Склеить душу из осколков... - Хелен Кинг

— Вот мы и дома, — сказал Джон, когда машина ехала по улице, по обеим сторонам которой теснились скромные домишки из камня.

Кое-где уже горел свет. Украшенные гирляндами рождественских лампочек деревья, понукаемые ветром, приветливо кланялись путешественникам. Снег прекратился. На небе появились яркие звезды.

— Какая красота, Джон!

— Да, а на Рождество будет еще красивее. По традиции местные жители собираются за одним праздничным столом. Если хочешь, мы тоже можем принять участие в торжестве.

— Правда? — обрадовалась Хелен, но блеск в ее глазах тотчас погас, когда она вспомнила, по какой причине находится здесь. — До Рождества еще целая неделя, и я не могу…

— Ты не можешь остаться, — тихо закончил за нее Джон.

Хелен поджала губы и отвернулась к окну. Деревня осталась позади, и извилистая дорога резко пошла вверх. Чем выше они поднимались, тем толще становился слой снега, покрывавший узкую горную дорогу. Но мощный «ягуар», к счастью, играючи преодолевал препятствия.

Хелен чувствовала себя совершенно разбитой. Опустив отяжелевшие веки, она поудобнее устроилась на сиденье и задремала. Когда Джон резко свернул на дорогу, покрытую гравием, девушка открыла глаза и увидела какое-то странное сооружение:

— Боже, это что?!

— Дом, — рассмеялся Джон.

— Дом? — удивилась Хелен, ошеломленно взирая на грозный силуэт крепостной башни с узкими стрельчатыми окнами. — И ты в нем живешь?

— Да, — с улыбкой ответил Джон, останавливая машину. — Думаю, английская поговорка «Мой дом — моя крепость» пошла именно от владельцев подобных замков. Я ничуть не жалею, что купил этот дом. К тому же он капитально перестроен и модернизирован еще до того, как я его приобрел.

— Представляю, сколько здесь существует разных преданий о давно минувших временах, — с благоговением произнесла Хелен.

— Ты права. Старожилы рассказывают, как однажды, давным-давно, в темную ноябрьскую ночь — самое подходящее время для набега — владелец этой башни надумал нарушить перемирие с соседом и угнать у того скот. Когда он прискакал на ферму, соседа не оказалось дома. Грабитель забрал скот, заодно прихватив с собой и семнадцатилетнюю племянницу соседа, которая приехала погостить к дяде. Девушка была, очевидно, такой красивой и доброй, что похититель влюбился по уши, и, что совсем уж невероятно, она тоже полюбила его. Так что дело закончилось не кровавой битвой, как положено было в то время, а веселой свадьбой.

— И жили они долго и счастливо, — рассмеялась Хелен.

— На этот счет не может быть никаких сомнений, — в тон ей ответил Джон, выходя из машины и помогая спутнице выбраться наружу.

Джон отпер парадную дверь, включил свет и, продолжая крепко держать Хелен за руку, вошел внутрь.

— Как здесь уютно! — воскликнула гостья, осматривая стены передней, выкрашенные нежной кремовой краской.

На полу лежал домотканый коврик, электрические светильники имитировали старинные подсвечники. В переднюю выходили три двери, сделанные из темного полированного дерева. Из того же материала была сделана и лестница, ведущая наверх.

— Здесь кухня. — Джон указал на ближайшую дверь. — Остальные две комнаты — мой кабинет и небольшое, довольно холодное помещение, которому я еще не придумал предназначения. Гостиная расположена на втором этаже, сейчас мы ее осмотрим, а потом поднимемся на третий, где находятся спальни.

— Эта гостиная, наверное, занимает весь этаж, — предположила Хелен, оглядывая огромную комнату, больше похожую на бальный зал.

— Так и есть, — кивнул Джон. — Основной недостаток планировки состоит в том, что гостиная и кухня расположены на разных этажах. Правда, неудобства компенсируются великолепным видом, который открывается из окон гостиной на живописные окрестности.

Гостиная, как и передняя, была обставлена очень просто — на полу домотканые коврики, посередине три дивана, покрытые льняными чехлами. Хелен зевнула, и Джон сразу засуетился.

— Ты устала! Пошли, покажу тебе твою комнату.

Покорно следуя за гостеприимным хозяином, Хелен отметила про себя, что иногда бывает приятно расслабиться и переложить заботы на кого-то другого. На верхнюю площадку выходили две двери. Джон распахнул одну и зажег свет.

— В каждой спальне своя ванная комната, — с гордостью сообщил он.

Однако Хелен уже не могла по достоинству оценить комфорт старого дома, поскольку с трудом держалась на ногах. Она обвела просторное помещение сонными глазами и остановила взгляд на огромной двуспальной кровати.

— Ты не возражаешь, если я оставлю тебя ненадолго и спущусь на кухню приготовить нам что-нибудь выпить? — спросил Джон. — Ты пока можешь принять душ. В ванной найдешь полотенца, зубную щетку и прочее.

Как только Джон вышел, Хелен сразу направилась к кровати. Она собиралась лишь потрогать постель, проверить, действительно ли она такая удобная, какой кажется. Но белоснежные простыни были столь соблазнительны, что она сначала невольно присела, а затем и не заметила, как легла. Вернувшийся вскоре Джон обнаружил, что Хелен, свернувшись клубочком на краю кровати, крепко спит.

Он попытался осторожно разбудить ее, но, поняв, что девушка заснула глубоким сном, оставил ее в покое. С минуту он стоял у кровати, размышляя, накрыть Хелен одеялом или оставить, как есть. Потом выключил свет, наклонился и начал снимать с нее одежду.

Наступивший полумрак — Джон вынужден был признать это — почти не скрывал божественную красоту обнаженного женского тела. Более того, Джон умудрился увидеть гораздо больше, и это вызвало у него приступ сильнейшего желания.

Он готов был раздеться, скользнуть под одеяло и заключить Хелен в объятия. Но поступать так со спящей подло. Он скрежетнул зубами, отчаянно борясь с соблазном. Кое-как совладав со сладострастием, он собрал одежду Хелен. Девушка выглядела такой желанной, такой манящей, такой… Джон колебался какое-то мгновение, но затем легко и нежно поцеловал ее в губы. Хелен улыбнулась во сне, и Джону показалось, что она подсознательно отреагировала на поцелуй. В глубине его темных глаз вдруг ярко полыхнуло что-то, но Джон силой воли взял себя в руки и вышел из спальни.

Закрывая за собой дверь, он, горько усмехнувшись, подумал, что если уж он не может разделить с Хелен постель, то пусть хотя бы их одежда почувствует близость в одной стиральной машине. Он зашел в свою спальню, переоделся и спустился на кухню.

Теперь у Хелен утром будет чистая одежда, подумал Джон, запихивая вещи в машину. Он уже поставил стрелку на нужный режим, когда обратил внимание на валяющиеся на полу кружевные трусики. Джон быстро затолкал их в барабан, чтобы не вызвать у себя очередной поток эротических мыслей, и плотно закрыл люк машины.

Полтора года назад, когда он впервые увидел Хелен, она ему понравилась. Затем, когда пригласил ее во французский ресторан, Джон понял, что испытывает к девушке серьезные чувства. А к концу ужина он уже знал, что по-настоящему влюблен… Но вскоре в жизни Хелен начались драматические события, связанные с подлыми инсинуациями Харолда, и Джон убедил себя, что девушка ни за что не захочет видеть его снова.