Тысяча и один день - Рената Тревор

При этом он уложил Синди в постель. Мягкость перины и одеяла тут же поглотила ее. Она не смогла как следует сосредоточиться на том, о чем ее просили, только всхлипнула и пробормотала:

— Никаких больше тройных дежурств.

— Тройных?!

— Ничего не могу с этим поделать. Но ведь люди постоянно нуждаются в медицинской помощи, — продолжала бормотать она, пытаясь плотнее укрыться одеялом.

Кровать спружинила, когда он присел рядом, и Синди скатилась на край, уперевшись в его бедро.

— Ладно, поезжай, — устало ответила она. — Со мной все в порядке.

— Но мне нужно знать маршрут.

Маршрут? На этом этапе ее вяло работающий мозг зашел в тупик.

— Какой такой маршрут? — Синди сразу вспомнила: Оливер, озеро, Пэгги! Имя подруги молнией мелькнуло в сознании, но наружу выплеснулось в виде какого-то хрипа. Она попыталась сесть, но Говард мягко уложил ее обратно.

— Я тоже еду… — все же удалось сказать ей.

— Никуда ты сейчас не поедешь, а будешь спать. Но прежде просто расскажи, как добраться до твоей подруги.

Синди вздохнула и легла на спину. Веки были настолько тяжелыми, что глаза остались закрытыми.

— Ладно, слушай. Проскочишь южное шоссе до конца, затем на выезде из города свернешь в западном направлении. Миновав довольно высокую гору, увидишь знак поворота. Не забудь, он относится ко второй грунтовой дороге, ведущей налево. Через некоторое время увидишь дом. Это обычная бревенчатая хижина с крыльцом. — Синди подумала, что ей все же надо бы отправиться вместе с ним! Она вновь попыталась сесть. — Позволь мне переодеться.

— Ни в коем случае! — мужчина вновь уложил ее. — Если ты хотя бы немного не поспишь, у тебя наступит истощение, упадок сил.

Говард убрал волосы с ее лица, и от его прикосновения Синди ощутила сладкую дрожь. Пусть это длится подольше, втайне пожелала она.

— Спасибо за то, что готов поехать туда и выручить меня.

— К сожалению, это пока все, что я могу тебе предложить.

Ей захотелось было ответить, что он, по-видимому, недостаточно оценивает свои возможности. Но она лишь нахмурилась, подумав о том, что Оливер вот-вот вторгнется в тайное убежище ее подруги.

— Я тоже должна быть там, — повторила Синди, пытаясь навести порядок в своих мыслях. — Ведь это я во всем виновата.

— Почему ты вдруг так решила? Разве тебе по силам сейчас эта поездка? — удивился Говард.

Комната поплыла у нее перед глазами. Его забота тронула измученную бессонницей девушку.

— Ничего, могу поспать и в машине, пока мы будем в пути, — решила она, уверенная в том, что смогла бы заснуть, даже спускаясь на парашюте.

— Мне по силам справиться с такой проблемой и самому.

— Но Пэтти явно захочет, чтобы в трудную минуту я была рядом с ней. Это же моя лучшая подруга! — воскликнула Синди и, собрав все силы, села на кровати. — Я еду с тобой!

— И зачем только я оставил военную службу? — вздохнул Говард.

Она устало улыбнулась.

— Не потому ли, что там не чувствуешь ежесекундного возбуждения от окружающей реальности?

— Наверное.

Она спустила ноги с кровати.

— Я готова.

— Вижу, вижу, — посмеиваясь, ответил Говард, вовремя поддержав ее за плечо, когда та едва не опрокинулась навзничь. — А ты захватила с собой хоть какую-нибудь одежду, когда переезжала сюда?

— Спортивный костюм, — кивнула Синди. Он висит на крючке возле туалета.

— А кошелек?

— Внизу, возле телефона.

Он неожиданно взял ее на руки и легко выпрямился.

— Послушай, тебе нужно когда-нибудь прекратить эти штучки! — возмутилась Синди.

Он посмотрел на нее сверху.

— Знаешь, а мне понравилось носить тебя на руках.

Девушка отчаянно заморгала.

— Эй, командир, ты пытаешься вскружить голову леди, но при этом обращаешься с ней весьма бесцеремонно!

— В этом я весь, — усмехнулся Говард. — А зовут меня мистер Романтик.

— Опусти меня, — потребовала она.

— Угу. Дело в том, что я отнесу тебя вместе с одеялом и подушкой в машину, где ты совьешь себе уютное гнездышко на заднем сиденье. Только обещай, что не будешь двигаться и говорить, пока мы не приедем на место.

— Если только я не заговорю или не зашевелюсь во сне, сэр командир.

— Очень забавно.

— Слушай, захвати-ка, кстати, мой спортивный костюм.

— Хорошо, — ответил Говард, но не двигался и пристально смотрел на нее.

Сердцебиение у Синди участилось. Он действительно наклонил голову? Неужели собирался… А разве ей хотелось, чтобы он это сделал? Мягкие губы мужчины коснулись ее лба, и Синди почувствовала, что сердце ее вот-вот остановится. Очевидно, ответ был утвердительный: она хотела, чтобы он ее поцеловал. Хотела едва ли не отчаянно, даже большего…

— Говард?

— Что?

Какой у него бархатный голос. Так вот кто это! Его можно называть мистер Бархатный Голос.

— Нам лучше не тянуть время, а хотя бы постараться нагнать Оливера, — медленно проговорила Синди и подумала: «Пока я не сотворила какую-нибудь глупость».

— Да, да. Закрывай глаза.

— Что-о?!

— Расслабься. И спи. Я разбужу тебя, когда мы приедем. Или попытаюсь разбудить, — добавил он с улыбкой.

— Только учти: сплю я очень крепко, — сказала Синди, после чего закрыла глаза и прижала лицо к его груди, в то время, как он уже нес ее по лестнице. — Тебе придется поухаживать за мной.

От него исходил приятный аромат.

— Чего только не сделаешь для такой девушки, как ты! — тихо проговорил он.

Но вдуматься в смысл сказанного у нее уже не было сил. Она опять заснула.