Так близко - Сильвия Дэй

Кейн опускает взгляд на мою грудь и мимолетно улыбается. Это по-юношески озорная улыбка совершенно обезоруживает.

– Иногда хорошо иметь семью, – рассеянно шепчет он.

Кейн убирает свою руку и отстраняется. Меня отвергли в мгновение ока.

Семья?!

При виде моего испуганного взгляда у него в глазах появляется насмешливый огонек. Он пляшет долю секунды.

– Мистер Блэк, – раздается голос Витте, который стоит на лестнице, ведущей на второй этаж. – Приехала доктор Хамид.

Возбуждение превращается в ярость и закипает во всем теле, обжигая горло. Я хочу закричать, но подавляю этот порыв. После встречи с ним вся моя жизнь пошла наперекосяк.

– Я встречусь с ней в кабинете, – отвечает Кейн, отворачиваясь от меня.

Для чертова ублюдка это просто игра. В мире полно людей, которые являются всего лишь пешками в его игре, и он может использовать их в любое удобное время. Он развит физически, но не тело он использует в схватке. Он не кричит и не машет кулаками. Нет, он использует более коварное оружие – он предпочитает морочить голову.

Ладно. Мне нравятся игры. Я построила свой бизнес на игровых алгоритмах для соцсетей. Если я не поимею его в постели, то поимею в жизни. Я все равно собиралась реализовать последний вариант, но отвлеклась на его красоту.

Мне остается понять, кем для него является Лили. Ахиллесова пята? И если нет, я смогу это изменить? Его одержимость ею – его слабость, но в каком смысле? Мне все равно, если это разобьет ему сердце или уничтожит его репутацию. Мне без разницы, если пострадает его личная жизнь или разорится «Бахаран-фарма». Он в любом случае будет страдать. Будет неплохо, если и Лили разделит его страдания. Черт, они этого заслуживают.

Я ухмыляюсь, пока в голове вертятся мысли о том, как Кейн падает с пьедестала и ломает все кости.

Я направлюсь в комнату Лили.

– Эми, – раздается голос Кейна, останавливая меня.

Я оглядываюсь через плечо и вопросительно смотрю на него. Желание нарастает, как будто я секунду назад не пообещала себе, что не пойду у него на поводу.

– Спасибо, – достаточно искренне благодарит он.

Я не куплюсь. Не в этот раз.

9

Эми

Лили Блэк лежит в роскошной кровати, настолько большой, что кажется в ней ребенком. Комната очень просторная, и громоздкое медицинское оборудование не сразу привлекает внимание. Стены и изголовье кровати отделаны дамасским темно-кобальтовым бархатом, поэтому постельное белье и лежащая на нем бледная женщина – единственное яркое пятно в полумраке приглушенного света.

На фоне льдисто-голубых шелковых подушек уложенные волосы Лили кажутся совершенно черными. Прозрачная тонкая кислородная трубка делит лицо пополам, но губы уже накрашены привычным ей ярко-красным, а ногти покрыты лаком в тон.

«Меня это жутко пугает. Как будто работаешь с трупом», – недавно заметила ее визажистка, когда я застала ее за работой.

Да, жутко. И странно. Вся комната похожа на мавзолей. Небо потемнело, и у меня возникает впечатление, что наступил вечер. Все лампы включены. Напольные торшеры на серебряных ножках увенчаны абажурами цвета индиго, а хрустальные люстры отбрасывают красивые блики на стены.

Интересно: трахает ли Кейн ее безвольное тело? Я спрашивала об этом у Дариуса, но он назвал меня сумасшедшей. Плевать. Вся семья бредит, но я не хочу быть частью стада.

С матовых никелевых карнизов свисают прозрачные занавески. По бокам тяжело опускаются бархатные шторы, касающиеся отполированного содалитового пола. В темно-синем кресле с серебряными подлокотниками в планшете сидит медбрат по имени Фрэнк. Завидев меня, он улыбается и встает, понимая мои намерения. Каждый раз, когда я прихожу, он идет на перерыв.

Как только он покидает комнату, я достаю фляжку и дрожащими пальцами отвинчиваю крышку. Я все еще злюсь на Кейна, поэтому хочу что-нибудь сломать. Я гляжу на Лили, поднося к губам прохладный алюминиевый сосуд. Закрыв глаза, я запрокидываю голову, и желанное тепло попадает внутрь моего тела. Сумка соскальзывает с плеча и с глухим стуком падает на синий ковер. У меня есть еще одна фляжка. Слава богу.

Я скидываю туфли на высоком каблуке, которые ношу только для того, чтобы быть одного роста с Лили. Подойдя к ее кровати, делаю очередной глоток, проводя рукой по предметам интерьера. Комната настолько темная, что кажется, будто плывешь на глубине, откуда солнечный свет кажется лишь мутным мерцанием. Букеты лилий – обычных черных и сорта «старгейзер» – наполняют помещение особенным ароматом. А в остальных частях дома пахнет Кейном.

Интерьер комнаты может показаться мужским, но только на первый взгляд: в нем просвечивает чувственная богемная женственность. Комната роскошная. Очень богатая. На стульях лежат искусственные шкуры животных, а на мраморных столешницах стоят хрустальные статуэтки. На туалетном столике красуется набор, состоящий из серебряного зеркальца и двух расчесок с выгравированными инициалами ЛРБ. Он ждет свою владелицу. На прикроватной тумбочке лежат ручка и блокнот, тоже с инициалами.

Кто-то вложил в эту комнату душу. Вряд ли за один вечер или даже неделю получится продумать все эти детали. У меня море вопросов. Интересно, над дизайном работал Кейн или Витте? Возможно, он наняли команду профессионалов для создания такого интерьера. Надеюсь, так все и было и Кейн не придумал все это лично.

С улицы доносятся отдаленные раскаты грома. Глядя на безжизненную фигуру, я замечаю украшение на левой руке. Прямо под трубкой для питания, которая отправляет в вену жидкость и полезные вещества. Я усмехнулась. Это обручальное кольцо, которое ей подарил Кейн.

Рубин. Серьезно?

Плевать на размеры камня, я считаю, что для жены подойдет только бриллиант. И не какая-то россыпь мелких камушков, а самый большой и увесистый камень с надписью «самой любимой». Даже Дариус догадался.

Я примеряю кольцо и замечаю, что камень меняет оттенок в зависимости от освещения. Александрит. Такие камни более редкие, чем бриллианты аналогичного размера. И стоят достаточно дорого, учитывая, сколько в нем карат.

– Кейн, ты мудила, – шепчу я, слизывая капли водки с губ. И добавляю: – А ты стерва.

Я возвращаюсь к своей сумке, чтобы убрать фляжку и достать журнал. Пользуясь предоставленной возможностью, я заглядываю в ящик прикроватной тумбочки и нахожу там лак для ногтей. Забавно, что это именно «Кровавая Лилия» из новой линейки косметики Розаны.

Разумеется.

Я сажусь на край кровати, протягиваю руку и провожу по волосам Лили, здоровым и блестящим. Я убираю ладонь, и они аккуратно соскальзывают, рассыпаясь по подушке. Кожа похожа на белый атлас. Безупречная и гладкая, словно пуховые перышки, причем не