Когда тает лед - Ханна Грейс

Так что теперь я злая, голодная, немного пьяная, а Аарон опять ведет себя как болван и ставит меня в неловкое положение.

Аарон вскидывает бровь, явно не веря, что я была в туалете.

– Не знал, что ты коллекционируешь капитанов команд вместо покемонов. А где Ротвелл? Обычно ты с ним кувыркаешься.

Его слова бьют под дых, на что он и рассчитывал. В горле встает ком. Нейт крепче прижимает руку к моей спине и прижимается сильнее.

– Чувак, если ты ведешь себя как придурок, то лучше уходи. Люди хотят приятно провести время.

– А ты, чувак, встреваешь в чужой разговор, – резко отвечает Аарон.

– Ты в моем доме и грубишь моей гостье. Угомонись или убирайся нахрен.

Нейт – парень крупный. Крупнее Аарона. На полфута выше, шире в плечах и мускулистее. Не говоря уже о том, что он хоккеист. Аарон сложен как балетный танцор. Тоже сильный, но стройный. Кроме того, он никогда в жизни не дрался – вот почему меня удивляет, что он начинает задирать людей, которые явно не новички в драках.

– Прошу прощения, Стейс, – говорит Аарон, слегка коверкая мое имя. – Наверное, я слишком сильно расстроился, когда узнал про испорченный каток.

– Никто не знает, что произошло, – быстро отвечает Нейт.

Слишком быстро.

Аарон смеется, но без веселья.

– А я знаю. Салага не смог сдержаться. Обрюхатил чью-то младшую сестру и бросил ее. – Он поворачивается ко мне с выражением притворного шока на лице. – Насколько это плохо, Стейс? Бросить первокурсницу, которую обрюхатил? А нам теперь страдать.

– Ничего подобного не было, – холодно возражает Нейт.

Боже, я чувствую себя дурой. Зря ему поверила – конечно, он знает. Я замираю под рукой Нейта, он сразу ее убирает и отступает в сторону.

– Да, было весело, – ровным тоном говорю я, стараясь не выдавать никаких эмоций, поскольку Аарон явно рассчитывает на мою несдержанность. – Я иду домой.

– Прекрасно, можем поехать вместе. Пойду поищу Лолу.

Спустя считаные минуты это уже другой человек. Временами мне кажется, что я дружу с Джекилом и Хайдом. Его гадкая сторона особенно ярко проявляется, если он напьется. Это раздражает, поскольку большую часть времени он очень мил, но чертовски хорошо скрывает свою лучшую сторону. Нейт щипает себя за переносицу и разочарованно вздыхает. Аарон тем временем исчезает в толпе.

– Я не хотел тебе лгать.

Немного отступив, я поворачиваюсь к нему. Вид у него такой, будто он несет на своих плечах все тяготы мира, и, насколько я знаю, такое возможно. Но у меня тоже есть цели. Я люблю спорт, и время для тренировок на льду ценю так же, как и он.

Он проводит рукой по лицу и выдавливает улыбку.

– Не хочу, чтобы это повлияло на нашу дружбу… То есть на дружбу, которая может быть.

– Ты думаешь, что хорошая дружба начинается со лжи?

– Нет, но… – запинается он. – Я не хотел тебе лгать. Моя команда даже не знает, и, клянусь, произошло совсем не то. Твой партнер тоже лжет.

Зря я пришла на эту вечеринку.

– Чудесно, значит, мне все лгут. Фантастика, – саркастически заявляю я. – Забудь, все хорошо. Хоккеисты могут сами о себе позаботиться, а остальные… ну, не знаю, пусть катятся ко всем чертям, что ли.

Вряд ли доктор Эндрюс, мой долготерпеливый психолог, был бы сейчас мной доволен. Общение – это самое главное, как он говорит на каждом сеансе уже больше десяти лет. В принципе, я общаюсь с людьми, не очень хорошо, но это все равно считается. Не знаю, как сказать Нейту, насколько меня подавляет вся эта ситуация, и при этом не показаться излишне драматичной. Может, я хреново стараюсь не реагировать так, как рассчитывает Аарон, но тут я виню алкоголь и то, что сегодня плохо поела.

Я поворачиваюсь, чтобы уйти, но Нейт ловит мою руку. Оглядываюсь и вижу, что его лицо смягчилось.

– Честно, он с ней только переспал. Он не знал, что у нее есть парень. И нет никакой беременности.

Похоже, он говорит искренне, но так же мне казалось и раньше. Повернувшись к нему, я делаю шаг назад, чтобы оказаться подальше, но он не отпускает мою руку.

– Без обид, но твои клятвы ни хрена не значат. Ты понятия не имеешь, под каким давлением я нахожусь, на какие жертвы мне пришлось пойти. Ты не понимаешь, каково это – знать, что все висит на волоске, потому что какой-то парень не знал, куда сунуть свой член.

Он сдвигает брови – возможно, в недоумении.

– Висит на волоске? Ты преувеличиваешь. Если мы не будем реагировать чересчур остро и будем сотрудни…

Я практически ощущаю, как вскипает кровь. Ясно, что он понятия не имеет о том, к чему приведут ошибки его команды. У него для победы есть целая команда, а у меня – только Аарон. Мы не выиграем, если не будем тренироваться как следует. А если не выиграем, то не попадем на Олимпиаду. Если мы не поедем на Олимпиаду, то какой, черт возьми, смысл во всем этом?

Вот почему в Мейпл-Хиллс два катка. Вот почему отсюда выходят лучшие в стране спортсмены. Мы лучшие, потому что школа заботится о том, чтобы нам хватало места и времени для тренировок.

– Думаешь, я реагирую чересчур остро, Нейт? Ты знаешь, что нет, – резко говорю я, качая головой. – Ладно, забудь. Держись от меня подальше, а я буду держаться подальше от вас.

Я протискиваюсь через толпу. Он меня зовет, но я его игнорирую и чувствую, что еще долго придется это делать.

Наверное, это худший день в моей жизни, и раздражение нарастает еще больше, потому что отыскать Лолу в этом бардаке нереально.

Аарона тоже нигде не видно, и я даже не знаю, хорошо это или плохо после того представления, что он устроил.

Райана найти нетрудно, он все еще в кабинете с друзьями-баскетболистами. Хотя я не ожидала увидеть его с Оливией Эббот. Они сидят на диване, и он шепчет ей что-то на ухо.

Как ни странно, моей первой мыслью было: знает ли Лола, что ее заклятый враг тоже на этой вечеринке, но затем я страшно удивляюсь.

Я не помню, видела ли Оливию здесь раньше. Вблизи она еще красивее, чем на сцене: длинные светлые волосы, уложенные, как у легендарных голливудских актрис прошлого, идеально подведенные глаза и совершенные алые губы. Вид у нее такой, словно она собралась пройтись по красной ковровой