Серенада для невесты - Виктория Лайт

— Слушай, Анна, а этот твой опекун настоящий богач, — завороженно прошептала Флора, как только за миссис Гриффин закрылась дверь.

Горящими глазами она оглядывала огромную комнату, массивную кровать под балдахином, высокий шкаф на резных ножках, трюмо, кресла с темнобордовой обивкой.

— Здесь прямо как в музее…

Анна равнодушно пожала плечами. В отличии от кузины она не была склонна придавать большое значение материальной стороне. Ее отец также был богат, и их дом был обставлен не хуже, чем особняк лорда Чизвика. Но на самом деле это не имеет никакого значения…

Девушка достала косметичку и белье и пошла в ванную комнату. Ей очень хотелось расслабиться в ароматной горячей воде и как следует подумать. Болтовня Флоры мешала ей сосредоточиться.

Анна набрала воду, разделась и с наслаждением окунулась. Как приятно смыть с себя дорожную пыль и грязь. Хотя нельзя сказать, что путешествие ее сильно утомило. Наоборот, она желала бы, чтобы оно никогда не заканчивалось, и чтобы ее не ждал в Лондоне неведомый жених. До своего приезда в Англию Анна совсем не думала об Артуре Беллингейме, сейчас она испытывала к нему безотчетную неприязнь.

И почему он не Гарольд, а Гарольд не он, вдруг подумала Анна, нежась в теплой воде. Воспоминания о ночи в поезде нахлынули на нее. Она ни капли не жалела о том, что произошло, и не раскаивалась в том, что вела себя чересчур вольно. Монахини учили ее послушанию и смирению, но они никогда не рассказывали ей о том, что сердце может так сладко замирать в груди от одного лишь взгляда мужчины…

Было так восхитительно вспоминать смущение Гарольда, его неловкость и собственный трепет, его дрожащие губы и взгляд, прикованный к ее лицу. Анна улыбнулась. Она читала об этом в книжках, которые ей и ее подругам удавалось доставать, несмотря на строгий режим. Там красиво рассказывалось о любви, неистовом чувстве, которое внезапно вспыхивает в груди двух молодых людей и заставляет их совершать безумные поступки. Тогда Анне казалось это смешным и чуточку нелепым, но теперь она знала, что способна ради Гарольда на любую глупость…

— Анна, ты скоро? — Флора нетерпеливо забарабанила в дверь.

— Сейчас иду, — неохотно отозвалась девушка.

Она вылезла из ванны. Капельки воды блестели на ее разгоряченном теле. Анна поспешила накинуть на себя халат, ей казалось неприличным разглядывать себя в зеркале.

— Я уже подумала, что ты утонула, — недовольно заметила Флора, когда Анна вышла.

— Прости. — Анна принялась вытирать волосы. — Я замечталась.

— О, тогда все понятно, — рассмеялась Флора. — Артур — просто лапочка…

Флора закрылась в ванной, а Анна застыла на месте, невидящими глазами глядя ей вслед. Артур Беллингейм… Флоре даже в голову не пришло, что она мечтала отнюдь не о человеке, предназначенном ей в мужья. Анна вдруг почувствовала себя очень несчастной, словно она только что осознала, что Артур Беллингейм существует на самом деле и имеет на нее какието права.

Девушка поежилась. На мгновение перед ее глазами встало улыбающееся лицо Гарольда. Нет, об этом нужно забыть. И чем скорее, тем лучше. Она хорошо воспитана и знает, в чем состоит ее долг. Отец выбрал для нее мужа, и она поступит правильно, если будет следовать его наказу. Гарри — всего лишь первый привлекательный мужчина, которого она встретила после монастыря. Артур ничуть не хуже его. А, возможно, даже лучше, ведь отец не мог выбрать ей в мужья плохого человека… Значит, надо выкинуть из головы все глупости и радоваться тому, что граф Шафтсбери молод и красив.

