Салочки с генеральным - Ярослава Бекетова

Конечно, ждёт. Столько раз позвонить успел! Степень его агрессии я оценила мгновенно.

Короткий стук в массивную дверь. Короткое: "входи" и сердце пропускает удар. Не хочу, но все же переступаю порог начальства.

Ризван зол. Очень зол. Я успеваю оценить его настроение за несколько секунд.

— Закрой дверь.

— А?

— В замке есть ключ. Поверни его несколько раз и подойди ко мне.

Проглотив тугой ком в горле поворачиваюсь спиной к мужчине и взявшись дрожащими пальцами за холодный металл, совершаю два полных оборота ключа. Убеждаю себя, что бояться начальника глупо и что в огромном офисе с тысячей сотрудников мне ничего страшного угрожать не может.

Чуть заметная улыбка трогает губы директора, когда я выпрямив спину шагаю в направлении широкого стола. Но стоит Ризвану заострить внимание на мокрой ткани просвечивающегося верха моей рабочей одежды, как жар начинает лизать щеки.

— Прошу прощения, — обхватив себя руками, стыдливо поджимаю губы и прячу глаза за веером чёрных ресниц.

— Решила сорвать мне свидание?

— Какое свидание?

— Наше свидание, Кира. На которое ты не попадёшь из-за соплей и температуры, не так ли?

Разве разговор о свидании был? Просто ужин ведь.

— Я как раз шла…

— Достаточно. — Не позволив оправдаться, Марк поднялся из-за стола и направился к неприметной двери возле высокого книжного шкафа из тёмного дерева. — Иди сюда.

Настороженно наблюдаю за передвижениями мужчины.

— Если у вас есть поручения — я готова выполнить их, но в вашу "нарнию" не пойду.

Низкий грудной смех сгустил атмосферу, свернув её до одного единственного безопасного клочка территории — квадрата возле двери, где пока ещё стояла я.

Марк не стал вступать в спор. Преодолев разделяющее нас расстояние, он быстро поднял меня на руки и шагнул к шкафу, исчезая за дверьми "нарнии".

* * *

Небольшая тёмная комната, без окон, с кушеткой в одном углу и узким комодом в другом выглядела пугающие. Ремонт и сама мебель были современными, а вот само помещение в форме трапеции, с непропорциональными углами, давило на психику.

— Иногда остаюсь здесь ночевать, — мягко уведомил босс. — Впереди есть ещё одна дверь — там душ. Иди, согрейся. А я пока найду во что тебя переодеть.

Не говоря больше ни слова Марк направился к шкафу.

— Марк Григорьевич, позвольте я вернусь в свой отдел и сменю мокрую вещь…

— Раздевайся.

— Не думаю, что это уместно… — кажется я даже начала немного заикаться.

— Помочь снять мокрые тряпки?

— Не надо. Я разденусь там… В ванной.

Спорить с ним с каждым разом кажется мне всё тяжелее. Я чувствую на себе давящую животную энергетику сильного, наделенного безграничной властью, человека. Я злюсь, но встать на тропу войны с ним не могу. Пока. Не могу.

— На полках найдёшь чистые полотенца. — Босс обманчиво лениво подаёт мне мужскую рубашку. — Дай знать, как будешь готова.

— Вы не уйдёте?

— Боишься, что снова наброшусь на тебя? — ухмыляется, а глаза серьёзные.

— Не боюсь.

— Тогда в чем дело?

Сказать или нет? Всё же это мои детские страхи и о них не должны знать посторонние люди, но если Ризван оставит меня тут, захлопнув дверь…

— Не хочу проторчать здесь весь день, если вы уйдёте, случайно забыв обо мне.

— Что? Забыть тебя? — кажется ему становится смешно.

Блестяще! Пусть смеётся. Он просто не был ребёнком, которого закрыли в подсобке музыкальной школы на сутки, без еды, воды и возможности ходить в туалет. Но как оказалось позднее, не всем детям "повезло" как мне.

— Не закрывайте кабинет, пожалуйста, если надумаете уйти, — с колотившимся сердцем решила попросить. — Я постараюсь побыстрее.

Марк нахмурился сильнее.

— У тебя клаустрофобия?

— Так вы не уйдёте? — прерываю его мысли, пока начальник не стал задавать ненужные мне вопросы.

— Не уйду.

— Будете у дверей, чтобы я слышала, что вы рядом?

Мужчина медленно опускает веки, зло выдыхая:

— Да.

— И не закроете меня?

— Ещё один вопрос и мы идём принимать душ вместе.

Этого ответа хватило, чтобы я в мгновение ока скрылась за дверью ванной комнаты, дрожа от мокрого белья и слыша голос мужчины, раздающийся вслед:

— Не торопись… Моя выдержка не трещит по швам от мысли, что ты там голая.

Понедельник — день тяжёлый 2

Будто в наказание вслед событиям минувших дней активировался полный набор тревожных расстройств. И одной из главных фобий являлась как раз боязнь замкнутых пространств. Собственно, сейчас я нахожусь именно в таком. С одной поправкой: за дверью меня ждёт Марк. Только эта мысль удерживала от погружения в прошлое.

Выключаю воду. Максимально шустро вытираюсь белоснежным полотенцем с едва уловимым запахом кондиционера.

— Марк Григорьевич? Вы не ушли? — Отсутствие ответа быстро начало напрягать. Я чувствовала, как теряю и без того хлипкое равновесие. — Марк Григорьевич?

В спешке накинула на плечи мужскую рубашку, которую одолжил директор, паникуя, что дверь заперта с другой стороны, как вдруг за ней раздался низкий мужской голос:

— Кира, у тебя всё в порядке?

— Д-да… Я сейчас… — Пальцы заплетались так, что я с завидной регулярностью пропускала пуговицы и путала петли. Поверх рубашки набросила на себя длинный халат директора.

— Помощь нужна? — поинтересовался босс, но уже в следующую секунду нетерпеливо бросил: — Я вхожу.

Сама толкнула тяжёлую дверь и сразу же оказалась в крепких мужских объятиях.

Замерла, не зная, что делать дальше. Отсутствие сопротивления мужчина в миг оценил, как согласие, и не теряя времени сжал моё тело в тиски.

Твёрдые губы начальника набросились на мое пылающее от стыда лицо.

— Кира… — глухо пророкотал Марк, прежде чем проложить дорожку обжигающих поцелуев к открытому участку шеи и рвануть ворот халата, распахнув его полы.

Я мгновенно пришла в чувства, уперлась ладошками в покатые плечи босса, решительно тормозя все его действия. Со смесью ужаса и удивления переводя плывущий взор на правую пятерню мужчины, успевшую обхватить мою грудь через ткань рубашки.

— Марк Григорьевич, — растерянно бросила, улавливая сосредоточенно — жёсткое выражение лица директора. — Мы ведь договорились… — напомнила ему о дистанции.

Марк сам давал слово, что не будет приставать. Давал же.

Я видела, насколько сильно мужчина не хочет останавливаться, осознавала, как мои действия могут осложнить и без того не простые отношения с боссом, но допустить сближения с ним я тоже не могла. Нельзя. Точка будет поставлена сегодня. Один ужин. Два взрослых человека, готовые решить вопрос полюбовно.

— Пожалуйста… — прошу, не скрывая страха перед начальником.

Ризван наконец делает шаг назад, однако, ни о каком подчинении здесь речи идти не может. Серые глаза мужчины