Охота на наследницу - Эмма Дарси

Ник едва сдерживался, чтобы не вдавить в пол педаль газа ине превысить скорость, настолько ему хотелось поскорее попасть в дом Тессы вРэндвике. Но безрассудному нарушению правил больше не место в его новой жизни,в которой он является отцом. Так же, как нет места и холостяцкому «ламборджини». Тесса права — ему предстоит многое изменить в своей жизни.

Зак очень похож на тебя внешне, но я не хочу, чтобы онпоходил на тебя во всем остальном.

Это колкое замечание было очень созвучно с тем, что Никдумал о своем собственном отце. Он походил на него внешне, но не хотел статьтаким, как он.

Настало время измениться и доказать себе... и Тессе, что онможет стать хорошим мужем и отцом. Пусть пока она не верит в это, но этимвечером она открыла для него дверь в другую жизнь, жизнь с ней и их сыном.

Его не было рядом, когда она была беременна, давала жизнь ихребенку, он даже не знает...

— Зак родился в Лос-Анджелесе?

Он расслышал, как у Тессы сбилось дыхание. Ник крепчесхватился за руль, пообещав себе, что не станет оспаривать ни одно из решений,принятых ею, что выслушает ее внимательно и одобрительно.

 Нет. Я родила его здесь, в Сиднее, в частной клинике. — Онаглубоко вздохнула. — Я не уезжала в Лос-Анджелес, Ник. Я вовсе не была нужнаматери — я не вписываюсь в ее жизнь, равно как и в твою. Я просто использовалаЛос-Анджелес как предлог, чтобы исчезнуть из твоего поля зрения.

 Тесса, с тех пор как мы познакомились, ты всегдаприсутствовала в моих мыслях. И чем дольше мы были знакомы, тем больше места тыв них занимала.

Ник уловил странную вспышку в ее взгляде, как будто онаприкидывала, стоит ему верить или нет.

 Мне не очень нравилось вести дела с твоим помощником. Яскучал по тебе, Тесса. Скучал по твоему юмору, по твоей оценке того, что яделаю, по чувственным зарядам...

 Ник, мы всегда говорили только о деле, — пылко возразилаТесса, удивленная такой интерпретацией их деловых встреч.

 Перестань! — насмешливо ответил Ник. — Между нами всегдабыл секс, даже когда его еще не было. Ты же понимаешь, о чем я?

 Но у нас были платонические отношения!

 Да между нами молнии сверкали!

 Тогда почему ты так повел себя после...

 Потому что мы зашли слишком далеко и наши отношения вышлииз-под контроля. Все изменилось после той ночи, мы слишком быстро и слишкомдалеко зашли, и то, что мы чувствовали, было слишком глубоко и серьезно. Акогда все становится слишком серьезно, появляются чувство собственничества,ревность, рабская зависимость. Люди глупеют и выставляют себя дураками, стоитим позволить гормонам взять верх над разумом. Я и сейчас считаю, что в тотмомент нам не стоило продолжать наши отношения. Мне не нравится кому-топринадлежать...

У Тессы вырвался нервный смешок.

— Придется смириться, потому что ты будешь принадлежать,если в твое сердце войдет ребенок.

Да, Тесса права. Сегодня речь идет не о мужчине и женщине,не о сексуальном притяжении между ним и ею, а о ребенке, их сыне.

На пороге их встретила няня, которой Тесса представила егокоротко и определенно:

— Это Ник Рамирес, отец Зака.

Затем она стала расспрашивать няню, как прошел вечер и непросыпался ли еще ребенок для ночного кормления. Оставив их на пороге детской,няня удалилась. Тесса пристально посмотрела на Ника — ему показалось, что надего головой занесли топор,— и пригласила войти. По телу Ника как будто прошелэлектрический разряд, когда он увидел плетеную детскую колыбель. Готов ли онотдать свое сердце ребенку?

Он заставил себя приблизиться к колыбели, понимая, чтосомневаться и отступать поздно. Кроме того, детская не была тем местом, гдеследует принимать жизненно важные решения. Ребенок в колыбели был его плотью икровью, неразрывно и навсегда связан с ним. Они принадлежали друг другу смомента, когда Зак был зачат, и будут принадлежать всю жизнь.

Ник почувствовал, как спадает напряжение, и заглянул вколыбель с трепетом, но без страха.

 Какой маленький... — прошептал он благоговейно.

 На самом деле Зак достаточно крупный для своего возраста, —сухо проинформировала его Тесса.

Крупный?

Ребенок казался Нику невообразимо маленьким и хрупким, а вспеленатом виде и вовсе походил на египетскую мумию. Видно было только личико —с пропорциональными, правильными чертами и прижатыми к голове ушами, что, помнению Ника, было очень важно для мальчика. У него были черные волосенки игустые длинные реснички. Ник сразу же решил, что обязательно научит сына всеммальчишеским умениям, и тогда его даже при таком сочетании никто не осмелитсядразнить девчонкой.

Маленькая ямка в центре подбородка, точно такая же, как усамого Ника, как магнитом притянула его палец. Какая мягкая, нежная кожа! Никне справился с желанием коснуться ее снова и снова, улыбнувшись недовольномувздоху, который издал его сын, и мысленно сказал ему: «Привет, Зак. Это я, твойпапа».

Ребенок как будто услышал, поскольку запеленатый свертокначал извиваться, пытаясь высвободиться, брови на маленьком личике удивленноизогнулись, затем нахмурились, маленький ротик приоткрылся и издалоглушительный крик.