Подчиниться его приказу - Кейт Хьюит

Изумленная и завороженная, Оливия смотрела на свое отражение. Если с темными волосами она не сразу узнала себя в зеркале, то теперь на нее глядела совершенно незнакомая женщина в арабских одеждах. Чадра скрывала ее лицо до самых глаз непривычного серого цвета и прятала большую часть волос, за исключением нескольких прядей на лбу, а фигуру окутывал пышный арабский наряд, серый с серебряными нитями.

Она не могла представить такой наряд на элегантной королеве Елене, но, наверное, и той пришлось бы облачиться в чадру, окажись она здесь. Однако вместо нее он оказался на Оливии. И, несмотря на свое согласие на эту авантюру, она до сих пор не могла поверить в реальность происходящего. А улыбка, которой Азиз ответил на ее согласие, пробуждала в ней чувства, которых она никогда в жизни не ожидала испытать снова. Не могла себе позволить.

И все же она согласилась ему помочь, потому что хотела быть с ним. Рядом с Азизом она сама себе нравилась. Чувствовала себя действительно собой, той, какой была раньше – легкой, счастливой, полной надежд…

В дверь постучали, и в комнате появился Малик.

– Мисс Эллис… – Он окинул ее темным взглядом и одобрительно кивнул. – Превосходно.

– В таком наряде никого не узнать, – сказала Оливия, и на суровом лице Малика мелькнула едва заметная улыбка.

– На нашу удачу. Вы готовы?

– Насколько это возможно.

Подол шелестел по полу, и Оливия чувствовала себя странно, словно одета в карнавальный костюм. Словно все время ждала, что кто-то сорвет с нее чадру и со смехом скажет, что ее узнали.

– Шейх Азиз, – провозгласил Малик, распахивая двери и впуская Оливию в изысканную гостиную. Азиз тоже был одет в традиционные одежды, с тюрбаном на голове.

– Тебе идут темные волосы. И, как ни странно, весь этот наряд, – сказал он в качестве приветствия, улыбаясь настолько заразительно, что Оливия ответила тем же, хотя и знала, что под чадрой этого не видно.

– Хочешь сменить мою рабочую униформу на это?

– Я подумаю, – как будто серьезно ответил Азиз, веселя Оливию еще больше.

– Чувствую я себя глупо.

– Зато выглядишь великолепно. Как может женщина быть такой красивой, даже когда укрыта тканью с ног до головы? – Азиз подошел ближе, окидывая ее медленным взглядом. – Ты прекрасна, Оливия. Совершенно прекрасна. По традиции я должен сравнить тебя с лепестками цветов.

Он игриво подмигнул. Оливия рассмеялась в ответ:

– Это старо, Азиз. Найди новую лесть.

– Это не лесть, если я говорю правду.

Ее охватило удовольствие. Она и вправду чувствовала себя цветком, который наконец полили, и он просыпается навстречу солнцу.

– Учитывая, что я сменила цвет волос и глаз и укрыта с ног до головы, это мало о чем говорит.

– Согласен. Мне больше нравилось вчерашнее вечернее платье.

И снова вспышка удовольствия, глубже и жарче.

– Твой наряд сегодня – это тоже демонстрация уважения к традициям? – Оливия указала взглядом на его одежды и тюрбан, скрывающий темные волосы. Азиз кивнул.

– Я чувствую себя так же странно, как и ты.

– Тебе идет. Одевайся так чаще, – поддразнила его Оливия, поражаясь тому, как рядом с Азизом чувствует себя счастливой и веселой, несмотря на все обстоятельства. У Азиза в глазах прыгали искры. Как может эта легкость и игривость плейбоя сочетаться с глубиной души, с готовностью служить своей стране?

– Тебе нужно выучить несколько фраз на арабском, – сказал Азиз, улыбаясь.

– Зачем? – пораженно воскликнула Оливия.

– Публика этого ожидает; им понравится, что ты говоришь на их языке.

– Но я его не знаю. – Оливия не смогла скрыть нотки паники в голосе.

– Никто не ждет, что ты хорошо его знаешь и даже что ты понимаешь, что говоришь, – успокоил ее Азиз. – Пойдем.

Они сели рядом на диван в уютном алькове. Складки платья Оливии раскинулись поверх подола кафтана Азиза. Она видела сильные линии мышц на его бедре и не могла отвести взгляд, внезапно словно завороженная. Почему она не чувствовала себя так, когда они сидели бок о бок в Париже, проверяя счета?

Потому что тогда она еще не была по-настоящему живой. Как сейчас.

Она с трудом втянула воздух и разгладила подол, чтобы чем-то занять руки и отвлечься от разглядывания мужчины.

– Ладно. Что мне нужно говорить?

– Начнем с приветствия. «Ассалам алейкум».

Его голос, мягкий и густой, как бархат, ласкал звуки незнакомых слов, превращая их в соблазн, хотя они означали всего лишь приветствие.

– Оливия? – Он выгнул брови в ожидании. Оливия поняла, что просто смотрит перед собой. Ее тело и разум были перегружены ощущениями от его близости.

– Ассалам алейкум, – повторила она, пытаясь не краснеть, словно Азиз мог прочитать ее мысли, угадать реакцию ее тела.

– Попробуем еще раз, – сказал Азиз с улыбкой, которая заставляла ее сердце биться чаще.

– Я не могу справиться с волнением, мне страшно, – пробормотала Оливия.