Мы сделаем это вдвоём - Салма Кальк

И смотрю так, будто сейчас съем без соуса. То есть, разжую и выплюну, простите.

Он поджимал губы, в глазах его бушевала злость, руки несколько раз поднимались и опускались обратно на колени. Потом уже я подумывала, что он мог просто избить меня, связать и привести в столицу. А там точно так же привезти во дворец. Но наверное, он понимал, что тогда не получит моего осознанного содействия, а, кажется, нуждался в нём. Ещё он мог шантажировать меня сыном, но, к счастью, не догадался.

Или он не был уверен до конца, что я больше не маг, и не смогу повредить ему?

- Я согласен, - мрачно сказал он после довольно долгого молчания.

- Отлично, приглашайте господина Друа, целителя.

- Для чего это? – насторожился он.

- Для того, что он маг. Вы – нет, вы не сможете поклясться и подтвердить клятву магически. Но вы сможете поклясться в присутствии мага, и он заверит вашу клятву.

Я совсем не была уверена, что в случае с простецом это сработает. Но он поверил, и это сейчас было главным. А то, наверное, думал, что потом сможет меня переубедить или принудить силой? Ну, пусть попробует.

А пока он пригласил господина Друа, и при нём обязался исполнить в отношении меня то, что сейчас обещал.

Меня это устроило. Я поблагодарила обоих и велела вызвать из столицы портного. Можно порталом, да. Договориться с кем-нибудь, кто откроет портал за плату. Потому что так быстрее. С меня снимут мерки здесь, а когда я прибуду в столицу, платья уже будут готовы.

И можно было собираться.

9. Непредвиденные обстоятельства

В тот день с самого утра шёл снег. Сначала просто в тишине, без ветра, и даже немного оттеплило. Да-да, если идёт снег, и ветра нет, это значит – тепло. Не верите? А вот.

Местные были со мной согласны насчёт снега и тепла. Днём после обеда дети со всей деревни, включая нашу Настёну, с радостным визгом и воплями катались с горки неподалёку от нашего верхнего забора, закидывали друг друга снежками и творили там что-то ещё, столь же прекрасное. Мне даже самой захотелось присоединиться, особенно когда из дома выбрались соседи – Егор Ильич с братом Тимохой – и присоединились к детям.

- Здорово, правда? – рядом у окошка возникла как будто из ниоткуда Меланья.

- Хочешь к ним? – я внимательно глянула на девочку. – А чего не идёшь?

Та смутилась.

- Так дела же, - и вздохнула тихонечко.

- Ой, да можно подумать, эти дела когда-нибудь реально переделать все до конца, - отмахнулась я. – Иди, оденься только хорошо, ладно? И возвращайся, как темнеть начнёт, и Настёну веди домой.

Радостная Меланья унеслась – только её и видели. Ну да, Пелагея держала её в строгости, это я добрая и мне не жаль ничего, только чтобы все улыбались. Может, конечно, я и не права, если по-местному, но должна же у человека быть радость в жизни?

- Что на ужин делать, Женевьева Ивановна? – спросила Дарёна.

- Да у нас же теперь прямо разносолы, - усмехнулась я. – давай каши сварим побольше, да обжарочку на сале для неё сделаем. Овощи да со шкварками – вкусно же? И салат. Редьку со сметаной? Или морковку с чесноком?

Дарёна кивнула и пошла в кладовую за морковкой и бормотала под нос, что салат – это господская блажь, можно и без салата. А я подумала, что нужно сделать майонез к тому салату. Завтра, например. Яйца есть, масло растительное, по-здешнему постное – есть, вперёд. А пока – ужин, и что там ещё можно сделать сегодня? Повязать чулки? Ладно, будет видно.

- А что, хозяйка, поесть-то дашь? – в кухню заглянула не очень мытая рожа.

- Дам, придёт время, - отозвалась я. – А ты, мил человек, чем меня слушал, ухом или брюхом? Или я неясно сказала, что в мои покои не ходить?

- Ну мало ли, что сказала, - пробормотал обладатель немытой рожи.

Был он космат, велик телом и объёмен брюхом. Наверное – силён, как медведь в лесу. И такой же дикий, кажется.

Этих постояльцев – шесть душ – мне сосватал Прохор, живший внизу, через один дом от Пелагеи. Сказал – дня на три, переждать непогоду. А непогода уже шла, ожидали, и вот разразилась. Сначала снег, потом метель, потом продует и похолодает, а потом и уберутся восвояси. Предыдущие, от Егора, были понятливые, вели себя тихо, всю работу по дому, о какой их просили, выполняли. Эти же заехали вчера, корабль свой вытащили на берег, чтоб не вмёрз никуда, и вроде даже с тем же Прохором договорились о постое в его сарае. А сами притащились ко мне.

Правда, припасов дали – без стеснения, щедро, и чем их кормить – тоже. Сало вот вкусное привезли. И было у них с собой что-то весьма горячительное, вчера после бани как засели в зале, да так, что я девок своих спать прогнала и двери к ним изнутри, с нашей стороны, магически заперла. Кто-то поскрёбся, обломился да и перестал. Гудели долго, но не слишком громко, пили да разговаривали. Потом спали до обеда. А теперь, значит, просыпаются, соколики,

Вчера при заселении было чётко сказано – на хозяйскую половину ни ногой. Можно постучать или позвать, я приду, я всё одно тут рядом. Не отзывается никто – ну выйдите, пройдите через двор до чёрного хода да тут в дверь стукните, чай, ветром не унесёт. Нет, не поняли.

- Значит, так. Что-то я запамятовала – звать-то тебя как?

- А Герасимом, - сказал обладатель немытой рожи.

- Слушай сюда, Герасим. Ступай сейчас в залу, да там и оставайся. Поесть принесём, как сварим, голодными не оставим, не бойся. А ходить тут, топтать нам да мешать – не нужно ни в коем случае.

И поскольку уже темнело, да и для прояснения, так сказать, позиции я щёлкнула пальцами и вызвала пяток осветительных шариков.

- Ведьма, что ль? – вытаращил глаза Герасим.

- Обученный маг, и вообще – подданная франкийского короля.

- Чего? – не понял тот.

- Ничего, ступай, - я бесцеремонно взяла его за плечи, развернула и направила к выходу.

Он и ушёл, но через небольшое время вернулся – мы с