Василиска 4 - Ольга Анатольевна Чумаченко

Как много тех, с кем можно лечь в постель,

Как мало тех, с кем трепетно молчанье,

Когда надежды тоненькая нить,

Меж нами, как простое пониманье.

Как много тех, с кем можно горевать,

Вопросами подогревать сомненья,

Как мало тех, с кем можно узнавать,

Себя, как своей жизни отраженье.

Как много тех, с кем лучше бы молчать,

Кому не проболтаться бы в печали,

Как мало тех, кому мы доверять

Могли бы то, что от себя скрывали.

С кем силы мы душевные найдём,

Кому душой и сердцем слепо верим,

Кого мы непременно позовём,

Когда беда откроет наши двери.

Как много тех, с кем можно не мудря,

С кем мы печаль и радость пригубили,

Наверно, только им благодаря,

Мы этот мир изменчивый любили.

(автор Эдуард Астахов)

Лиска читала стих, и голос её звучал ровно и чётко. Нигде не дрогнул. И кто бы знал, каких понадобилось ей на это усилий. Внутри, только всё клокотало, и выдавало это волнение подсвечивающаяся на плече шама, чей длинный хвост обвивался вокруг тонкой девичьей шеи, как невероятной красоты украшение.

Лорд Дион попытался подойти к леди ди Фён и высказать своё восхищение, но дорогу ему перегородили. Идан встал перед Лиской, оскалив пасть.

— Хотелось бы мне сказать, что очень приятно видеть у себя в доме гостей, — вздохнула девочка девочкой, нежная, хрупкая, романтичная. — Но как успели заметить, очень трудно работать с некомпетентными людьми. Сир Шамиль, разберитесь тут, пожалуйста.

Леди ди Фён кивнула хвостатому управляющему и, развернувшись, пошла со своим сопровождением к лестнице в своё убежище. Гости пожаловали без предупреждения, без уведомления, так что она имела полное право никого не принимать.

За спиной послышалась возня, перетоптывание, перешёптывание. А что? Приехали господа, думали, что леди ди Фён тоже лебезить перед ними будет, выказывать уважение, заинтересованность. Она же маленькая, да без поддержки в виде солидных родственников и знакомых. Хотя, смерили господа удаляющуюся малышку. Маленькая она, такой простительно.

Сир Шамиль дал помощникам указания на то, чтобы с комфортом разместили приехавших гостей. Благо, они успели подготовить гостиную, можно сказать, при школе. Ремонт там, мебель на заказ. И уголок дорогих напитков, типа барной стойки поставили, на этом Лиска настояла и отстояла.

Гости вошли в гостиную, прошлись по помещению, взглядом, словно рентгеном, осмотрев имеющиеся предметы декора и мебель, выполненные в очень дорогом стиле. Кресла, словно из царских покоев, с золотой вышивкой, стеклянные столы на невероятных переплетающихся резных ножках в виде растений. На полу толстый ковёр. И стеллаж с напитками. Один гость не выдержал, зашёл за стойку и начал перебирать бутылки, посматривая на висевшие бокалы.

Набежала прислуга, проинструктированная, расставила перекус, закуски, и всё на шпажках. Сдоба отдельно, напитки в кувшинах. Один из секретарей управляющего, находившийся при гостях, предложил напитки покрепче: сидр, дорогие холодные вина, настойки. Продемонстрировав запечатанные бутыли. Мужчины воодушевились. Поперебирали, посовещались между собой и выбрали. Только не одну, а несколько разных видов. Ухмыляясь, приняли бокалы с жидкостью.

Помощник не подвёл, не повёл бровью, не стал настаивать, чтобы выбрали поменьше напитков. Ведь только одна бутылка стоила от десяти, а то и больше, золотых. А они что? Один бокал выпьют, а остальное придётся выбросить или отдать той же прислуге. Плохой тон хранить уже откупоренные, и тем более предлагать бывшие в употребление остатки другим дорогим гостям.

А чтобы гости не скучали, помощник управляющего включил стоявший на столе артефакт, из которого зазвучала нежная мелодия. Правда, и сам артефакт имел интересный вид каменной чаши, в которой из-за давления воды крутился переливающийся стеклянный шар, подсвеченный изнутри.

И пока между прибывшими людьми шла светская беседа, в своём убежище из угла в угол бегала хозяйка, ожидая, когда придут её девчонки. Марина и Зарина, чтобы помочь собраться. Причёску хотя бы сделать. С лёгким макияжем сама справилась. Бррр… Вот, сама не думала, что так себя будет вести, переживать. Ведь неоднократно прокручивала в голове визиты аристократии. Но не думала, что сразу они явятся такой толпой. Это же некультурно. Или же они не специально и не сговариваясь, набежали, пытаясь опередить друг друга?

Белянке шли розовые оттенки, но этот цвет для такого, скорее всего делового общения, именно сегодня показался ей легкомысленным, она и так предстала перед гостями в романтическом образе юной девушки, ранимой, нежной. Поэтому, выбрала нейтральный цвет — голубой. Под цвет своих линз. Несмотря на то, что было жуткое желание вырядиться в черное платье. И глаза чёрным подвести, и губы. Шокировав окружение. Ни судьба! Не сегодня!

Украшения в тон платью она подобрала легкие и воздушные. Бриллиантовое колье с голубым аквамарином в виде цветочка. А так же колечко, серёжки и браслетик на руку. Всё с одного набора. Белое золото, бриллиантовые камешки и аквамарина. И если честно, всё выглядело скромно, если, конечно, не знать цену. И здесь в магическом мире, только за один такой драгоценный или полудрагоценный камешек из её украшений, любой бы маг душу продал. И, естественно, доступность таких камней, а тем более украшений из них была ограниченна. Даже не каждый аристократ имел к ним доступ.

Волосы помощницы убрали ей наверх, соорудив что-то вроде короны на голове, оголив красивую шею с украшениями и с дракошей, ставшей неотъемлемой частью её самой. На обритой части волосы отросли, и уже не требовалось подстраивать причёску. Шпильки из голубого аквамарина украсили волосы, завершив красоту. Посмотрелась Лиска в зеркало, грустно вздохнула. На неё смотрела воздушная и хрупкая фея. Крыльев только не хватало. А ведь хотела смотреться и постарше, и по строже. Но не получилось. А переодеваться уже не хотелось. Время!

— Пф! Это ужас какой-то! — выдал своё мнение маленький оборотень, всё это время сидевший и игравшийся в её телефоне в закаченные игры. А вот второй друг бы такое ей не сказал. Благороден. Но он сейчас у себя тоже собирается. «Устами детей глаголет истина!»

Плечики расправила, спинку ровно, словно кол проглотила, шаг от бедра. Правда, не сдержалась и язык Рису показала. Благодарила она всевышнего, что хоть платья ей не приходилось в пол носить. До середины икры достаточно. И никакого корсета, пояска вышитого достаточно. И на ногах тонкие мягкие домашние балетки. Она дома, этикет позволял такое. И тем более её возраст. А ведь высчитала, что по меркам Земли ей до семнадцати чуть-чуть. Почти взрослая она! Почти!

Гости сидели в отдельной гостиной, ждали. Но прежде, каждого из них вызвал к себе сир управляющий, записав, кто прибыл и