Алая нить - Франсин Риверс

Заглянула в ванную комнату. Взору предстала стерильная белизна стен, кафельной плитки и унитаза. Далее в небольшой прихожей — дверь в их с Алексом спальню. Скорее всего, основная часть мебели разместится здесь, хотя гардероб Алекса тоже придется поставить в кладовую. Сьерра заметила свое отражение в зеркале на двери кладовой: лицо было очень недовольным. Отвернувшись, она подошла к широкому окну, чтобы отдернуть занавески, и обнаружила за окном вид на дворик и бассейн. Прямо как в гостинице.

Подавленная, Сьерра вернулась в гостиную.

Алекс повесил трубку телефона, который до их прибытия был любезно установлен благодаря хлопотам Стива Силвермана, нового начальника Алекса. Стив предложил Алексу позвонить ему сразу по прибытии, чтобы они с Мэттом помогли им разместиться.

— Они подъедут сюда минут через десять, — бросил он, улыбаясь. То ли действительно не замечая, то ли игнорируя ее настроение, Алекс обнял жену за плечи и поцеловал, прежде чем выйти.

* * *

Менее чем через два часа вся мебель была собрана и расставлена по местам, а коробки горой сложены у стены в гостиной. Стив заказал пиццу. Мэтт принес блок пива из шести бутылок и блок газировки. Клэнтон и Каролина с завидным усердием уминали пиццу, тогда как Сьерра сослалась на отсутствие аппетита и ретировалась в детскую, чтобы скрыть неутихающую тревогу. Она застелила кровати, повесила картины, выложила коврик для ванной и полотенца. Затем принялась за работу в своей спальне. С кухни доносился дружный мужской смех, который с каждой минутой раздражал ее все сильнее.

Клэнтон откопал свои купальные принадлежности. Ее первое «нет» вызвало у сына отчаянное сопротивление. Мать Сьерры всегда предрекала Клэнтону будущее хорошего юриста.

— Я сказала «нет», Клэнтон. Идет дождь и…

Сын последовал за ней в гостиную и обратился к отцу:

— Папа, можно мне пойти поплавать? Дождь мне не помеха, я не заболею.

— Конечно. Давай, — ответил Алекс, прервав свой разговор с Мэттом и Стивом, и одним махом поставил Сьерру в неловкое положение. Он заметил выражение ее лица слишком поздно.

— А что тут особенного? — успокаивающе заметил он, как только Клэнтон выскочил за дверь, не дав ей возможности оспорить решение мужа. — Так или иначе, он собирается промокнуть, а в бассейне воду подогревают.

— Прекрасно. Постой-ка тогда под дождем и проследи за ним, — с яростью, совершенно не оправданной в подобных обстоятельствах, бросила Сьерра. Резко развернувшись, она пошла снова в спальню и навзничь рухнула на кровать.

Через минуту вошел Алекс с плотно сжатыми губами.

— Мы выйдем ненадолго.

— Выйдете?

— На час-два. Поговорить о делах.

Нестерпимо захотелось кричать, она стиснула кулаки.

— А что, Клэнтон уже вернулся из бассейна? — ледяным тоном спросила Сьерра.

Алекс медленно прошествовал по комнате.

— Ты прекрасно можешь продолжать сидеть на месте, дуться и одновременно приглядывать за ним.

Слова Алекса задели Сьерру за живое. Она устало посмотрела на мужа:

— Как насчет продуктов, или нам достаточно пиццы на завтрак?

— Если ты выглянешь за главные ворота, то увидишь торец одного из самых больших супермаркетов Северного Голливуда. У тебя есть машина и чековая книжка. Купи все, что тебе нужно. — Он подошел к двери и остановился. Тихо выругался и ударил ребром сжатой в кулак кисти по дверному косяку. — Извини, — безразличным голосом произнес он.

Она часто заморгала и отвернулась, пытаясь скрыть слезы.

— Это временные трудности, Сьерра.

Замерев, она ничего не сказала.

— Я сейчас подключу телевизор.

— Замечательно. Это действительно великое облегчение, — пробормотала она, как только Алекс вышел из комнаты. Несколькими минутами позже она наблюдала, как он, Мэтт и Стив проходят под окнами спальни. Они были так увлечены разговором, что он даже не удостоил ее взглядом. О ней уже забыли.

* * *

Алекс вернулся, когда Клэнтон и Каролина уже спали.

— Час-два? — возмутилась Сьерра, как только он вошел в дверь.

Алекс снял пиджак и швырнул его на диван.

— Нам нужно было о многом поговорить.

Сьерра выключила телевизор. Она давно уже перестала понимать, какую передачу смотрит, настолько была обеспокоена отсутствием мужа в столь позднее время.

— Уже за полночь, Алекс. Я вся извелась от волнения. Мог бы и позвонить.

— Я бы позвонил, если б вспомнил номер телефона. А в справочнике нашего номера пока нет.

Объяснил, но не извинился.

— Я иду спать, — приглушенным голосом бросила она и оставила его стоять в гостиной.

Она почистила зубы, умылась, затем направилась в спальню переодеться. Алекс вошел, когда она надевала ночную сорочку.

— Долгий был день, — начал он.

— Самый долгий в моей жизни.

Сьерра легла в постель, натянула одеяло до самого подбородка и уставилась в темный потолок. Она прислушивалась к легкому шуршанию одежды, это Алекс раздевался. Кровать едва заметно качнулась, когда он присел на нее. Он не стал ничего говорить. Что он мог сказать? Он спокойно принялся заводить будильник, и она повернулась к нему спиной, глотая горячие слезы. Когда он лег, она услышала его вздох.

Рука мужа коснулась ее талии.

— Прости меня.

Его извинение спровоцировало бурю чувств и поток слез. Сьерра впилась пальцами в подушку, отчаянно стараясь подавить всхлипы. Алекс повернулся к ней. Притянул ее к себе, обнял, крепко удерживая, не давая ей вырваться. Провел рукой по длинным волосам жены и поцеловал ее в шею.

— Я люблю тебя.

Она заплакала еще горше. Алекс нежно развернул ее к себе.

— Доверься мне, — хрипло прошептал он и поцеловал ее, утешая только ему одному известным способом.

И теперь на какое-то время Сьерра была в состоянии забыть обо всем, кроме, пожалуй, того, что она безгранично, больше всего на свете, любит Алехандро Мадрида.