

– Да, – поскуливаю довольной сучкой под его мощным и жарким телом, ритмично вбивающимся в моё.

– Ты – моя… Навсегда. Запомни!

– Да! Да! Да! – кричу, срывая голос.

Не в силах удержаться на краю пропасти. Он толкает меня в неё – в пропасть жаркой страсти, в геенну огненного оргазма, пожирающего целиком. От меня не остаётся ни следа, я сгораю, как птица феникс. И… возрождаюсь снова, когда Данте изливается внутрь. Накрывает меня своим телом, замедляет жарким фрикции и целует… Плечи. Шею. Спину.

Любимый оставляет