Тайная девушка - Кейтлин Морган Стунич

«Мудак эмо-неудачник», — думаю я, хмурясь.

— Вы не можете этого сделать, — выплёвываю я, потому что вся эта история с супермощным Студенческим советом ненастоящая. Это просто тупой телевизионный приём, которого слишком много в манге и аниме. На самом деле они не могут наказать меня. Дома, в Калифорнии, им едва удавалось включить органические овощи в школьное обеденное меню.

— Разве? — спрашивает Спенсер, обращаясь к нам, в то время как близнецы хихикают по обе стороны стола. — Твой отец сказал, что мы можем наказать тебя так, как сочтём нужным, за то, что ты не помог исправить проект Черча. — У меня отвисает челюсть. Правда, за последние две недели мы с папой едва перемолвились друг с другом словом, но вы не думаете, что он упомянул бы об этом? — Я поддерживаю ходатайство.

— Договорились, — хором говорят близнецы, облокачиваясь локтями на стол и улыбаясь мне.

— Предложение принимается, — говорит Черч, кивая подбородком в сторону Мики — или Тобиаса, неважно — направлении. — Запиши это и попроси директора подписать.

Близнец справа, с табличкой «Секретарь», принимается за работу, постукивая по своему ноутбуку.

— А теперь убирайся из комнаты совета, пока я не начал добавлять дни к твоему наказанию, — произносит Черч, явно он лидер группы. Это заставляет меня задуматься, потому что он кажется гораздо меньшим альфой, чем Спенсер или Рейнджер. — Мы ещё не совсем определились с полными условиями твоего наказания, но чем больше я смотрю на тебя, тем хуже мне хочется, чтобы оно было. — Он поднимает кружку с кофе и делает большой глоток, вздыхая от удовольствия.

— Он такой низенький и хиленький, — скулит Тобиас, ложась всем телом на поверхность стола. — А мы не можем просто избить его?

— Да, пожалуйста, — стонет Мика, на мгновение прекращая печатать, чтобы оглядеть меня с немалой долей отвращения. — Можно, пожалуйста? Держу пари, он свалится с одного удара.

Мои ноздри раздуваются, а руки сжимаются в кулаки по бокам.

— Я хочу, чтобы мой шкафчик перенесли обратно в главное здание, — выдавливаю я, отказываясь поддаваться запугиванию этих придурков. На краткий миг я забываю, что должна прятаться в тени и облегчать себе жизнь. Я скоро должна буду уйти отсюда. Мне просто… нужно ещё немного поработать над папой.

«Я бы хотела, чтобы мой день рождения наступил раньше», — думаю я, уже тоскуя по декабрю выпускного класса. «Тогда мне исполнится восемнадцать; я смогу сама делать свой выбор».

— Ты можешь повторять это столько раз, сколько захочешь, — весело говорит Черч, поднимаясь на ноги и откидывая со лба медовые волосы. Он по-прежнему улыбается, но, честно говоря, от этого немного жутковато потому, что это так чертовски весело. Я чувствую, что мне, возможно, нужно прикрыть глаза или что-то в этом роде. — Это не заставит нас вернуть твой шкафчик обратно. И это не помешает нам превратить твою жизнь в сущий ад. — Он обходит стол и встаёт передо мной. — А теперь, пожалуйста, извинись, пока я не попросил Спенсера сделать это за тебя.

Моё горло обжигает от воспоминаний, и я обнаруживаю, что мои пальцы невольно тянутся вверх, чтобы коснуться его. Спенсер замечает это и ухмыляется, как лиса, этой хитрой, хищной улыбочкой, которая заставляет меня съёживаться.

— Тик-так, мистер Карсон, — мурлычет Спенсер, и близнецы в унисон встают, скрестив руки на своей худощавой, мускулистой груди. — А теперь кыш.

Рейнджер прищуривает на мне свои сапфирово-голубые глаза, и я в отчаянии стискиваю зубы. Неужели я действительно думаю, что эти пятеро могут избить меня, если я останусь здесь стоять? Да, да, знаю. Они думают, что я мальчик. Избалованный, испорченный сын директора школы. Я произвела не очень хорошее впечатление, да?

Развернувшись на пятках, я срываюсь с места и вылетаю за дверь, направляясь обратно в свою комнату, чтобы переодеться, прежде чем снова бежать трусцой в общежитие для девочек. На этот раз я завожу будильник на случай, если засну. Когда я отправляю сообщение Монике и Коди с просьбой о видео-чате, они оба просматривают сообщения, а затем игнорируют меня.

Будь я проклята, если не чувствую себя опустошённой и одинокой в ту ночь.

Так пусто и так одиноко…

Глава 5

Студенческий совет отправляет меня на отработку, в качестве дежурного после уроков, а затем, чтобы украсить вишенкой моё дерьмовое мороженое, они заставляют меня вступить в их студенческий клуб, чтобы они могли подкалывать меня каждый вторник и четверг после занятий.

— О нет, — стонут близнецы, стоя по обе стороны от меня. Я была одета в белый поварской колпак и фартук с надписью: «Младший повар». Я чувствую себя чертовски униженной в ней, но это «униформа», и папа предупредил меня, что, если он получит какие-либо сообщения о моей вспыльчивости, он отменит мою поездку на рождественские каникулы в Калифорнию.

Я ни за что не позволю этому случиться.

— Ты кладёшь майонез, когда требуется сметана, — говорит Мика. По правде? Я буквально понятия не имею, кто есть кто, поэтому в начале дня я просто выбираю одного и начинаю называть его Мика; по умолчанию другой становится Тобиасом. — Ты что, дурак или что-то в этом роде?

— Э-э-э, — растягивает другой близнец, наклоняясь, чтобы заглянуть мне в лицо. Он протягивает руку и щёлкает меня по носу длинным пальцем. — Теперь ты испортил всё блюдо. Тебе придётся задержаться допоздна и переделать его.

Я с грохотом ставлю миску для смешивания на стойку и оборачиваюсь, чтобы свирепо посмотреть на них двоих.

— Вы оба специально сказали «майонез», — выдавливаю я, и близнецы обмениваются взглядами, изумрудные глаза озорно блестят. Клянусь, они одни из моих самых нелюбимых людей во всём мире. Они напоминают мне Фреда и Джорджа из «Гарри Поттера», но гораздо менее хорошие. Как злые близнецы Фред и Джордж, восставшие из ада, чтобы сделать мою жизнь невыносимой. Я хочу врезать им обоим по яйцам.

— Неужели? — они обмениваются взглядами, а затем пожимают плечами. — Виноваты.

— Но тебе всё равно придётся переделать его, — говорит Рейнджер, выкладывая клубнику поверх торта, покрытого взбитыми сливками. Судя по всему,