Одним словом, когда девушки, отдохнув и переодевшись, вошли в кабинет лорда Чизвика, в сердце Анны была отчаянная решимость вести себя подобающим образом. Она сразу нашла глазами жениха, который встал при их появлении, и нежно улыбнулась ему. Гарольд стоял у окна. Анна упорно старалась не смотреть в его сторону.

— Анна, дорогая моя, как я счастлив, что вновь вижу тебя! — воскликнул Чизвик, растроганный скромностью и красотой девушки.

Они все расселись в его кабинете, и Чизвик чувствовал, что как хозяин обязан начать беседу.

— Я тоже рада увидеть вас в добром здравии, — послушно ответила Анна на своем идеальном английском, несколько напоминающей романы Джейн Остин.

Бойкая Флора расположилась на стуле недалеко от Гарольда и время от времени бросала на него скучающие взгляды. Ей было не по себе в присутствии этих людей, она привыкла к более простому и естественному обращению. Но и Гарри, и Артур были чрезвычайно приятными молодыми людьми, к тому же не годилось бросать кузину в одиночестве в столь щекотливый момент, поэтому мадемуазель Флора изо всех сил боролась с зевками и пыталась принимать участие в разговоре.

— Артур не смог встретить тебя, потому что… — неловко начал лорд Чизвик.

— Я знаю, — мягко перебила его Анна. Она так глянула на жениха, что смуглые щеки Беллингейма покрылись румянцем. — Я не сомневаюсь, что у графа Шафтсбери немало неотложных дел, требующих неусыпного внимания.

Если бы на месте Анны была любая другая девушка, Флора непременно решила бы, что та издевается. Однако Анна говорила искренне, в этом не было никакого сомнения.

— Я очень сожалею, что обстоятельства помешали мне встретить вас! — пылко воскликнул Артур, едва ли сознавая, что ласковые взгляды Анны необыкновенно взволновали его.

Флора чуть не прыснула. Она так и представляла себе участников этой сцены, одетых в панталоны, сюртуки и пышные платья с фижмами. Не соизволит ли благородный граф… Разрешите сказать вам, дорогая баронесса… Это выглядело со стороны так смешно и наивно, что Флора с трудом боролась с приступами смешливости.

— Простите, что перебиваю вас, — вдруг произнес Гарольд, — но я вижу, что Флора умирает от скуки. Может быть, мы погуляем с ней в саду, пока вы беседуете?

Артур одобрительно подмигнул другу. Как раз то, что надо — убрать из комнаты лишних свидетелей, чтобы они смогли обсудить некоторые щекотливые дела. Этой смешливой хорошенькой девице явно не сидится на месте, вот пусть Гарри составит ей компанию…

— О, это чудесная мысль, Гарольд, — просиял лорд Чизвик, обуреваемый теми же мыслями, что и Артур. — Надеюсь, вы не против, мадемуазель Мажиро?

— Я только за! — с преувеличенным пылом воскликнула Флора.

С одной стороны, ей не понравилось, что от нее так явно хотели избавиться, а с другой стороны гораздо приятнее будет бродить по саду в компании Гарольда, чем сидеть здесь и слушать обмен любезностями.

Анна молчала. Она была охвачена противоречивыми чувствами. Конечно, Гарольд прав, он поступил мудро и тактично. Им действительно нужно побеседовать без посторонних. Но почему его глаза так странно блестят? Он жаждет остаться с Флорой наедине? Ему не терпится покинуть ее? Анна с плохо скрытой враждебностью оглядела Флору с ног до головы. Она впервые подумала о том, что ее кузина весьма привлекательна и должна очень нравиться мужчинам. У нее есть опыт, она не молчит как кукла в их присутствии… Анна стиснула руки. Ей внезапно стало очень плохо. Глаза предательски заслезились, и Анна была очень зла на себя за эту слабость. Юная баронесса впервые в жизни отчаянно ревновала.