Сказка о злой душе - Тина Зелень

— Ты стонала во сне и извивалась. Что с тобой? Кошмары? Я боюсь за твое здоровье. Ты вся мокрая, — оборотень приложил мозолистую ладонь к моему лбу. — Ты горишь! Алира, это лихорадка.

— Я тебя сейчас убью! Верни мне Валеру, мерзавец! — кинулась на мужика пытаясь его задушить. — Мой экстаз! Ты все испортил, гад!

— Прости! Я не хотел тебя расстраивать, — а в голосе даже сожаления нет. У Крона было извращенное чувство юмора. Естественно, он сразу понял, что мне снился эротический сон, и злодей специально его прервал на самом интересном месте.

— Купи мне дом, скотина! Я хочу жить отдельно от тебя! — поганец даже не испугался, когда я отчаянно пыталась перекрыть ему кислород.

Закрытая дверь и амбарный замок не являлись серьезными преградами для оборотня. Двуликий садист сегодня ночью пролез через окно, когда почувствовал что-то неладное.

— Не-а! Не куплю!

И ржет, скотина. Громко так. Противно. С хрюканьем. И глазами сверкает. Весело ему. Сделал гадость и радуется.

— Крон, мне безразличны твои чувства и душевные метания, — я быстро облизала пересохшие губы. Все! Это было объявление войны. Пора брать быка за рога.

— Я знаю, что тебе плевать на меня. Ты злобная душа и любишь только себя, — с грустью сказал оборотень, отцепляя мои руки от своей шеи. Он уже хотел встать и уйти.

Ага! Нет!

— Если сегодня ночью я не получу удовольствие, то утром уйду в лес к монстрам. Раздевайся!

— Что? — мужик впал в ступор.

— Штаны снял! Быстро! — от азарта аж мурашки по спине пробежали и все нутро заныло. Сейчас будет совершено дерзкое преступление против половой неприкосновенности.

Я не стала ждать, пока Крон толкнет душещипательную речь о своей неземной любви к Лесе. Об ее уникальности, утонченной красоте, обалденном запахе и о преданности до конца своих дней. Схватив край своей рубахи, я ловко стянула ее через голову и с яростью бросилась на оборотня. Вцепившись одной рукой в волосы, а другой в плечо мужчины, я умудрилась повалить его на спину. Какая к черту нежность? Он ее не заслужил.

— Злюка, — прохрипел оборотень, перед тем как я его поцеловала.

Сам виноват! Нечего было меня провоцировать и приходить в одних штанах на бедрах. Шляется полураздетый по чужим опочивальням. Будет знать, что нельзя без разрешения лезть на мою территорию. Поплачет, поскулит, поноет, а потом свыкнется с мыслью, что он все-таки изменил Лесе, а если не свыкнется, я ему сама выдам мыло и веревку.

— Ты…

— Заткнись! — оборвала на полуслове.

Оборотень мог сбить настрой, а это не входило в мои планы. Что могу сказать? Мартовские кошки по сравнению со мной ничто! Я была тигрицей. Яростной фурией в состоянии аффекта. Похотливой тварью, у которой одни инстинкты на уме. Мой мозг, мое тело, моя душа требовали секса. Животного, страстного, грязного, быстрого. Без розовых соплей и прелюдий. От бешенства я разошлась до такой степени, что укусила оборотня за губу. В отместку меня распластали морской звездой и отлюбили по первое число. Жестко, без единого намека на нежность и ласку. Крон даже не думал о моем комфорте, навалившись всем своим весом, и от этого я дурела еще больше. Вот это да! Вот это салют перед глазами! Самые лучшие сорок пять секунд в моей жизни. Эльфийский секс по сравнению с тем, что сейчас происходило, был унылым артхаусом.

— Ты меня спровоцировала, — Крон решил, что все закончилось слишком быстро, и, перевернув меня на живот, приступил ко второму акту. — Можно сказать, изнасиловала, — болезненный укус, только уже в мое плечо, зажег новую искру возбуждения. Я даже не подозревала, что словлю кайф от легкой грубости. — Будут серьезные последствия. Ты за это ответишь, злобная душонка.

— Если ты про раскаяние, то не дождешься, — я громко застонала, когда оборотень ощутимо сжал мою грудь и начал наращивать темп, страстно целуя и покусывая шею.

То ли я так истосковалась по близости, то ли Крон был искусным любовником, но факт остается фактом. Поход в лес к монстрам я отложила на неопределенный срок. Мы с оборотнем успокоились только под утро. Запыхавшиеся, потные, покусанные, расцарапанные, перепачканные семенем и уставшие до такой степени, что впору было звать лекаря.

***

— Мам, ты мне ничего не хочешь рассказать? — Дарий шкодливо улыбнулся и поиграл бровями.

— Про многократные акты грубого соития между мной и твоим отцом сегодня ночью? Нет, не хочу, — я подперла кулаком щеку и тоскливо взглянула в окно. После вчерашнего рандеву все тело ломило. Но я была довольна. У нормальных людей это называется умиротворение, а у меня состояние покоя, при котором я не хотела убивать.

— Ты провоняла отцом, а он тобой. Все поселение гудит от сплетен.

— Мы так громко орали? Рыжие вонючки решили съехать? — а вдруг? Может, мне сказочно повезет и деревня опустеет.

— Нет. Вы только мне спать не давали, — усмехнулся Дарий. — Папа утром пошел на рынок за волчьими яблоками для тебя. Сама понимаешь, что отмыться от такого разврата непросто. Теперь все о вас знают.

— Это что-то меняет?

— Это меняет все, мама, — сынок обнял меня за плечи. — Я рад за вас.

— Дарий, аккуратнее. Твой батька пытался меня убить несколько часов назад. У меня даже засосы болят, — я отодвинула пальцем ворот рубахи, чтобы Дарий оценил масштаб бедствия.

— Он любит тебя, — авторитетно заявил сынок.

— Он любит Лесю.

Да какая мне разница, кого он там любит и кого представляет в своих эротических мечтах? Главное, что секс был потрясающим. Ярким, громким, обалденным. Крон мне все нутро перетряхнул и где-то в глубине эльфийского тела нашел заветную горошинку.

— Мам, ты вообще ничего вокруг себя не замечаешь?

— Почему не замечаю? Вы с Кроном перестали вонять мокрой псиной. Хвалю. Я рада, что вы все-таки научились пользоваться мылом и подтирать зад бумажкой, а не ковром. Это событие для всех двуликих можно приравнять к эволюционному скачку.

— Папа все сбережения отдал гномам и магам, чтобы они тебе кулон зарядили. Ты даже не представляешь, сколько стоит камень, висящий у тебя на шее.

Я потрогала пальцами безделушку, которую мне подарил Крон. Он что-то с придыханием говорил про ее ценность и полезность, но я слушала вполуха. В моем мире не было проблем с камнями и украшениями. Я спокойно относилась к ювелирным изделиям.

— Говоришь, камень много стоит? — у меня родился гениальный план по смене места жительства.

— Даже не думай. Он сделан специально для тебя. Остальным проку от него не