Его собственность - Мира Топаз

Слышу приближающие шаги, звуки становятся все громче и наконец подвал освещается из приоткрытой двери вечерним солнцем уходящим в закат. Я проспала весь день.

— Чего тебе? — рычит все тот же страшный охранник, притащивший меня сюда.

— Воды… Мне надо… В общем вот, — тычу ему раненной ладошкой прямо в лицо, он кривится так как будто оттуда черви полезли, надо же какие мы нежный.

— Убери, вот это от моего лица, — кривя губы и жестикулируя руками, отходит назад, — сейчас, — кинув на последок закрывает дверь за собой. На замок.

Несколько минут спустя мне было предоставлено ведро с водой, в котором я помыла руку и замотала порез чистой майкой, которая была в сумке. Меня сводили в туалет под конвоем и даже еду предложили, от которой я отказалась, возможно и зря, желудок жалобно заурчал, но аппетита как такового не было. Я снова улеглась в позе эмбриона на матрас, которых пропах сыростью, и закрыла глаза, желая что бы это все скорее закончилось.

Эмир

Константин Гордин, эта самая жестокая тварь, которая есть в нашем городе, в свои почти полные сорок, натворил столько всего, что любой другой смертный человек, оказался бы за решёткой пожизненно. Только не он. Его отец Гордин Борис Аркадьевич, главный судья нашего города, и поэтому все его преступления безнаказанные. Его отец души в нём не чает, это единственный сын и наследник.

0н бы прекрасно справился и со мной, подкинув ещё пару статей к уже имеющимся по казино, и засадил бы с помощью отца, очень и очень надолго.

Только вот я тоже не на столько глуп, у меня всегда есть план Б, на случай провала плана А.

— Алекс, живо ко мне, — набираю начальнику охраны, по совместительству моему лучшему другу.

Сожжём все к чертям, меньше проблем, больше убытка. Зато будет покончено с подпольем раз и навсегда. К остальному моему бизнесу не придерешься.

— Эмир, — говорит Алекс, присаживаясь в кресло на против моего стола.

— План Б! Чем скорее тем лучше, — понимая меня с минимальным набором слов, коротко кивает, друг.

— Будет сделано, я обо всем позабочусь, — вставая с кресла произносит, Алекс. Слышу как звонит его телефон, но разговор за дверью уже не слышен.

Нужно проверить Алину, утром она выглядела совсем подавленной. А с приходом Константина вовсе испугалась не на шутку.

— Эмир… Алина… сбежала, — запыхавшись зло выпалил Алекс, сжимая кулаки.

Стоит ли рассказывать как прошёл этот день? Я прошёл все круги ада, так и не смог найти её. Корил себя, что впутал в свои дела. Она думает, что я убийца, но я не трогал её отца. Его смертью стал алкоголь и не затушенный окурок.

Вечер наступил очень быстро, я сидя в машине издалека наблюдал, как языки пламени пожирали здание казино, беспощадно превращая его в пепел. Вот и все. Моих губ коснулась грустная улыбка. Стало легко и свободно. Только мысли о Алине не давали покоя.

— Где же ты? — выдохнул в пустоту салона авто.

Мобильный в кармане, без остановки трезвонил требуя ответа.

— Слушаю, — даже не взглянув на экран, ответил я.

— Эмирчик, добрый вечерочек, дорогой, — ехидный голос, звучащий очень уж фальшиво, послышался из трубки.

— Константин, чего тебе? — не желая играть больше в эти игры, слишком резко заговорил я.

— Думаешь самый умный, сжёг свое подполье и всё? Сказать честно… Удивил. Это было неожиданно, хороший ход. Только вот я буду всегда на шаг впереди тебя, ты ещё помучаешься, — чиркая зажигалкой, произносит он, уже в открытую угрожая. Мразь.

— Ближе к делу, Гордин, — пытаюсь я свести разговор на нет.

— Знаешь, у меня есть один козырь в рукаве. Такой милый и блондинистый. Эмир, ты уже успел испробовать эту лошадку в постели, м? Так и манит меня, чертовка, своими невинными глазищами, — на фоне его дикого смеха, слышатся какие то неразборчивые звуки.

Не может быть. Отрицаю услышанное, мотая головой из стороны в сторону.

— Где она? — рычу в трубку, сжимая телефон до такой степени, что его корпус начинает хрустеть.

— У меня. Хочешь забирай… Только сначала найди, — злорадствующий смех, пробрался глубоко под кожу, разгоняя в ней ненависть смешанную со страхом за чужую жизнью.

Если хоть волосок упадёт с её головы, я сотру тебя в порошок Константин Гордин.

С этими мыслями завожу мотор, двигаясь на поиски той, чья жизнь стала мне не безразлична. Чьи чувства и эмоции стали слишком важными для меня, а присутствие её в моей жизни необходимым.

Эмир

В растерянности оглядываю территорию дома Гордина в поисках хоть какой-нибудь зацепки.

Солнце только взошло, небо пасмурное и дождливое, оно словно отражает моё состояние души.

Парни рыщут здесь уже около часа, но ничего, пусто. Дом как будто и не жилой вовсе.

— Эмир, здесь подвал… На замке, — кричит издалека Алекс, и я быстрым шагом приближаюсь.

— Открыть сможешь? — спрашиваю его, разглядывая огромный амбарный замок. Что же ты там прячешь?!

— Обижаешь, — криво улыбаясь, друг принялся производить какие то замысловатые манипуляции над замком, колдовал он долго, но все же цель достигнута и дверь открыта.

Из подвала несло сыростью и бетоном, жуткая смесь проникающая со вздохом в лёгкие. Алекс быстрым шагом спустился по крутой лестнице и я следом за ним в надежде найти хоть что-нибудь, но снова пусто, лишь голые стены. Обшарпанный, криво нанесённый бетон и всё! Со злостью ударил по стене ладонью, хлопок эхом разнеся по маленькому помещению. Я уставился в одну точку, ей богу, я схожу с ума от незнания, что с ней.

— Эмир, — глухо произнёс позади стоящий охранник. Развернувшись на пятках я увидел, что в зажатых пальцах он держит небольшой клочок белых, длинных волос.

— Сукин сын, — ругаюсь себе под нос, выхватывая из рук Алекса волосы. Выхожу на свежий воздух, глубоко вдыхая. Что же ты удумал? В детстве не наигрался в свои чертовы игры?!.

— Какие указания босс? — спрашивает друг, а я лишь беспомощно глотаю ртом воздух. Я черт возьми не знаю, что делать дальше.

Уже как десять минут мои ноги словно приросли к одному месту. Я судорожно соображаю, ища в голове следующие действие. Не может ведь он просто испариться, всегда есть лазейка. И я её найду.

Алина

Проснувшись от громкого звука, я села прижав колени к груди. Неужели уже утро, не могла же я столько проспать, или могла!?

— Ээй, милочкааа, — ехидный голос Константина, заставил поежиться, все тело снова сковал страх при виде его. Я крепче обхватила руками колени, опустив голову на них, так что остались видны только глаза.