Последний автобус - Джоанна Беррингтон

— Да. Она вышла на пару минут, сейчас вернется. А вы один или кого-то ждете?

— Я один, — ответил мужчина, сделал еще пару затяжек и решил, видимо, что следует ускорить знакомство. — Меня зовут Гарольд. Сложный день сегодня. Вот, зашел выпить пару стаканов виски, расслабиться перед сном.

Саманта назвала свое имя. Кажется, вечер будет интересным, подумала она. Незнакомец казался ей приятным и милым.

Маргарет вышла из дамской комнаты и увидела, что рядом с подругой сидит мужчина — видимо, тот самый, что привлек ее внимание. Она улыбнулась, подумав, что если уж Саманта кем-нибудь заинтересовалась, то у «жертвы» не было шансов уйти непокоренным.

Подруга умело использовала свое очарование. Вот и сейчас — кажется, она и ее новый знакомый вели непринужденную беседу. Потом они обменяются телефонными номерами, а через пару дней он позвонит ей. Обязательно позвонит.

Маргарет подошла поближе, встав так, чтобы Саманта видела ее, а мужчина нет.

— Мне уйти? Я помешаю? — спросила она одними губами, давая понять, что тут же исчезнет, если подруге будет угодно.

Но та качнула головой — «Нет, останься, все в порядке».

Маргарет оглядела сидящего к ней спиной мужчину. Да, кажется, этот экземпляр достоин того, чтобы с ним провели вечер. Она заулыбалась, и Саманта, словно прочитав ее мысли, слегка прикусила губу, чтобы не рассмеяться.

— Ну, если ваша подруга уже рассмотрела меня как следует со спины, то, может быть, нам с ней тоже стоит познакомиться? — неожиданно спросил мужчина.

Саманта смущенно закашлялась.

— Простите, я не понимаю, о чем вы, — сказала она.

— Я вижу то, что происходит позади меня, в отражении стакана с виски, — негромко пояснил новый знакомый. — Вот уже полторы минуты за мной стоит светловолосая женщина, и вы подаете друг другу какие-то знаки.

Маргарет закрыла руками рот, чтобы не рассмеяться во весь голос. Вот это да! Как быстро этот человек разгадал их маленькую хитрость!

Саманта же смутилась от этих слов еще больше. А может быть, просто сыграла смущение, что было, в принципе, уже совсем не важно.

— Да, конечно, давайте я вас познакомлю, — проговорила она, обращаясь к мужчине и приглашая жестом подругу занять свое место.

— Эта Маргарет. А это Гарольд.

Маргарет села на высокий стул у барной стойки и вдруг… Она узнала нового знакомого.

— Это вы? — только и смогла выдохнуть пораженно.

— Да. Признаться, я тоже удивлен, — ответил мужчина, хотя выражение его лица изменилось не сильно. Вероятно, он умел скрывать эмоции.

Саманта заинтересованно смотрела на обоих:

— Вы что, знакомы?

— Да, и я не могу назвать это знакомство приятным, — сухо отозвался Гарольд, прикуривая новую сигарету.

— Это мистер Олдман, отец того мальчика, который сегодня, во время экскурсии по террариуму, залез в клетку с удавом, — пояснила Маргарет и добавила: — Согласна, приятного в этом знакомстве мало.

Саманта от удивления чуть не выронила сигарету. Вот так совпадение!

— В любом случае, это же не помешает нам провести вечер вместе, не правда ли? — спросила она, наивно, веря в такую возможность.

— Да, я даже рад, что мы встретились, — заявил Гарольд Олдман, делая глоток виски. — Вы ведь так неожиданно уволились, что мне даже не удалось с вами поговорить. А мне бы очень хотелось выяснить, как же так получилось, что мой сын оказался в компании с удавом?

Он говорил таким тоном, что мечты Саманты о том, что «мирное сосуществование двух сверхдержав» возможно, тут же разбились о реальность.

— Я признаю, что это моя вина, но я попросила бы разговаривать со мной более уважительно, — парировала Маргарет, почти залпом опрокидывая бокал, заботливо наполненный барменом.

— С кем? С вами? С вами я буду разговаривать так, как посчитаю нужным, — довольно грубо ответил мистер Олдман.

Саманта вжала голову в плечи. Так получилось, что она оказалась на линии огня — между двумя людьми, которые, кажется, забыли о правилах хорошего тона и о том, что находятся в публичном месте.

— Знаете что? Думаю, эта история бы не случилась, если бы ваш сын был более послушным. А он был бы более послушным, если бы вы им занимались, а не сидели вечерами в баре и не заводили знакомств с женщинами.

Маргарет, кажется, начала выходить из себя. Говорила она так гневно, что даже бармен отошел подальше от шумной троицы. На всякий случай.

Гарольд Олдман расхохотался так, словно не слышал в своей жизни ничего более смешного.

— Простите, я не расслышал, — сквозь смех сказал он. — Вы, кажется, принялись меня учить жизни? А кто вы, стесняюсь спросить? Одинокая, никому не нужная дамочка, у которой нет семьи и поэтому она проводит вечера в баре?

— Это уж слишком! — воскликнула Маргарет.

Она вскочила со стула, закинула сумку на плечо и бросила презрительный взгляд на хама:

— Мне искренне жаль, что у Джастина такой отец, как вы! — выпалила она, после чего повернулась к подруге и заявила: — Я ухожу. Если тебе приятна компания этого нахала, то можешь остаться.

Саманта поспешно принялась рыться в кошельке, чтобы расплатиться с барменом:

— Нет, подожди меня, уйдем вместе…

Она с сожалением посмотрела на мужчину, который невозмутимо пил виски. И даже не глядел в их сторону, повернувшись всем корпусом к пианисту.

В первые минуты этот Гарольд показался ей таким милым! А на самом деле…

Саманта вздохнула, выложила деньги на барную стойку, пробурчала «до свидания» и бросилась догонять подругу.

— Маргарет, подожди меня, пожалуйста! — крикнула она.

А когда поравнялась с ней и заглянула в лицо, то увидела, что та плачет.

— Расстроилась? — приобняла ее Саманта. — Вы, конечно, оба хороши. Ругались, как торговки на рынке.

— Он прав, да? — всхлипывая, спросила Маргарет. — Я никому не нужна, поэтому провожу вечера в баре?!

Подруга вздохнула. А ведь всего десять минут назад вечер обещал быть таким приятным…