Эффект домино. Падение - Кира Оллис

— У меня есть идея.

Четверо соседей по «палате» как по команде выпрямляются, становясь похожими на сурикатов, вставших на задние лапы при виде врага. Картина маслом, ей Богу.

— Только придётся раскошелиться. Тодд, напиши нашим в чате, что мистер Джобс сегодня получит комплимент от гостиничного комплекса: пятичасовой релакс в спа-зоне.

Парни поощрительно улыбаются и воодушевлённо хватают свои гаджеты, чтобы оповестить остальных о сборе и обрадовать тем, что посиделкам быть.

Для детишек, рождённых с серебряной ложкой во рту, вопрос денег никогда не стоял, поэтому уже через сорок минут мы покупаем подарочный сертификат, приплачиваем администратору за анонимность и отправляемся обратно в отель, чтобы заняться приготовлениями.

***

Кассандра

Включив музыкальный плеер, затыкаю уши наушниками, лишь бы не слушать щебетание моих соседок про депиляцию, месячные и у кого, когда и где был первый раз. Возможно, поэтому я так и не обзавелась подругами в «Монтгомери»: мне попросту не о чем с ними разговаривать. Их будущее расписано на десять лет вперёд. Они знают, где продолжат учиться, где будут работать, а некоторые даже в курсе, за кого выйдут замуж. В этом между нами целая пропасть: они — готовые конфетки в красивых фантиках, главная забота которых угодить в дорогую вазу, а я — набор ингредиентов, из которого мне ещё предстоит что-то сотворить. Одно радует, в моём номере хотя бы нет Моники. Её сплетнями я пресытилась и в школе.

Бархатный голос певца немного отвлекает меня от событий сегодняшнего дня. До сих пор в голове не укладывается, насколько чужие люди могут быть иногда ближе родных. У Брайана есть небольшая квартира, доставшаяся по наследству от деда. И теперь в ней будем жить мы с мамой. Конечно, она отпиралась, ведь мы обе оказались в унизительном положении, хотя куда уж ниже…

После того, как Брайан отозвал её в сторону на пару слов, она поменяла своё решение. Не знаю, о чём они говорили, но её виноватый взгляд, обращённый на меня, кричал громче слов. Семнадцатилетний парень сделал то, чего до сих пор не смогла сделать моя родная мать: взял за меня ответственность. Она вихрем пронеслась по дому, покидав наши вещи в две дорожные сумки, и смиренно села в машину.

Не передать словами, как я благодарна Брайану за то, что он не стал устраивать мне допрос несмотря на то, что ему явно не терпелось это сделать. Уверена, такой умный человек, как он, и без моих неловких оправданий смекнул что к чему, а я, в свою очередь, не хочу пачкать его даже каплей той грязи, в которой оказались мы с мамой.

Мои мрачные думы внезапно прерывает Келли, вытащившая наушник из моего уха:

— Сандра, через двадцать минут сбор в номере парней.

— Что ещё за сбор? — бросаю подозрительный взгляд в окно, за которым уже стемнело.

— Ты чего, как маленькая? — смешно поиграв бровями, она щелкает пальцами по горлу — красноречивый жест, приглашающий к попойке.

Оцениваю внешний вид девочек и удивляюсь ещё больше. Все в пижамах, головы замотаны в полотенца, на лицах ни грамма косметики. Удивили так удивили…

— У нас пижамная вечеринка? — нехотя спускаю ноги на пол и тянусь к расчёске, чтобы привести себя в порядок.

— Парни придумали, как отвлечь Цербера почти на пять часов, представляешь? Нам всем нужно сделать вид, что мы готовимся ко сну. Через… — Келли смотрит время в телефоне, — пять минут он к нам заглянет.

— Откуда ты знаешь точное время?

— Он дотошный математик, ты забыла? Давай переодевайся шустрее.

Как ни странно, у меня начинает подниматься настроение от всей этой суеты, напоминающей детский лагерь, в котором я всегда мечтала побывать. Быстро переодеваюсь в шорты и топик, предназначенные для сна, собираю свои длинные волосы в небрежный пучок и забираюсь под одеяло. Только мы выключаем свет, раздаётся стук в дверь. Так и есть, прошло ровно пять минут.

Нэнси приоткрывает дверь, впуская полоску тусклого света из освещаемого коридора, и, чересчур громко зевнув, спрашивает:

— Вы что-то хотели, мистер Джобс?

— Стэффилд, отойди в сторону. Ничего особенного, просто вечерняя перекличка.

Нэнси пропускает мужчину в комнату, включая свет, отчего мы все начинаем со стоном жмуриться. По нам плачет Голливуд.

— Ой, извините, что разбудил, девочки. Не думал, что дневная экскурсия в музей искусств вас настолько умотает. Юноши так вообще уже храпят.

Накрываюсь одеялом и отворачиваюсь к стене, чтобы скрыть своё хихиканье. Кажется, мой вечер обещает быть куда лучше утра.

ГЛАВА 6 Я У ТВОИХ НОГ

Брайан

Не знаю, как это возможно, но в наш пятиместный номер утрамбовалось почти двадцать человек. Я перестал считать где-то на пятнадцатом крадущемся, как ниндзя, однокласснике. Мы не стали рисковать и включать верхний свет, поэтому из освещения в комнате — только включённые фонари на смартфонах. Пока вынимаем бутылки и закуски из наших закромов, я то и дело поглядываю на дверь, высматривая среди входящих Кассандру. Неужели не придёт?

— Кроу, у тебя шею, случаем, не заклинило? — Дэн пихает меня в плечо, усмехаясь.

— Отвали, — кидаю ему в лоб фисташку, на что он валит меня на пол, и между нами начинается шутливая возня.

О’Доннелл ходит на бокс вместе со мной, поэтому с его спортивной формой он мог бы вырубить меня своим фирменным, чётко поставленным кроссом3 с одного удара, если учесть, что всё моё внимание было сконцентрировано на входной двери, а не на нём. Хохоча, дубасим друг друга по рёбрам, пока я краем глаза не улавливаю движение возле своего лица. Перехватываю кулаки друга и, повернув голову, упираюсь в уже знакомые серые кеды. Как в замедленной съёмке, начинаю поднимать свой взгляд выше, обласкивая им сначала стройные лодыжки, затем спортивные бёдра, пока не достигаю симпатичных розовых шортиков с множеством надписей: «Хватит пялиться». В этот момент Дэн смеётся и слегка хлопает меня по щеке, возвращая из необъяснимого морока на бренную землю:

— Отомри, друг! Ты уже слюной пол намочил.

О’Доннелл слезает с меня, а я продолжаю лежать на полу, как идиот, только сейчас замечая, как вокруг шумно. Все суетятся, раскидывают на полу подушки, чтобы организовать себе комфортные места, и лишь мой собственный мир уменьшается до одного человека, отодвигая всех остальных на задний фон. Всё, что я сейчас вижу — это потрясающую улыбку, предназначенную мне одному. Улыбаюсь в ответ. Я лежу у