Дьявол по имени Любовь - Линда Чейтер

— От вас, Хариэт, я ожидал чего-нибудь более оригинального. Предлагаю вам перестать скандалить и выпить со мной. Помните, бутылки хватит надолго, если вы будете пить в моем обществе.

Я пыталась придумать хлесткий ответ, но сейчас больше всего нуждалась в выпивке. Я отхлебнула добрый глоток того, что мне налил он, и снова наполнила стакан, наслаждаясь теплом, распространявшимся по всему моему телу. Остатки утреннего похмелья рассеивались.

— Думаю, пора вам мне кое-что объяснить. — Я с вызовом посмотрела на Мефисто. — И пожалуйста, уберите ваши грязные башмаки с моего дивана.

Он оглядел свои башмаки с таким удивлением, будто видел их впервые в жизни.

— С вашего дивана? О! Понимаю!

Мефисто пожал плечами и лениво спустил на пол ноги в черных кожаных башмаках. Потертые джинсы ковбойского покроя тесно облегали его бедра. Он закатал рукава джемпера до локтей, обнажив руки, густо поросшие черными волосами.

— Ну? — вопросила я.

— «Порой нескромность лишь одна / Для нас полезна и ценна».

Опять он принялся за свои цитаты. Кого же Мефисто процитировал на этот раз — Марло или Гёте?

— Послушайте, — снова начала я, стараясь говорить веско и убедительно, с мудростью, приличествующей моему возрасту. — Думаю, вымысел перемешался у вас в голове с действительностью. Все это очень забавно, но вернитесь на минуту к реальной жизни и скажите, что вы здесь делаете?

— Проблемы не только у меня, Хариэт. Это вы не отличаете фантазий от действительности. Как заставить вас поверить мне?

— Поверить, что вы дьявол? — Я рассмеялась. — Очень убедительно! Неужели вы полагаете, что меня впечатлили ваши салонные фокусы?

Мефисто пристально посмотрел на меня, и я почувствовала какое-то странное жжение в желудке, не имевшее никакого отношения к выпитому виски. Мое бедное тело, введенное в заблуждение, подавало сигналы бедствия: в нем происходили какие-то химические процессы, порождавшие желание. Мефисто подвинулся ближе ко мне, продолжая гипнотизировать меня взглядом, потом сделал мгновенное змеиное движение рукой и провел ею по моей ноге.

— Вы ведь находите меня привлекательным? Не так ли?

— Нет!

Я вскочила на ноги и, дрожа, отпрянула от него. Могла ли я даже в мыслях допустить такое? Женщина моего возраста! Это же гнусно!

И все-таки это было правдой. Я чувствовала странное возбуждение — сочетание желания и отвращения. Стоя спиной к окну, я попыталась объективно оценить случившееся. Нечесаный, неопрятный молодой человек, смуглый и по-своему красивый, внешне смахивающий на цыгана, короче говоря, авантюрист. У него неординарное, своеобразное лицо смутьяна, бунтовщика. Жесткий очерк рта намекал на то, что наслаждения ему неведомы, и все же его губы искушали желание. В нем причудливо сочетались цинизм и холодность. Этот человек явно не знал, что такое чувства или угрызения совести. Он опасен, ему нельзя доверять.

— Я хочу вас, Хариэт, — сказал Мефисто.

— О чем это вы? — растерялась я. — Мне впору быть вашей…

Он со смехом перебил меня:

— Я говорю о желании совсем другого рода. А то, о чем вы подумали, подождет до лучших времен.

— Но вы сказали…

Лицо мое заливал горячий румянец. Ведь только дура могла вообразить, будто его привлекает такая безобразная старая женщина, как я!

— Мне нужно не ваше тело, Хариэт. — Глаза его насмешливо блеснули. — Мне нужна ваша душа. И я хочу, чтобы вы отдали ее мне добровольно. Вот почему я намерен доказать вам, что говорю правду. Идите сюда.

Что он собирался сделать? Я издала слабый стон протеста, но тут же почувствовала, что воля моя слабеет. Я была в его власти. Меня больше не волновало, что со мной произойдет. Никого это никогда не волновало и в прошлом. Так почему же должно волновать меня? Я пересекла комнату и остановилась напротив Мефисто.

— Сядьте, — приказал он. — Я вам кое-что покажу.

«Воскресенье, 14 декабря.

Не могу поверить, что это случилось со мной. Я записываю все, желая доказать себе, что не схожу с ума. Возможно, через несколько дней или через несколько лет я вспомню об этом и посмеюсь над собственной глупостью — над заблуждениями отчаявшейся старой женщины. Однако сейчас, в эту самую минуту, я убеждена: случившееся реально. Да. Это поворотный момент, которого я ждала всю жизнь.

Сегодня утром я проснулась от звона колоколов. Каждое воскресенье они нарушают мой покой, но сегодня впервые я поняла почему, поняла цель этого — Господь призывает к покаянию и искуплению последние заблудшие души. Разве есть надежда для такой заблудшей души, как моя?

Прошлой ночью я была готова согрешить, но это грех в глазах других людей, а не моих собственных. Мефисто так молод, что мог бы быть моим сыном, но зачем отказываться от наслаждения, если оно мне предложено? И к тому же впервые за последние тридцать лет. До самого конца я не сомневалась: он играет со мной в странные игры, маскируя свой интерес к пожилым женщинам странными речами о дьяволе. Чтобы не утаивать правду, скажу: меня возбуждала эта мысль. И я не отказалась бы от такого случая — когда еще он мог бы мне представиться?

Но я совершенно ошиблась в Мефисто. Это вовсе не было игрой. Он не желал моего тела. Прошлой ночью я совершила величайший грех. Я заключила союз с Дьяволом и продала ему свою душу.

Как мне в это поверить? Я не верю в Бога, так почему должна считать, что существование Дьявола заслуживает большего доверия? Как Мефисто сумел убедить меня?

Верно, это оказалось фокусом, но совсем не таким, как я думала. Этот фокус нельзя объяснить совпадением, более того, я убеждена, что это не так. Известно, что вероятность совпадения — одно на четырнадцать миллионов. За полчаса до того, как прошлой ночью начался розыгрыш Национальной лотереи, Мефисто назвал номера, которые выиграют. Он написал их на обороте квитанции кассы Сэйнсбери и вложил бумажку в мою руку. Прошло полчаса. Если бы я побежала в газетный киоск и купила лотерейный билет, то наутро стала бы миллионершей. Но я, разумеется, этого не сделала, а только посмеялась над ним. Я продолжала смеяться, пока шла глупая телепрограмма, которую Мефисто заставил меня смотреть, все идиотские номера с цыганским предсказанием судьбы и вращающимися шариками. Потом, когда были выбраны и оглашены номера лотерейных билетов, я поняла, что шутка окончена. Уже не смеясь, я стала внимательно слушать его. Потому что он и в самом деле обладал магической силой. И предлагал мне нечто такое, чего нельзя купить за деньги. Молодость. Молодость и красоту. Шанс получить компенсацию за все попусту растраченные годы.

Сначала условия договора показались мне очень простыми. Еще двадцать пять лет молодости и красоты в обмен на мою душу. Я спросила, как он ее потребует и когда?

Мефисто гарантировал мне двадцать пять лет, если, конечно, я не буду бросаться под автобусы или делать тому подобные глупости. Что же касается всего прочего, то я должна рискнуть. Он придет за мной, когда сочтет нужным. Тогда я умру и отправлюсь в ад, как любая другая грешница или грешник.