Крутое наследство - Карина Карская

Спустя пять минут возле машины не осталось ни одного живого уродца. Правда, валялась несколько мертвых, но они были уже не опасны. Я бросилась к Кириллу, с досадой увидев, что с другой стороны у нему уже бросается Альбина. И вредная девица опередила меня на пару секунд. Она озабоченно сжала ладонями лицо Кирилла и принялась орошать его слезами, целуя.

Я с презрением смотрела на это представление. Затем принялась тормошить Максима.

— Ты чего? — недоуменно спросил Кирилл, с трудом вставая и отрывая Альбину от себя.

— Ты жив? — поинтересовалась я у Макса, когда он тоже разлепил веки.

Тот кивнул и попытался сесть. Одежда на мнем была порвана, куртка в клочья, джинсы в лохмотья. Кирилл выглядел не лучше. Альбина хлопотала возле него, ахая и охая, оглаживая парня руками по спине и груди.

Я помогла Максу встать. Так он доковылял до машины, опершись на меня. Кирилл дошел сам, хоть Альбина и пристроилась к нему сбоку, всем своим видом выказывая полную готовность помочь.

Мы сидели в машине и молчали. Никто не хотел первым нарушать эту тишину. Я решила, что, если не заговорю, они так и буду молчать.

— Кто это такие? — мой голос рассек звенящую тишину.

— Гоблецы, — неохотно отозвался Кирилл. — Те еще мерзавцы.

— Откуда они взялись? — не унималась я. — Никогда не видела таких тварей. Это же не звери даже, это черт знает что!

— Вот именно, черт знает, — усмехнулся Кирилл.

Он теперь сидел на водительском месте, потому что Макс был явно не в состоянии продолжать вести авто.

— Так вот какой фольклор вы изучаете? — пронзила меня внезапная догадка. — Былины, блин, сказанья…

Кирилл ничего на этот выпад не ответил. Максим опять вырубился, а Альбина хмуро глядела в окно. Ей явно не понравилось, насколько холодно Кирилл воспринял ее «помощь».

Кирилл завел мотор, и спустя пять минут мы добрались до моей запорошенной снегом машины. Мы с Альбиной быстро очистили ее от снега, хоть тут девушка смогла оказать реальную помощь. Затем Кирилл прицепил трос, и вскоре колеса моей ласточки распрощались с замерзшей наполовину ямой.

Обрадованная, я уселась за руль собственного авто. Что ж, похоже, дальше я могу ехать одна. А Кирилл и остальные вернутся в Забубенье. Ведь там их ждут ведьмы, фольклор и гоблецы. Я же поеду домой!

Я выгрузила из багажника внедорожника сумку и водрузила ее в свое авто. Кирилл помощь не предлагал, лишь задумчиво следил за моими передвижениями. Зато вовсю суетилась Альбина. Она даже вышла из машины, чтобы помочь мне перегрузить сумку.

— Ты домой? — кокетливо поинтересовалась она, встряхивая темно-пепельными локонами. — Доберешься сама?

— Доберусь, — буркнула я. — После ваших гоблецов мне уже ничего не страшно.

И уже хотела с удобством расположиться на собственном водительском сидении, как увидела вдали, там, откуда мы только что уехали, снежный вихрь. На секунду мне показалось, что опять бегут эти твари, и я в ужасе юркнула в машину. Альбина застыла возле двери моего авто.

Снежный вихрь между тем в мгновение ока оказался рядом. И когда он развеялся, я увидела небольшой снегоход, на котором восседал кряжистый плотный мужичок в камуфляжном обмундировании.

— Игнатова Светлана здесь? — спросил он, оглядывая Альбину. — Это вы?

— Нет, это она, — ответила девушка и посторонилась, открывая обзор ко мне.

Я вышла из машины.

— Это я, — сообщила я мужику и боковым зрением увидела, как Кирилл покидает внедорожник и прихрамывая, идет к нам. — Что случилось?

— Тетка ваша померла, — мужик снял ушанку с головы и прижал ее к груди, затем перекрестился. — Римма Игнатова, значит. Хоронить ваших родных, кроме вас, некому. Возвращайтесь.

Глава 4

От ужаса у меня перехватило дыхание. Тетка! Да я же только что ее видела, живую и невредимую!

Ни слова ни говоря, уселась в машину и завела мотор. Спустя пару секунд я уже мчалась обратно по направлению в Забубенье. В зеркало заднего вида я заметила, как за мной движется внедорожник, а сбоку несется снежный вихрь, в котором спрятался снегоход с камуфляжным мужичком.

Ужас и негодование сковали меня. В том, что мужик сказал правду, у меня сомнения не было. Такими вещами не шутят. Но как же это произошло? Что могло случиться с теткой Риммой, едва я покинула деревню?

По щекам моим потекли непрошеные слезы. Хоть я совсем не знала тетку и как выяснилось, она мне было неродная, но все же… Все же, я чувствовала, что эта женщина по-своему хотела мне добра. А вот теперь одним человеком на земле, желающим мне добра, меньше. И как я теперь справлюсь с похоронами сразу двоих?

Пока я мчалась в сторону деревни, мысли в голове плясали совсем невеселые. Почему-то мне вдруг показалось, что придется и впрямь задержаться в Забубенье несколько дольше, чем я планировала. И одними похоронами дело не кончится…

Кирилл, Максим, Альбина… Эта троица тоже проносилась по нейронам моего мозга, оставляя тут и там следы. Вот Максим влюблено смотри на Альбину, та точно так же на Кирилла, вот Альбина, пытаясь «оживить» Кирилла, целует его…

Я вспоминала свою неудавшуюся личную жизнь. К двадцати шести годам любовного опыта у меня можно сказать и не было. Если не считать парочку неудачных, ничем не закончившихся романов несколько лет назад. К настоящему времени я уже больше двух лет была совсем одна и вовсе не собиралась ни с кем встречаться. Да ни с кем и не хотелось. Ну не было на моем горизонте вызывающих хоть мало-мальский трепет парней.

И вот он мне наконец встретился, такой парень. Да где! В богом забытой деревушке. Но возле него уже крутится настолько привлекательная дамочка, что шансов у меня нет и быть не может! С досады я так газанула, что заскочила в деревню, перепугав по дороге двух бредущих неспешно женщин. Тетки, шарахнувшись от машины, попадали в сугробы. И, вылезая возле дома, я даже через двести метров слышала их ругань.

Возле моего дома стоял полицейский уазик.

Я взлетела вверх по высокой лестнице