Медовый месяц в пустыне - Энн Уил

– Поездом – сутки. На автобусе вообще очень сложно: на это решаются только самые отчаянные путешественники. А самолетом – около трех часов. К тому же вид крепости с воздуха великолепен. Незабываемое зрелище.

– Здравствуйте, мисс Доусон. Рад встрече с вами. Добро пожаловать в Карангар.

Николь пожала руку принцу Керси. Ей показалось, что она ни разу в жизни не встречала более привлекательного мужчину – эта привлекательность сразу же бросалась в глаза. Чуть ниже Алекса, но столь же широкоплечий, он обладал внешностью, которая обеспечила бы ему лучшие роли в фильмах, лучшие подиумы и обложки журналов. Но роль принца была предопределена еще до его рождения.

Он был необыкновенно обаятелен. Но, по мнению Николь, ему недоставало чего-то, что было у Алекса. Она не сомневалась, что большинство женщин безоговорочно указали бы на принца, если бы им дали возможность выбора между ним и Алексом – даже не зная о его родовитости и высоком статусе. Но как ни странно, в нем Николь не заметила той властности, железной закалки и силы, которые она видела в Страфалене.

За ленчем, в неформальной уютной обстановке, принц оказался приятным и открытым собеседником. Николь поняла, что он и Страфален находятся в очень добрых отношениях.

Выпив чашку кофе, Алекс извинился, сказав, что у него много дел, и собрался уходить. Николь подумала, что это означает, будто ей тоже пора, поэтому поднялась.

– Нет-нет, не уходите, Николь. Я бы хотел, чтобы вы ненадолго остались.

Страфален покинул их, и принц заговорил:

– Мне показалось, что поведение Алекса вас немного волнует, Я слышал, некоторые говорят о том, что он просто невыносим, и иногда это действительно так – особенно с привлекательными женщинами. На это есть свои причины, о которых я расскажу вам позднее, когда вы освоитесь здесь.

А пока не расстраивайтесь и не принимайте близко к сердцу, если иногда он будет вести себя резко или вдруг сорвется. Знаете, как говорится, лает, да не кусает. И с ним легко поладить, если, конечно, не выводить его из себя, чего вы, я думаю, никогда не станете делать.

– Постараюсь, – ответила Николь.

Ее разбирало любопытство по поводу этих таинственных причин. Интересно, как бы отреагировал принц, узнав, что Страфален уже приставал к ней?

– Мы познакомились в Итоне, – продолжал принц. – Я тогда ужасно тосковал по дому, меня все раздражало. Не хватало того яркого, красочного мира, к которому я привык. Алекс был единственным человеком, который понимал меня. Он помог мне пережить то нелегкое для меня время, и я навсегда перед ним в долгу. А сейчас давайте я покажу вам комнату, которая была приготовлена для вас. Надеюсь, вы не будете грустить по дому.

– Я просто уверена в этом, Ваше Высочество.

– Дам не обязательно вести себя со мной официально в неформальной обстановке. Мои люди и жители Карангара по-прежнему обращаются ко мне так, как обращались к моему отцу и деду, хотя это было упразднено еще в 1971 году. Но привычки живут долго. Особенно в таких отдаленных местах, как это.

Николь лежала на диване в своей гостиной, когда услышала стук в дверь. Не зная, как сказать на хинди «Войдите», она спрыгнула на пол и пошла открывать. Но на полпути остановилась, потому что Алекс сам зашел в комнату.

– Привет. Как вы тут устроились?

– Немного непривычно – так много простора.

Эта гостиная, еще спальня, кабинет, в два раза больше ее, да еще мой собственный садик и балкон. Я не привыкла к такому.

Николь вспомнила, что Алекс, как и принц Керси, учился в одном из самых знаменитых университетов Англии. Только самые богатые люди могли отправлять туда учиться своих сыновей. И хотя Алекс был лишен снобизма и высокомерия, присущего представителям высших классов, наверняка он вышел из очень состоятельной семьи.

– Вы скоро привыкнете. Уже видели вашу горничную?

– Еще нет, но, похоже, это она распаковала мои вещи, пока мы обедали.

– Ее зовут Тара, что в переводе с хинди означает «звезда». Если какие-то вещи нужно погладить, оставьте их, и к нашему возвращению они будут готовы.

– А куда мы идем?

– Я приглашаю вас на прогулку по старому городу, если вы, конечно, не против. Можете просто сказать «нет», как прошлой ночью, – добавил он, обезоруживая ее своей улыбкой.

Николь решила не принимать его флирта всерьез.

– На предложение прогуляться я всегда отвечу «да». Только сначала мне нужно переобуться. Что лучше надеть на сегодняшний ужин?

– Это будет что-то вроде небольшого приема в отеле. Одеваться здесь принято просто, но со вкусом. Юбка и блузка, в которых вы были вчера, вполне подойдут.

– Присядьте, я сейчас вернусь.

Николь прошла в спальню. В большом шкафу, где горничная развесила ее одежду, некоторых вещей недоставало, не было там и вчерашних блузки с юбкой. Выбрав другую одежду, она оставила ее на кровати, надела более удобные туфли и вышла.

– Поначалу во дворце нетрудно заблудиться, сказал ей Алекс. – Вы хорошо ориентируетесь?

– Не знаю, – пожала она плечами.

– Скоро вы изучите все закоулки. Сейчас мы идем самой кратчайшей дорогой.

Пересекающимися между собой ходами и лестницами они шли по дворцу. В нише стены, у двери, дремал пожилой мужчина в ярком тюрбане. Услышав их шаги, он вскочил и поклонился.

– Это сторож, – пояснил Алекс, обменявшись с ним дружелюбными приветствиями, и повел Николь дальше. – Этот вход уже очень редко используется, но принц не хочет увольнять старика.

– Принц Керси рассказывал, что вы учились вместе в университете. Говорил, что часто бывал у вас дома и что вы иногда приезжали сюда.

– Верно… мы уже давно знакомы. Он очень милый, правда?

– Да, он красив… и обаятелен, – согласилась Николь. – А почему он не женат?

– Потому что пока предпочитает быть один, сухо ответил Алекс. – Сегодня вы увидите его в действии, если среди гостей будут женщины, которые его заинтересуют. Принц большой ловелас.

Не говорите потом, что я вас не предупреждал.

– А вы с ним чем-то похожи.

– Мы близкие друзья, но похожими нас назвать нельзя.

– Но вчера вы тоже производили впечатление ловеласа, – не удержалась Николь.

– Неужели вы сожалеете о том, что я нахожу вас привлекательной? – спросил Алекс. – Нет, я на это не куплюсь. Вы чувствуете то же, что и я, Николь.

Это влечение взаимно, как чаще всего и бывает.

Скажите мне, положа руку на сердце, что вы ничего ко мне не чувствуете, и я отступлю. Останусь в стороне, на почтительном расстоянии от вас.

Помолчав, Николь сказала: