Торн - Хлоя Уолш

— Как ты? — добавил он, протягивая руку, чтобы взять меня за руку.

— Отлично, — холодно ответила я, отдергивая свою руку от его. Я не хотела его прикосновений, и он не имел права чего-либо от меня ожидать. После того, что он сделал. — А ты?

— Ты меня знаешь, — усмехнулся папа. — Я такой же, как всегда.

— Да, — выдавила я, теребя бумажный пакетик с сахаром. — И запах.

— Я ухожу, — сказал он мне. — Мне просто... нужно было немного чего-то, чтобы пережить сегодняшний день. Для храбрости.

— Ты всегда уходишь, папа, — парировала я, одновременно разочарованная и не удивленная. — Пока ты этого не сделаешь.

— Это несправедливо, — пробормотал он, и его бледная, пятнистая кожа приобрела еще более белый оттенок смерти. — Я прошел через ад и вернулся.

— А я нет? — Выпрямившись на стуле, я уронила чайную ложку, которой помешивала кофе, и уставилась на жалкое существо напротив меня. — Чего ты хочешь от меня, папа? — холодно спросила я его. — Зачем ты хотел встретиться?

— Я уезжаю, — успел пробормотать папа, прежде чем громко рыгнуть. — Назад в Голуэй.

— И? — Я скрестила руки на груди и бесстрастно уставилась на него. — Ты рассказываешь мне это, потому что?

— Я думал, ты захочешь пойти со мной?

— Нет, спасибо, — фыркнула я с отвращением. — Это все?

— Я думал, ты будешь рада меня видеть. — Папа покачал головой, словно не мог понять моей холодности по отношению к нему. — Тиган, я твой отец, и я...

— Ты не был моим отцом с тех пор, как мне исполнилось четырнадцать лет, — огрызнулась я, взбешенная наглостью этого человека. — Ты убил мою мать — ты чуть не убил меня! Тебя не было рядом, когда мне нужен был отец, и уж точно не сейчас. — Откинув стул назад, я схватила сумку и встала. — Хорошей тебе жизни, Патрик.

Я бежала всю дорогу домой так быстро, как только могла, отчаянно пытаясь избавиться от ярости, бурлящей внутри.

Какого черта отец ожидал от меня?

Бросить все, чтобы вернуться к нему домой и снова жить в нестабильной обстановке?

Он действительно думал, что я смогу забыть о том, что он сделал?

Может, я была бессердечной стервой, но я не могла этого забыть, и я знала в своем сердце и душе, что никогда этого не отпущу.

Я никогда его не прощу.

Когда я вернулась в квартиру и увидела, кто сидит на нашем диване рядом с Хоуп, я чуть не заплакала. Большими, жирными слезами размером с каплю дождя.

— Я не в настроении для разговора, — предупредила я его, закрывая за собой дверь квартиры. — У меня был очень плохой день, так что если бы вы могли воздержаться от оскорблений, я была бы признательна, — добавила я, направляясь на кухню, чтобы налить стакан воды.

Мистер Картер встал и, казалось, доминировал в комнате одним своим присутствием. — Я тоже рад тебя видеть, Тиган, — холодно признал он.

— Конечно. — Я закатила глаза и боролась с желанием показать ему язык. Кайлу я не нравилась, и он не скрывал этого. Он старался быть вежливым ради своей дочери, но я была уверена, что он не раз думал о том, чтобы придушить меня. Мы старались держаться подальше друг от друга, когда он приезжал. Я все еще пыталась забыть о дерьме, которое он выплеснул в ту ночь, когда приехал в дом Хартов, и мистер Картер? Ну, думаю, я была большим и толстым напоминанием о том, почему его дочь живет за границей.

Вернувшись к Хоуп, Кайл спросил: — Ты еще не думала о том, чтобы приехать домой на Рождество?

Она покачала головой и устало вздохнула. — Мы уже говорили об этом, папа. Я остаюсь здесь с Тигс.

— Я знаю, — проворчал мистер Картер. — Но Рождество — это время для того, чтобы быть с семьей. А близнецы еще не видели свою старшую сестру.

— Как малыши? — спросила Хоуп, и я не могла не ухмыльнуться. Она была категорически против того, чтобы у родителей был еще один ребенок, но когда три месяца назад родились ее братья-близнецы, она пошла и распечатала их фотографию. Теперь она висела на стене в нашей гостиной.

— Они были бы намного лучше, если бы встретили свою сестру, — проворчал Кайл. Его взгляд метнулся ко мне, и я покраснела от смущения. Я чувствовала, как от него волнами исходит гнев, направленный на меня.

— Эй, не смотрите на меня так, — сказала я, уронив стакан в раковину, прежде чем поднять руки в защиту. — В этом можно обвинить Джордана «мудака» Портера.

Брови мистера Картера взлетели вверх от удивления, а затем он сделал то, чего я от него не ожидала.

Он на самом деле улыбнулся.

— Джордан, мудак Портер, — хихикнул он, — я знал, что есть причина, по которой ты мне нравишься, блонди.

Странное чувство, когда Кайл Картер на самом деле делает мне комплименты. Но я не была глупой. Я прекрасно знала, что единственная причина, по которой он не бросается насмешками или сопливыми комментариями в мой адрес, заключается в том, что мы оба ненавидим Джордана Портера.

Бывший парень Хоуп был номером один в списке дерьма Кайла.

Я была на втором месте.

— Спасибо… я думаю? — неловко ответила я, прежде чем снова сосредоточиться на приготовлении сэндвича.

— Надолго ты останешься в этот раз, папа? — спросила Хоуп, и мне не терпелось узнать ответ на этот вопрос, как и ей.

Кайл посмотрел на часы и вздохнул. — Я вылетаю сегодня вечером.

— О, так скоро? — пропищала я, в моем голосе слышался сарказм