Нотариус его высочества - Дарья Михайловна Сорокина

– А деньги?

Он на миг растерялся.

– Не надо, ты же сама все сделала.

– Не сама. Возьми, – тянула я монеты.

– Для моих друзей бесплатно, хорошо?

Он сжал мои пальцы обратно в кулак, пряча деньги.

– Вы так разоритесь. Весь город только и говорит, какой ты добрый.

– Не думаю, Юри. Обычно говорят одно, а делают… Не бери в голову.

А вот сейчас он выглядел грустным. Странный парень, столько эмоций за раз, что мое сердце сходит с ума.

Он быстро вернулся с заверенному документу и слишком долго держал его за другой край, не отдавая мне.

– Обязательно приходи еще. И Септу тоже бери.

– А? Откуда ты?.. – изумилась я.

– Она сама сказала, – подмигнул Немо и проводил меня на улицу.

Септа точно ему ничего не говорила. Она осьминог!

Домой тогда я вернулась лишь к вечеру. Из приемной комиссии меня направили сразу к декану Пеларатти на собеседование.

– У вас очень влиятельная семья, сеньорита Ритци. Все ваши братья великолепно показали себя в стенах нашего университета, и сам Горацио Торрагросса сопроводил вас рекомендательным письмом.

– Что?

Я не верила глазам. Когда он успел?

– Да вот же вложено прямо в ваш аттестат.

Письмо было довольно коротким, и в нем сообщалось, что мои навыки высоко оценены в нотариальной конторе города Фероци, и в данный момент я прохожу там стажировку.

– Что-то не так, сеньорита? Какая-то ошибка?..

Меня бросило в жар, и я быстро послала испуганный взгляд на фигурку Юстиции. Я просто не могу лгать, тем более в ее присутствии. Не могу! Что мне делать?

– Горацио Торрагросса слишком щедр в своих словах, – осторожно начала я. – Должно быть, Немо попросил его за меня. Простите меня, декан Пеларатти, я не настолько хороша, как про меня написали, но обязательно отработаю в конторе нотариуса каждое слово из его лестной характеристики.

Декан улыбнулся.

– Этих оценок вполне хватает, чтобы учиться у нас. Если сеньорита Ритци отработает у Горацио неделю и напишет об этом эссе на три тысячи слов, я приму ее на свой факультет без дополнительных испытаний. Я доверяю Немо и Горацио, они весьма проницательны, жду вас через неделю, Юрианна.

Тискать дома меня начали прямо с порога. Я переходила из рук в руки от брата к брату как трофей.

– Наша малышка будет учиться в университете!

– Маленькая гордость семьи.

– Будущий юрист.

– Или жена юриста!..

Смеялись ли они, или были честны, уже и не скажешь. Но все резко переменилось, когда я невзначай упомянула Немо.

– Немо? Это который Немо Тровато? – переспросил Амандо.

– Нет, он Торрагросса, сын нотариуса.

Братья переглянулись.

– У Горацио нет своих детей. Он воспитывает сироту. Сына блудницы и карманника, от которого отказались еще в младенчестве.

– А он хитрец, раз помог нашей сестренке. Все продумал, пройдоха. И как теперь с легким сердцем бросать его в фонтан при следующей встрече? Придется стать чуточку терпимее к этому грязнокровному Тровато.

Аппетит у меня резко пропал, потому что я по-новому проиграла в голове слова моего нового знакомого: «Для моих друзей бесплатно, хорошо?»

Не разорится, потому что у носителя фамилии Тровато не может быть много друзей.

– Он мой друг, не смейте даже пальцем его трогать! – рыкнула я на братьев, и они ошарашенно уставились на меня.

– Юри права, мальчики, бросать кого-то фонтан – недостойное вашей фамилии занятие, – подал голос отец, отложив в сторону вечернюю газету. – Пригласи его завтра на ужин, милая. У нас будет прекрасная возможность извиниться перед этим юношей, который так помог тебе.

И я пригласила, а еще отработала назначенные деканом часы у нотариуса Торрагроссы, а теперь это и вовсе стало моим нежданным призванием.

– Извините?

Я вздрогнула. Моя единственная посетительница все еще ждала свою копию, а я никак не могла открыть чернильницу, да еще и глаза слезиться начали.

– Прошу прощения, задумалась. Хочешь, покажу тебе один фокус, давай свою руку. На учебе это тебе пригодится, я обещаю.

До конца дня ко мне больше никто не пришел. Зато у меня появилось время написать эссе для Немо. В сочинение я вложила все свои чувства и сожаления по поводу случившегося. В итоге это уже совсем не походило на домашнюю работу, а превратилось в настоящее любовное письмо. Закончила я его соответствующим образом. Я призналась. Не думаю, что он этого не знал раньше, но я впервые обратила это в слова.

– Я люблю тебя, Немо, – повторила я последние строки вслух и спрятала эссе в карман.

Стало намного легче. Уверена, все наладится, и уже завтра мы будем смеяться над нашей глупой ссорой. Помянем добрыми словами Торрагроссу и начнем все заново.

Убрав печать в сейф, я проверила подписи всех клиентов в реестре нотариальных действий. Вроде ничего не забыла. Опечатала архив. Подергала двери.

Септа тоже следила за моими действиями.

У порога споткнулась о жестяную миску.

– Луиджи?

Где-то я уже видела это имя. Почесала затылок. Слишком много имен за день. Я пожала плечами и отбросила странную находку. Все равно времени нет разбираться.

До университета от озера Аргенто куда ближе, чем из города, но все равно идти мне предстоит долго. Вечером останусь в общежитии, а уже с утра пойду на работу. Зато помоюсь как следует и заберу часть вещей. Возможно, одолжу одну из лошадей на кампусе. Прекрасный план!

Даже настроение поднялось от этих мыслей. Письмо грело нагрудный карман мантии, туманное будущее стало чуточку яснее, а до встречи с Немо оставались считаные мгновения.

В кабинете его не было. Я долго стучала, но ответом мне была тишина. Он мог отойти к декану, а, может, ему поменяли расписание, и он ведет вечернюю лекцию прямо сейчас. Я просунула под дверь свое эссе и магией заставила его пролететь к столу, мысленно представляя траекторию полета.

Теперь нужно было самой зайти к Пеларатти и узнать свой новый график. Я прижала ладони к щекам.

– Нельзя такой идти к декану, да?

Септа вынырнула из аквариума и уставилась на меня своими черными глазищами, в которых отлично отражалось мое красное лицо.

– Умоюсь. И что я так нервничаю? Немо и без записки все знает о моих чувствах, мы чуть ли не помолвку уже обсуждали. Столько лет уже… дружим.

Моя осьминожка одобрительно кивнула, и мы зашли в ближайший женский туалет. Из зеркала смотрела растрепанная девушка. Я плеснула в лицо холодной водой и принялась поправлять прическу, и почти управилась, когда звонок оповестил окончание лекции.

Не успела я взяться за ручку двери, как услышала голоса, громко обсуждавшие моего