Девушка с татуировкой гаргульи - Эвелина Грин

опрокинув поднос с едой. Кира смягчила улыбку и девушка расслабилась. Она прошла мимо обслуживающего персонала и решила заглянуть в вип зону. В комнате на правой стене висели старинные часы, рядом с ними рога оленя и наконец, она увидела своего ночного знакомого, он сидел за дальним столиком и пил виски со льдом. Кира прямиком направилась к нему. Она присела на деревянный стул и сложила руки на стол, сцепив пальцы в замок. В ее позе читался безмолвный вызов, мол, удиви меня.

— Не смотри на меня так, я отдал тебе все миллионы и квартиры, видишь, горе запиваю виски.

Кира от его наглого тона поперхнулась воздухом, сразу даже и не нашлось, что сказать.

— Ты забыл на меня переписать свой бизнес. — спокойно изрекла она, и пришел черед давиться Косте.

Она заботливо потянулась к нему и похлопала по спинке. Из глаз мужчины брызнули слезы.

— Один-один. — откашлявшись, сказала он, и девушка хищно улыбнулась. — Что сидишь, в ресторанах никогда не была? — насмешливо поинтересовался он.

— Была, и даже знаю всю их кухню изнутри. — парировала Кира.

— Сегодня немного народу в ресторане. — задумчиво заметил Костя и вернулся к стакану с виски.

— Угу.

Кира пальцем водила по меню, размышляя: напиться или нет.

— Не стесняйся, я сегодня угощаю. — проникновенным шепотом сказал он, и Кира фыркнула.

— Салат с говядиной, королевские креветки гриль, альпийскую индейку, и виски чивас регал восемнадцатилетний. — сделала Кира свой заказ.

— Люблю девушек с хорошим аппетитом, если у них от него не портится фигура. — он подмигнул Кире и едва успел увернуться от пощечины.

— А ты нахал.

— За это вы меня и любите. — и мужчина рассмеялся своим задорным смехом, Кира тоже невольно улыбнулась своему ночному спутнику. — Значит, гуляем? Ты точно литр осилишь виски?

— Осилю, не переживай.

Вскоре принесли заказ, и Кира накинулась на еду.

— Может, супчика заказать с гарниром? — задумчиво спросила она пространство.

— Если ты не лопнешь от обжорства, то заказывай.

— Не переживай, мои ошметки собирать по залу не придется.

— Черный юмор.

— По-другому шутить не умею. Ты связался с достаточно мрачной личностью.

— А по твоему румянцу и улыбке до ушей не скажешь. Может, расскажешь, чем занимаешься? Очень уж у тебя занятная физическая подготовка.

«Спалилась» — подумала она.

— Да, нечего особо рассказывать. В двенадцать лет меня впервые изнасиловал отчим, и это продолжалась до пятнадцати лет, пока родная тетя не помогла мне написать заявление в полицию, после чего маму лишили родительских прав. Отца родного я не знала, как мне рассказала тетя, его погубил алкоголь.

Кира налила себе виски и залпом опрокинула, на глазах выступили слезы, и она поспешила заесть алкоголь салатом.

— Тетя Рита оформила на меня опеку. Она была очень доброй, чувственной женщиной и любила меня больше жизни. Когда мне исполнилось восемнадцать лет, у нее нашли рак в последней стадии. Я уговаривала ее поехать в Америку, чтобы там пройти лечение, но она отказалась, сказав, что свое уже отжила, а мне еще деньги пригодятся. Через год она умерла, и в девятнадцать лет я осталась совершенно одна. — Кира всхлипнула и Костя занервничал.

— А сейчас ты на кого-то учишься?

— Да, на врача, а до этого училась на программиста. Еще в кафе подрабатываю, так, от делать нечего.

— Ну да, на стипендию особо не проживешь.

— Какой ты проницательный.

Они налили каждый себе по бокалу виски и опрокинули. Кира заедала салатом.

— Квартиру снимаешь?

— Нет, живу в пятикомнатной квартире покойной тетушки. И в деньгах не нуждаюсь особо.

Костя оценивающе посмотрел на свою спутницу. Она не врала, слишком дорого была одета. В глазах блеснул жадный огонек, и он стал рассматривать ее, как жертву. Кира заметила изменение в настроении мужчины и наклонилась к нему ближе.

— Я гляжу, ты решил меня ограбить? — холодный тон никак не вязался с ее теплой улыбкой.

Кира обожала дразнить опасных мужчин и смотреть, что они будут предпринимать. Константин вздрогнул. Девушка уже сидела, откинувшись на твердую спинку стула, и играла с наполовину наполненным бокалом. Когда она успела налить себе виски, он не понял. Что-то опасное ощущалось в ее позе. Он заглянул в глаза добычи, и взгляд оказался спокойным, даже безмятежным, словно это не она, пару секунд назад, наклонилась и задала свой вопрос. Он сморгнул и решил, что спьяну показалась. Ему почему-то расхотелось рассматривать эту страшную девчонку с точки зрения обогащения, ведь такая может и перегрызть глотку. Затем он поинтересовался обманчиво спокойным голосом.

— А боевым искусствам тебя тоже тетя обучила?

Глаза девушки широко раскрылись.

— Нет, я просто увлекаюсь ими. Владею кун-фу, дзюдо и рукопашным боем.

— А пистолет, так для красоты носишь?

— Я уже отвечала на твой вопрос, это просто муляж. — равнодушно ответила Кира и принялась за креветки. Она их обожала.

— Хотелось бы верить.

— Я была чемпионкой по боевым искусствам в России, а сейчас просто для души занимаюсь. После того, как меня изнасиловал отчим, я поняла, что я должна научиться самообороне. Втайне от мамы я попросила тетю оплатить секцию кунг-фу. Она согласилась, но при одном условии, что я буду каждую четверть заканчивать с отличием. А так я училась на тройки. Мне ничего не оставалось, как согласиться, я же не могла ей открыть страшную тайну. В пятнадцать лет я поняла, что так продолжаться не может. Самооборона мне не помогла, так как отчим сам занимался единоборствами. Поэтому я так и оставалась в его руках игрушкой. А когда меня тетя забрала, я уговорила ее отдать меня на стрельбу, обосновав это тем, что ни один мужчина больше не завладеет мной против воли. Как бы странно это не было, она меня поддерживала во всем, я училась и тренировалась в поте лица. Но, прежде, чем она меня отдала на обучение стрельбе сказала, что я обязана поступить на программиста. Она умерла, а я так и не смогла нарушить наш договор, и вместо института хореографии поступила на программиста. Учиться мне там не нравилось, но я себя заставляла, надеясь, что тетя гордится мной на том свете. Знаешь, как было тяжело держаться среди лучших студентов, но я старалась и закончила с красным дипломом. А потом поступила в медицинскую академию, решив, что танцы, это пыль в глаза, а помогать людям, это великое дело. — закончила Кира рассказывать, придуманную на ходу биографию. В разведшколе они часто тренировались это делать.

— Ты страшная женщина! А на какую специальность учишься? — продолжал свои расспросы ночной знакомый.

— На онколога.

— Тяжелая профессия для такой юной женщины. Как смотришь на то, чтобы сходить