Феечка для драконьего короля - Софья Дашкевич

— А чего за меня бояться? — удивился Нарт. — У меня и свои крылья есть, а потом я, между прочим, опытный наездник! Мама создала мне пегаса, правда, он кристаллический и маленький, как пони. И вот я подумал: оставлю его Эйнару, а мне пора бы завести живого! Мама не против, только папу уговорить.

— Кстати, о маме… — беспомощно покосилась на железного дракона, который жадно ловил каждое мое слово. — Ты б ее все-таки позвал. И дядю Мависа! Он, наверное, захочет сесть рядом со мной, так что…

И снова намек отскочил от Нарта, как плоский камешек от поверхности воды.

— Дядя Мавис говорит, что твой Понс — это сущий кошмар, и после вашей свадьбы он его домой не возьмет.

— Ну, это мы еще не обсуждали…

— Зуб даю, не возьмет! Он так и сказал: «Я хочу, чтобы моя жена по ночам была дома, а не пропадала не пойми где с этой наглой скотиной», — Нарт задумался на мгновение, а потом пояснил: — Кажется, это он про Понса.

Чудненько! Просто великолепно! Ужин даже не начался, а Нарт уже донес королевской службе безопасности, что мой пегас — быстр, как ветер, ловок, как стриж, и что мы с ним устраиваем ночные вылазки.

Меня бросило в жар, я чувствовала себя ужом на сковородке. Напряжение было таким сильным, что я чуть сама во всем не призналась, но от самоубийства меня спасло появление хозяев.

К столу подлетела Цессия с блюдом замысловатых тарталеток, вслед за ней появилась Найла с кувшинами черничного морса, и обе принялись на два голоса расхваливать кулинарные шедевры гостям. Не нам с сестрой и родителями, само собой, — нас-то ублажать им было без надобности, — а офицерам.

— Вы пробовали этот рататуй? — заискивающе щебетала Цессия. — Он буквально тает во рту, даже жевать не надо!

— Да у меня вроде пока есть зубы, — растерялся железный. — Мне бы чего-нибудь мясного…

— Тогда вот, пожалуйста, паштет, — вынырнула с другой стороны Найла. — Такого вы еще не пробовали! Лучший в Тайфо!

А вот это был уже прямой удар по репутации моей матери, потому что она-то считала лучшим свой паштет. Я заметила, как она сжала вилку, — до белых костяшек, — и поняла: в ближайшие полчаса драконам будет не до меня.

Так оно и вышло.

— Ну, не знаю, Цессия, — протянула мама с ледяной улыбкой. — Не обижайся, но ты всегда кладешь столько укропа…

Моя будущая свекровь резко выпрямилась и вспыхнула.

— Что-о-о?! Я хотя бы не пересаливаю!

Я откинулась на спинку стула, — от облегчения мышцы размякли. Вполуха слушала привычную перепалку: мама с Цессией были заклятыми соседками и соперничали во всем. Если одна сажала редкий сорт роз, то вторая из кожи вон лезла, лишь бы добыть еще более редкое растение. Одна украшала дом флюгером, — и уже на следующий день вторая порхала над свой крышей, водружая флюгер вдвое эффектнее.

За маму моментально вступилась Юстина, у которой был свой резон. Узнав, что королевские стражники холосты, она решила атаковать обаянием сразу всех, не размениваться по мелочам, — до того ей хотелось обзавестись собственным драконом.

— Вот если я выйду замуж, — доверительно шепнула она железному, будто ненароком коснувшись его руки, — то буду лично следить за питанием любимого. Этим кухаркам нынче доверять нельзя!

Музы, как же тяжело было не расхохотаться в голос! У нас отродясь не было никаких кухарок, но сестра почему-то упорно корчила из себя кронфею.

— Вы не передадите мне кабачковый мусс? — этот вопрос был адресован уже медному дракону.

Тот покраснел до кончиков пламенно-рыжих волос, потому что Юстина наклонилась вперед, едва не вывалив на стол грудь вместо основного блюда.

В общем, офицеры попали под перекрестный огонь, и теперь уже они, а не я, нервно ерзали. Смотреть на это было в высшей степени приятно! Я так увлеклась, что не заметила, как Мавис согнал племянника с соседнего стула и занял его место.

— Прости, что так долго, — буркнул он, раздраженно зыркнув на Юстину. — Она тоже из этих?

— Из кого? — не поняла я.

— Ну, этих, — повторил он с нажимом, как будто это все объясняло, и вздохнул. — Если б ты побывала в академии, то знала бы, о чем я.

М-м-м, кольнул по больному! Как заботливо и чутко!

— Уж извини, меня туда не берут.

— И тебе повезло! Они там просто зациклились на чешуйчатых. Драконы то, драконы се… — Мависа перекосило. — И что в них такого особенного? Скоморохи какие-то!

Последнее замечание, правда, он произнес совсем тихо, видно, опасался, что от «скоморохов» можно и отхватить за такое.

Если честно, неприязнь к драконам я разделяла. Сложно ведь испытывать симпатии к тому, кто разыскивает тебя за нападение! Но признаться в этом Мавису я не могла, а потому просто поинтересовалась, зачем вообще на семейном ужине служба безопасности.

От этого вопроса Мавис скис окончательно.

— Найла тебя не предупредила? Скоро прилетит Тарвин… — он сделал большой глоток домашнего вина. — С королем.

Я замерла, не веря своим ушам. Драконий король?! Здесь, на Имайо?! С одной стороны, мне стало гораздо спокойнее, — служба безопасности за столом, чтобы охранять его величество, а вовсе не по мою душу. Но с другой… Музы, какой кошмар! Мое платье совершенно не подходит, надо же самое нарядное, бальное… Где б его еще взять, я ж на балах-то никогда не была! А туфли?! Туфли все в пыли!

— Когда они будут? — засуетилась, ощупывая прическу: не слишком ли растрепалась?

Самой важной персоной, которую я встречала до этого дня, была старшая жрица храма муз. Она, кстати, и вынесла вердикт, что таланта во мне нет. Дворец кронфей я видела только издалека, а тут… Сразу король! Не могла же я ударить в грязь лицом перед монархом!

— Откуда мне знать? — небрежно отозвался Мавис. — Может, после заката…

После заката меня бы очень устроило! Вскинула голову: небо только-только окрасилось розовым. Час у меня точно есть!

— Юсь! — пнула сестру под столом.

— Что? — она была явно недовольна, что ее отвлекли от плана по захвату драконьих стражников.

— То твое платье… Белое с сиреневым… Шелковое! Ну, которое ты надевала на цветочный бал на первом курсе! Можно я его одолжу?

— Нет уж, обойдешься, — фыркнула Юстина. — Понс его испортит, я еще не простила ему салатовое. Это ж надо было: пережевать половину шлейфа!

— Во-первых, ты сама его повесила сушить над капустной грядкой. А во-вторых, обещаю, я к Понсу в нем даже не подойду!

— То есть тебе не для