Грозный Шторм - Алика Фортис

Но перевести дух и мне бы не помешало во время такой остановки. Нервный рейс какой-то вышел. А это ещё только его малая часть позади. Обнулиться уже нужно.

Потому что в следующий раз на берег мы сойдём только через полтора месяца.

Но это всё лирика. Ещё неделя впереди.

Стоя в капитанской рубке, дожидался старпома. Когда он пришёл, сдал ему свой пост и спустился вниз на палубу.

И вовремя, нужно сказать, спустился.

– Пиздец! – парни пытались перетянуть тросы, которые удерживали перекосившийся груз.

Этого ещё не хватало.

Груз, конечно, застрахован. Но, несмотря на это, в случае его порчи в рейсе геморроя не оберёшься. Одних отписок будет на полжизни вперёд.

Ломанулся к ним.

Пытались не дать завалиться контейнерам. Пока тянули тросы, орал на чём свет стоит.

Тут косяк тех, кто грузил, ибо сделали это криво. Также косяк того, кто крепил и фиксировал тросы уже на корабле. Ну и, естественно, мой, потому что я должен был всё проверить. Но что-то упустил. Так что и себя костерил не меньше. Скорее даже больше.

Выцепил взглядом тщедушную тушку кока. Как он тут оказался, меня интересовало меньше всего. Но так как одни мы не справлялись, подпряг и его.

Толку от него, правда, ноль целых ноль десятых. Пыжился, тужился, а сделать ничего не мог. Того гляди последний дух испустит. Сука, как же он меня бесил. Особенно сейчас.

Благо Ромыч материализовался рядом, и тросы мы всё же закрепили. Груз тоже выровняли.

Успокоился более-менее, только когда вдоволь высказался.

– Все расходимся по местам. Ещё один такой залёт, три шкуры спущу! – рявкнул напоследок и отошёл к фальшборту на корме судна.

Себе ещё не забыть напомнить, что отвечаю тут за всё. И с себя спрашивать нужно в первую очередь.

Достал из кармана пачку сигарет, выбил одну и, прикурив, глубоко затянулся. Мда уж. Денёк выдался. Вроде не сказать, что совсем смертельно и критично, но и приятного мало.

Когда немного успокоился, вспомнил о коке.

Может, зря я на него полкана спустил? Вроде ж старался. Помочь пытался. Носом не крутил, когда команду отдал. Сразу за дело принялся.

А то, что помочь по факту не смог? А что я, блин, от него ожидал? Что где-то в этом щуплом тельце прячется неуёмная сила? Бред. Алик от горшка два вершка, того гляди ветром сдует. Куда там.

Единственная выдающая часть – это задница. Но об этом я старался не думать.

Не, точно, я перегнул. Как-то даже не по себе стало. Пацан реально пытался.

Да и обязанности у него на корабле вообще иные: кормить так, чтоб у остальной команды сил хватало и они не валились с голода. А с этим, надо признать, он сейчас справляется.

Не, зря я.

Может, и правда, как-то предвзято я к нему отношусь? Ну не всем же мужикам быть мужиками в привычном понимании этого слова. Он же в своей комплекции вроде как не виноват.

В зал-то ходить начал с парнями. Значит, стремится. Да и чего, пацан-то сопливый ещё. Глядишь, со временем мясом обрастёт.

Ладно, я свои ошибки признавать умею. Если перегнул, то знаю это. И сейчас был именно такой случай.

Докурив, затушил бычок в пепельнице и свалил из курилки. Ещё раз окинув придирчивым взглядом судно, пошёл в сторону лестницы, ведущей к каютам младшего состава.

Подойдя к нужной двери, распахнул её и шагнул внутрь.

Зайдя в каюту, застал отвратную картину. Ромыч сидел на корточках напротив сопляка и дул на ладони. Нежненько так, будто перед ним не парень, а девчонка, которую он нагнуть хочет. Сука, бля! Смотрел ещё на него так. Будто мысленно облизал всего.

Твою мать! Как развидеть теперь эту дичь?

– Это что ещё за херня?! – прорычал, смотря на них круглыми глазами.

Алик продолжал сидеть на койке, только отвернулся. Ромыч же подорвался на ноги и засунул руки в карманы штанов.

– Ты чего орёшь, Макс? – спросил меня с невозмутимым видом.

Как на это реагировать? Посмотрел на Ромыча. Да не, он парень нормальный. Но что это было-то тогда? Какая-то нездоровая атмосфера у них тут. Может, кока отселить?

– Иди за мной, – развернулся и вышел на фиг. А то ещё чего недоброго вспылю.

Видел, как эти двое переглянулись, и после этого Ромыч пошёл за мной.

– Чего у вас за херня была сейчас, когда зашёл? Этот ладно, сладенький. Но ты-то куда? – выговорил другу, отойдя к подсобному помещению.

– Макс, не неси херни. Ты настолько предвзят к пацану, что уже не знаешь до чего доебаться? – странная реакция. Спокойная какая-то.

Уверен был, что в любой другой момент за мои слова в адрес Ромыча получил бы другую реакцию. Может, даже в табло выхватил. И, возможно, не зря.

– Я к нему не предвзят, – хотя прав Рома. Алик у меня на особом карандаше. Но опустим этот момент.

Блин, поскорее бы остановка в порту. Грёбаная неделя. Отвечаю, я бы с радостью случайно забыл кока на суше.

– Отселю его на хрен, – озвучил ранее пришедшую мысль.

– Нет.

– В смысле нет? А ты с каких пор так за него впрягаешься?

– Малец руки изодрал в месиво. К доку идти не захотел. А иначе как он сам себе обе руки обработает? Ты, блин, видел, че с ним? Ты в рукавицах трос держал, а он голыми руками вцепился, – вот тут уже Рома начал заводиться.

Бля. Я ведь даже внимания на это не обратил. Если так, то руки у него действительно в месиво. И пацан ещё хорошо держался на палубе.

– Не ты ли говорил всегда, что у нас здесь не должно быть разброда во взаимоотношениях и ко всем равное отношение? – продолжал высказываться друг. – У малого проблемы с социализацией. И дома проблемы. Мы как-никак общаемся. Так что сбавь обороты, Макс.

Моими же словами меня по носу щёлкнул. И прав ведь.

– Что у него за проблемы? – решил присмирить пыл и уцепился за последние слова Ромы.

– Деньги нужны срочно. Он потому и вписался на рейс, – проговорил он, сцепив челюсти.

– Много? Поговори с ним, раз общаетесь. Команда скинется.

Так уж повелось у нас: если у кого-то проблемы, никто из команды в стороне не стоит. Безучастных у нас нет. Все как один за своих горой. И это не указка из-под палки. Личное желание каждого. Добровольное.

Сколько раз уже было: то на операцию родне скидывались, то ещё какие-то проблемы разруливали. Тут все