Соблазнение не по сценарию - Чарлин Сэндс

Возможно, никогда.

Мия открыла свою сумочку, достала оттуда ключ и вручила его Адаму.

– Добро пожаловать.

– Хвала небесам, – облегченно вздохнул он.

Мия вдруг подумала о детских принадлежностях Розы, которые могли быть разбросаны по квартире. Мысленно представив себе каждую из комнат, она все же решила, что бояться нечего. Ей не хотелось отказывать Адаму, и через несколько секунд они зашли в дом.

Она ожидала, что он начнет срывать с нее одежду, но этого не случилось. Адам взял ее руку и приложил к своим губам.

– Мия, это чистое безумие, но я не хочу торопить тебя.

Адам оказался очень рассудительным. Даже в пылу страсти он боялся ранить ее чувства. Его глаза горели желанием, но он взял себя в руки.

– Адам, все в порядке, – мягко ответила Мия.

Она стянула с него пиджак, и Адам расстегнул верхнюю пуговицу своей рубашки. Мия взяла его за руку и повела к дивану. Адам присел и притянул ее к себе на колени.

– Ты восхитительна.

Мия ухватилась за его плечи и скользнула рукой под его рубашку, ощутив жар его мускулистого тела. Все потеряло смысл. Остался только Адам.

Он слегка наклонил Мию и стянул с ее плеча лямку платья, обнажив ее грудь, изогнувшуюся навстречу ему, когда он прильнул к ее тугому соску.

Мия снова застонала и заерзала, но он крепко держал ее в своих руках, покусывая ее набухшие груди, доставляя ей мучительное наслаждение. Низ ее живота начал пульсировать от возрастающего возбуждения.

Адам поднял край ее платья, и его рука скользнула по шелковистой коже Мии. Его пальцы ласкали ее бедра, все ближе подбираясь к ее разгоряченной сердцевине.

– Ты хочешь этого, не так ли? – уточнил Адам, дразня Мию своими ласками.

– Да, – прошептала она, – хочу.

Никогда тело Мии не откликалось с такой готовностью на ласки мужчины, и она не стыдилась того, что практически попросила Адама овладеть ею.

Его пальцы скользнули под ее кружевные трусики, и Мия вздрогнула от его прикосновения.

– Расслабься. Я не причиню тебе боли.

Мия молча кивнула, не в силах произнести ни слова.

Она задрожала, когда Адам начал ласкать ее. Его губы на ее губах, их языки переплелись, а его пальцы доставляли ей такое наслаждение, что ей показалось, будто она отрывается от земли и улетает куда-то высоко-высоко.

– Мия, – прорычал Адам, и его ласки стали еще более настойчивыми.

Вскоре ее тело начало содрогаться, освобождаясь от напряжения. Мия закрыла глаза и отдалась на волю чувств.

Открыв глаза, Мия встретила взгляд Адама. Его глаза говорили о том, что он готов для большего.

Он поправил платье Мии и поднял ее на руки.

– Дорогая, где твоя спальня? – прошептал он, поцеловав ее в шею.

Она указала рукой в дальний конец коридора.

– Последняя дверь слева.

– Ты в порядке? – спросил он, медленно шагая по коридору.

– Я чувствую себя превосходно. – Она не испытывала ни тени стыда и с нетерпением ждала, когда снова окажется в его объятиях, когда Адам завладеет ею без остатка.

– О себе могу сказать то же самое.

Адам миновал спальню Розы. Дверь, за которой пряталась детская, была закрыта, и Мии вдруг стало неловко. Но она решила не думать ни о чем. Ситуация все больше усложнялась.

Они подошли к двери в ее комнату, и Мия чуть не выпала из рук Адама.

Он споткнулся и упал на колени, но не выпустил Мию. Должно быть, сказывался профессионализм пляжного спасателя.

– Я держу тебя, – тихо рассмеялся он. – Прости. Наверное, я за что-то зацепился.

Он отпустил ее и пошарил руками по полу, подобрав какую-то штуку, которая послужила причиной их падения.

Мия зажмурилась.

– Это что еще за чертовщина?

Адам изумленно уставился на плюшевого снеговика с огромным носом в виде морковки. Это был Олаф, персонаж из мультика «Холодное сердце». Мия вспомнила, как Роза уронила его, когда они собирались к бабушке. Она хотела поднять игрушку, но совершенно о ней забыла.

– Это игрушечный снеговик, я забыла его убрать.

– Ты подрабатываешь няней? Или ты питаешь слабость к таким необычным снеговикам?

Мия вздохнула, потом поднялась с пола и включила свет.

– Мия? Я всего лишь пошутил. Почему ты вдруг стала такой серьезной?

У нее на глазах выступили слезы. Этот вечер мог быть совсем другим. Вдруг ей захотелось убежать, скрыться от его взгляда. Может, солгать Адаму? В мечтах Мии Роза принадлежала ей, бабуля жила вечно, и они были дружной счастливой семьей.

– Мия? – поднялся с пола Адам.

– Адам, это Олаф. Это… это любимая игрушка твоей дочери.

Понадобилось некоторое время, чтобы убедить Адама пройти на кухню и усадить его за стол, чтобы все объяснить. Он смотрел на Мию, как на пришельца из космоса.

– Мия, ты ведь пошутила?

– Нет. У тебя есть дочь.

Он отрицательно покачал головой.

– Я жду объяснений. Ты не можешь вот так выдать, что у меня есть дочь, и потом решить, что мы можем обсудить этот вопрос за чашечкой чаю. Ради всего святого, Мия, речь ведь не о погоде. До тебя столько людей пыталось проникнуть на мою территорию и в мою личную жизнь, но ты превзошла всех. У тебя получилось привлечь мое внимание. Даже если это стоило тебе раны на ноге и небольшого кровотечения. Черт побери, ты провела меня. Говори, что тебе нужно, чтобы мы поскорее покончили со всем этим.

– Адам, я не пытаюсь обмануть тебя или нарушить границы твоей драгоценной личной жизни. Ты бы так не говорил, если бы знал малышку Розу. Этот ребенок самый лучший на всем белом свете. – Мия не хотела ссориться с ним. – Мы должны обсудить все в спокойной обстановке.

– Так откуда ты знаешь, что у меня есть дочь? Кем она приходится тебе?

– Она… моя племянница.

– Твоя племянница?! – резко выкрикнул Адам.

– Именно. Год назад ты провел некоторое время с моей сестрой. Ее звали Анна Бюркель.

Адам нахмурился и отвел взгляд, как будто вызывая в памяти страницы из прошлого.

– Она была блондинкой. Очень красивой, и ты… провел с ней одну ночь.

– Она твоя сестра? – удивился Адам.

Дрожащими руками Мия разлила кофе в чашки и поставила их на стол.

– Да, она была моей сестрой.

– Была?

– Она умерла после того, как Роза появилась на свет. Роды были очень тяжелыми.

Адам ни слова не сказал, что сожалеет об утрате Мии. Он был потрясен; глядя ей в глаза, он смотрел сквозь нее.