Парень для меня - Марзи Опал

с тобой, Лиам, и я сделала все, что было в моих силах, чтобы показать тебе, что ты можешь мне доверять. — слова вырываются из моей груди, пропитанные болью. — Я была так расстроена, когда ты отменил сегодняшний вечер, сказав, что не сможешь прийти. Но вот ты здесь, во плоти. Черт, Лиам, ты даже не говорил мне, что работаешь в «Макгрегоре». Ты хоть представляешь, как плохо это выглядит?

Время, которое мы только что провели вместе, кажется мне дешевым. Я чувствую себя обманутой, и мне жаль, что я не могу заставить себя смотреть сквозь красную пелену, затуманивающую мое зрение.

— Бел, пожалуйста, — Лиам делает шаг вперед, и его запах — соснового дерева и чего-то совершенно мужского — окутывает меня. Я не могу ясно мыслить, когда он так близко, затуманивая мои мысли. — Я ненавижу, что расстроил тебя. Я не хотел, чтобы все вышло так, как сейчас.

— Тогда скажи мне, что творилось у тебя в голове, когда ты сидел здесь и разговаривал со мной так, словно я была тебе незнакома, — проскрежетала я. — Заставь меня понять, почему ты солгал и представился Ли, а не Лиамом.

Лиам протягивает руку. Я не отвечаю тем же. Обиженный, он отбрасывает её в сторону. Я ненавижу то, что мне больно видеть, как этот большой, великолепный мужчина страдает из-за меня.

Любой желающий может пройти мимо и увидеть наше выяснение отношений в коридоре. Внезапно я чувствую себя незащищенной и крайне неуютно. Я ненавижу конфронтации. Я просто хочу, чтобы меня перенесли обратно в мою комнату, в безопасную постель, к моей кошке.

— Я знал, что ты придешь сегодня вечером, но я не был готов к тому, что ты встретишься со мной, Бел, — с сожалением говорит Лиам. Все мое тело вздрагивает. — Потом я увидел, как тебя ударили, и я не мог спокойно смотреть, как тебе причиняют боль на моих глазах. Поэтому я предложил тебе немного льда и…я хотел быть рядом с тобой. Я знаю, что испортил всю эту ситуацию, но клянусь, это не входило в мои намерения. Пожалуйста, поверь мне.

Я все еще не могу прийти в себя от того, что он сказал раньше. — Почему ты не был готов к тому, что я встречусь с тобой?

— Я не могу этого объяснить, — его рука тревожно скользит вниз по бочкообразной груди и животу. — Мне жаль.

В конце концов, я не могу заставить Лиама высказывать свое мнение, если он этого не хочет. Это чертовски больно, и я сдаюсь.

— Да, ну, это больше не имеет значения, — возражаю я, качая головой. — Спасибо за неожиданное откровение, Лиам.

Его голубые глаза расширяются. — Бел…

Я уже разворачиваюсь и марширую по коридору, направляясь прямиком к бару. Мне нужно позвать Кеннеди и сказать ей, что наши сорок минут истекли. Я выполнила свою часть сделки.

Я больше не могу здесь находиться.

Лиам все еще зовет меня. Я слышу его громкие шаги, когда он приближается. Я набираю скорость, пока не перехожу практически на быструю ходьбу трусцой на каблуках.

Я думала, что наша первая встреча пройдет совсем не так.

Боль в моей груди распространяется по моему телу подобно лесному пожару, пока она не поглощает меня целиком. Это подпитывает мое желание сбежать от Лиама и от нашей так называемой дружбы.

— Бел, подожди, пожалуйста! — кричит он.

Я сливаюсь с толпой посетителей бара и выбегаю через парадную дверь, прижимая телефон к уху, когда звоню Кеннеди.

Свежий воздух едва ли успокаивает меня.

Такое чувство, будто кто-то вырезал мои внутренности ножом, и теперь за мной тянется кровавый след.

Когда я тяжело дышу и поднимаю голову к небу, я прихожу к выводу, что действия Лиама причиняют мне невыразимую боль из-за моих чувств к нему.

Хотя, я думаю, все это больше не имеет значения.

Потому что я покончила с Лиамом.

Так чертовски покончила.

Глава 5

Лиам

Я облажался на колоссальном уровне.

Этого нельзя отрицать.

Прошло шесть дней с тех пор, как Мэйбл сбежала из Макгрегора после нашей ссоры.

Неудивительно, что она ушла с разбитым сердцем. Она сделала себя уязвимой, рассказав мне, как сильно хотела меня увидеть, а все, что я ей ответил, было: «Я не был готов к тому, что ты встретишься со мной, Бел». Никаких других объяснений. Только это. Что за идиотский поступок.

Кроме того, прошло шесть ночей с тех пор, как Мэйбл начала игнорировать мои текстовые сообщения.

Никогда в своей жизни я не чувствовал себя таким подавленным.

Хуже всего то, что я заслуживаю таких чувств.

Последние несколько дней я провел, размышляя над ситуацией и жалея, что не мог поступить по-другому.

Вонзить кол в мою грудь было бы менее болезненно, чем видеть отчаянный блеск в ее мягких карих глазах, когда она убегала.

Боже, я был причиной этого выражения на ее лице. Я огорчил ее. Я не должен ее расстраивать. Я должен любить и защищать ее. Всегда.

Сегодня вечер четверга, и я работаю в последнюю смену с Пией. Что ж, она работает, а я дуюсь, сидя на табурете у бара с бутылкой безалкогольного пива в руках.

Я смотрю на него так, словно в нем содержатся ответы на все мои вопросы.

Срочная новость: это не так.

В баре никого нет, кроме нас двоих. Все остальные разошлись по домам. На заднем плане раздается звук того, как Пия пересчитывает наличные, и низкое гудение песни RnB. Но ничего из этого ни звучит громче, чем ненависть к себе, кипящая в моей душе.

Я горжусь тем, что я спокойный человек. Я уравновешенный человек и изо всех сил стараюсь сдерживать свои эмоции, когда работаю. Однако сегодняшний вечер стал серьезным испытанием моей сдержанности. Я разнял три пьяные драки между горсткой парней из братства, и мне действительно пришлось сдерживаться, чтобы не ударить их кулаком, чтобы выпустить пар.

Все и вся меня раздражают. Я ненавижу это чистилище, в котором я застрял, постоянный ад, не наполненный ничем, кроме моих страданий.

С тех пор как мы впервые обменялись номерами год назад, мы с Мэйбл не переписывались максимум больше дня или двух. Я не знаю, как справиться с этой разлукой, и это тяжело сказывается на мне.

Даже люди вокруг меня начинают это замечать.

Особенно Пия, которая поспешила отметить, что моя борода знавала лучшие времена, а мешки под глазами напоминают ей персонажа Тима Бертона. Я должен любить Пию. Она знает, как пнуть мужчину, когда он уже