Снегурочка - Татьяна Ткачук

9

Наконец, когда все насытились, а бутылка практически опустела, Елена Сергеевна встала и сказала:

— Ну, что? Будем ложиться спать? Наташенька, я постелю вам здесь, на диване. И пижаму свою дам. Только сначала нужно освободить стол от посуды и унести его на кухню! Сидите, сидите! — поспешила промолвить она, заметив, как девушка тоже вскочила со своего стула, явно намереваясь помочь хозяйке, но тут же покачнулась в сторону — выпитый алкоголь сделал свое предательское дело.

Антон торопливо протянул руку и удержал ее за предплечье:

— Осторожно, Снегурочка!

— Ой, извините! — сконфуженно произнесла Наташа. — Что-то я…

— Все в порядке, Наташа! Вы пока посидите, а мы с Антоном быстренько все уберем!

— Нет, я в норме, — тряхнула светловолосой головой девушка. — Я помогу вам!

Втроем они быстро перетаскали тарелки на кухню, и Елена Сергеевна, аккуратно свернув праздничную скатерть, унесла ее в ванную.

Антон, собрав вдвое столешницу и сняв ее с деревянного каркаса на широких плоских ножках, отнес все на кухню, превратив стол в довольно компактное сооружение.

— Давайте, я помою посуду, — предложила девушка, но хозяйка отказалась, сказав, что сейчас постелит ей на диване, а потом все сделает сама.

Антон ушел в комнату с закрытой дверью — проверить сына, а Елена Сергеевна через минуту вернулась с постельным бельем и пижамой для гостьи.

Быстро застелила диван простыней, положила прямоугольную подушку и, встряхнув, расправила пододеяльник.

— Вот и всё, готово! У нас тепло, так что под пододеяльником не замёрзнете. Можно ложиться…

— Давайте, я все-таки помогу вам с посудой!

— Ну, если вам так хочется…

— Да, хочется! Я хотя бы так смогу отплатить вам за гостеприимство!

Женщины пошли на кухню и в четыре руки быстро разобрались с посудой. К ним вскоре присоединился Антон и, сидя на диванчике мягкой обеденной зоны, непринужденно разговаривал на самые нейтральные темы.

Вскоре кухня сверкала чистотой, и Елена Сергеевна скомандовала отправляться на отдых. Ушла первой, пожелав молодым людям спокойной ночи.

А Наташа отправилась в гостиную, где ей было приготовлено место для ночлега. Антон последовал за ней, и девушка остановилась в нерешительности. А он сделал шаг вперед, оказавшись совсем рядом.

В комнате царил полумрак, но света, падавшего из коридора, вполне хватило, чтобы рассмотреть, как блеснули его глаза. Девушка замерла, кажется, забыв даже дышать, а он положил руки на хрупкие плечи и прошептал:

— Наташ…

А потом мягко, но настойчиво притянул ее к себе, вовлекая в поцелуй, слегка отдающий вкусом шампанского. И она снова поплыла, теряясь в ощущениях, отдаваясь на волю этого мужчины, на прикосновения которого реагировала так, как еще не реагировала ни на кого другого.

А руки Антона уже скользнули ей за спину, а вторая поднялась, обхватив затылок, не давая возможности отстраниться. Но девушка и не хотела отстраняться, наоборот, закинула руки на шею Антона, запуская пальцы в темные, оказавшиеся неожиданно мягкими и приятными на ощупь, волосы.

Он, приподнял девушку над полом и вместе с ней шагнул к дивану, сел, опуская свою ношу на колени, не разрывая поцелуя.

Через несколько бесконечных мгновений, когда в тишине комнаты слышалось только дыхание двух людей, пробормотал ей в самые губы:

— Наташка!.. Наташенька!.. Какая же ты…

— Какая? — шепотом спросил девушка.

— Сладкая!.. Снегурочка моя! Девочка!..

— Антош!.. Твоя мама… — лихорадочно зашептала девушка.

— Мама — мудрая! Она все поняла…

— Что поняла?..

— Она видела, как я смотрел на тебя…

— А ты смотрел?..

— Еще как! Весь вечер мечтал вот так целовать тебя… Держать в своих объятиях!.. Сказка моя! — и он снова припал к покрасневшим от натиска его губ и языка устам девушки. И всё прижимал к себе так, будто боялся — стоит только ослабить руки, и всё! Ускользнет его Снегурочка и растает лужицей прозрачной воды, как в старой сказке…

Но он же сам и опомнился первым: прижался лбом к девичьему лбу и, тяжело дыша, точно пробежал стометровку, прикрыл свои невероятные глаза.

— Наташенька!.. Снегурочка моя…

И она сама обхватила ладошками его голову и начала покрывать легкими поцелуями глаза, высокие скулы, подбородок, на котором уже начала пробиваться темная щетина, пока он не перехватил инициативу и не поймал нежные губы в свой плен.

Потом уткнулся носом в ямку у ключицы и замер так, вдыхая сладкий аромат молодого женского тела.

— Антон! — прошептала она еле слышно. И опять позвала. — Надо ложиться — ночь на исходе…

Он поднял лицо, вглядываясь в черты девушки:

— Да, надо… Лучше остановиться прямо сейчас… Потом я просто не смогу отпустить тебя…

— Да, там твоя мама… И сын…

Он улыбнулся в сумраке комнаты:

— Ты понравилась Димке!..

— Только Димке? — лукаво переспросила Наталья.

— Ты дразнишь меня?! — поднял он темные брови.

— Эм-м-м… Нет, просто спрашиваю, — она обвела пальчиком сначала одну бровь, затем другую, и эта бесхитростная ласка заставила мужчину опять вжать ее в свое тело.

Потом он вздохнул и, подхватив Наташу за талию, пересадил ее на диван:

— Ложись спать, Снегурочка! Иначе завтра на этом прекрасном лице будут синяки от недосыпа.

Коротко поцеловал ее в губы и встал, осторожно потрепав ладонью по макушке:

— Сладких снов тебе, красавица!

— И тебе спокойных снов, Антон!

— О, вот насчёт этого я совсем не уверен, — тихо хохотнул мужчина, а потом прошел в коридор и выключил там свет, чтобы уже в темноте проследовать в свою комнату.

Как поняла Наташа, Димка спал в комнате с бабушкой.

Она выждала еще пару минут, а потом сняла плотные колготки, скинула платье и молниеносно нырнула в пижаму Елены Сергеевны. А затем юркнула в постель. Но долго еще не могла заснуть, взбудораженная поцелуями Антона.

Что интересно, проснулась она довольно рано. Однако Елена Сергеевна уже встала и тихонько возилась на кухне. Когда девушка облачилась в платье хозяйки и прошла на кухню, женщина улыбнулась ей и сказала:

— Садитесь завтракать, Наташенька!

— О, нет, спасибо, Елена Сергеевна! Не хочу доставлять вам хлопоты! Я поеду домой! Спасибо вам за всё! Сейчас только переоденусь в свою одежду и поеду…

— Ну, смотрите, а то позавтракали бы, — опять сказала хозяйка, но Наташа только покачала головой, улыбнувшись.

Елена Сергеевна проводила ее до прихожей и заперла дверь за ушедшей девушкой. Вздохнула про себя, подумав, что была бы вовсе не прочь видеть своей невесткой именно такую, как их нечаянная гостья. И ведь Антон так смотрел на нее, что становилось сразу понятно, что сыну девушка понравилась. Он нет-нет, да и бросал взгляды на нее, и в этих взглядах было столько всего… Уж мать-то, знавшая своего ребенка, смогла разглядеть в его изумрудных глазах