Не обязан жениться - Люси Монро

Надежда пугала сильнее всего. Мало кто понимает всю разрушительность этого чувства. Особенно для того, чьи надежды не раз и не два оказывались стертыми в пыль. Вера в того, кто неизбежно тебя разочарует, стоит дорого. Как, к примеру, вера в ее папочку – такого обаятельного, знаменитого и бесконечно далекого.

Решив, что чем расслабленнее будет себя чувствовать Макс, тем лучше, она налила ему виски. Обернувшись, она увидела, что он стоит совсем рядом с ней, и в испуге отпрянула.

– Осторожнее! – Он попытался подхватить ее.

– Не надо истерик. – Она вновь отстранилась от него. – Я не собиралась падать и не испугалась бы, если бы ты не нависал надо мной. Возьми виски и сядь.

Он нахмурился, но затем, покорно кивнув, уселся на свое место.

Джиллиан не понимала, как ей вести себя с Максом – таким удивительно смирным. Может, дело было в буре гормонов, вызванной беременностью, но ей не хотелось облегчать ему задачу, какой бы она ни была.

Сев к столу, она взяла из миски горсть попкорна и начала бросать в рот по одному зернышку. Желудок требовал пищи, и она не собиралась разводить церемонии.

– Это твой ужин? – изумленно спросил Макс.

– Да.

– Не особо питательный.

– Вполне нормальный.

– Но…

– Ты пришел обсудить мою диету или у тебя на уме что-то другое? – раздраженно закатила глаза Джиллиан. – Надеюсь, о наших прошлых отношениях не узнали журналисты? – Эта перспектива ее по-настоящему пугала.

– Нет.

– Отлично.

– Да, это все усложнило бы. Сейчас нам это совсем не нужно.

– Что усложнило бы? Чего ты хочешь, Макс?

– Ты не понимаешь?

Ей хотелось верить, что он пришел потому, что не может жить без тебя. Но она понимала: подобные сказки с ней не случаются.

– Нет, – ответила она.

– Мы оказались в деликатной ситуации, и, если мы не разрешим ее правильно, это испортит жизнь нам обоим.

– В деликатной ситуации?

– Не притворяйся. Я все знаю.

– Знаешь?

Что же он знает?

Он опустил взгляд на ее живот, затем вновь посмотрел ей прямо в глаза.

Джиллиан охватил ужас. Он знает. Но как он мог узнать о ее беременности?

– Либо говори, зачем пришел, либо пей свой виски и убирайся.

– Ребенок.

– Как? – требовательно спросила она. Ее надежды рухнули под грузом реальности. Опять.

Он пришел не потому, что тосковал по ней и не мог без нее жить. Он вообще не думал о ней.

– Демьян.

– Что Демьян? Подкупил моего врача, чтобы та рассказала ему? Но зачем?

Все это казалось совершеннейшей нелепицей.

– Он провел расследование. Обычное расследование после завершения отношений.

– Ты шпионил за мной? – От мысли о том, что за ней следили чужие глаза, ее затошнило.

Она никогда не думала, что роман с принцем будет чреват подобными сложностями. Они так старались скрыть свой роман от глаз прессы! Она даже не думала, что угроза ее частной жизни будет исходить от Макса.

Ей следовало подумать об этом раньше. Но тогда ей застила глаза любовь к Максу.

– Я не шпионил. Хотя должен был. Когда ты собиралась меня известить? Или хотела отомстить, промолчав?

– Идиотский вопрос. Когда я дала повод подозревать, что считаю возможным заставлять детей расплачиваться за родительские ошибки?

Она бросила в него вопрос, как перчатку. Макс понимал, что не имеет права ее подбирать.

Джиллиан была права. Ею не двигали ни месть, ни ненависть.

В конце концов, уже будучи взрослой, она поддерживала отношения с родителями, бросившими ее еще младенцем. Это было достаточным доказательством, что понять и простить Джиллиан умела лучше большинства людей.

– Прости. Я не имел права такое предполагать, – проговорил Макс. А он-то думал, что не умеет извиняться! – Когда ты собиралась сказать мне?

– Когда закончится первый триместр.

– Но ты же понимаешь: чем скорее я обо всем узнаю и чем скорее мы можем предпринять все необходимое, тем будет лучше.

– Предпринять все необходимое? – искренне изумилась она.

– Пожениться.

А что еще они могли сделать?

– Ясно.

Ее совершенно не радовала подобная перспектива. А ведь еще десять недель назад она только об этом и мечтала!

Теперь он понимал: тогда она не знала, что та ночь должна была стать для них последней. У него было время обо всем подумать… много времени. И в итоге он пришел к самым неутешительным для себя выводам. В ее глазах он выглядел явно не лучшим образом.

Он это прекрасно понимал.

Теперь он мог даже понять, почему она тогда вызвала охрану. Правда, не до конца. Хотя в будущем, конечно, подобные срывы недопустимы.

Его мать сумеет объяснить это женщине, которой в будущем предстоит стать королевой.

Ну, а сейчас им и так надо многое обсудить, так что с обсуждением прошлых поступков можно и подождать.

– Ты многое воспринимаешь как должное, – задумчиво произнесла Джиллиан, не дав ему произнести ни слова в ответ на ее безразличное «ясно».

– Мой ребенок – наследник трона Воларуса.

– Даже если родится девочка? – Голубые глаза Джиллиан сверкнули.

– Да. Корона передается старшему наследнику монарха, вне зависимости от пола.

– Что ж, прогрессивно.

– Не особенно. Многие монархии не смотрят на пол наследника при передаче короны.

– Правда? Я не знала. – Джиллиан ссыпала в миску остатки попкорна и подвинула стакан с молоком несколько правее.

– Хотя поколение моего отца не назовешь особо прогрессивным, – признался Макс.

– В каком смысле?

– Обычно дети королевской семьи делят между собой роли – кто-то занимается управлением страной, кто-то – бизнесом. Но отец не захотел допустить свою сестру к управлению компанией «Юркович-Таннер».

– Ясно. – Джиллиан явно рассчитывала услышать нечто иное.

– К появлению наследников он тоже подошел по старинке.

Отец Макса женился на его матери лишь ради детей: женщина, которую он любил, не могла родить. И чем все закончилось? Единственный ребенок – и полный разлад в семье.

– Действительно.

Макс и сам не одобрял такое положение дел, но то, что Джиллиан так легко согласилась с ним, укололо его фамильную гордость. Однако оправдывать отца он не стал.