Невеста с бурным прошлым - Беверли Лонг

– Я решил, что будет лучше для нас обоих, если мы как можно раньше узнаем ответ на этот вопрос.

– А вопрос такой: сбежит ли она, если получит шанс?

– Именно. По крайней мере, здесь тепло и есть торговые автоматы, чтобы не умереть с голоду. Могло быть и хуже.

Она хотела рассердиться, возмутиться, что он расставил ей ловушку. Но что-то подсказывало, что она поступила бы так же. Она стояла молча, глядя в окно. В конце концов повернулась к нему.

– А где именно торговые автоматы?

Он засмеялся, но умолк, потому что на парковку въехали два «мерседеса». Кэл посмотрел в бинокль.

Они припарковались в дальнем ряду, лицом к выезду, чтобы хорошо видеть офис. Невооруженным глазом она видела, что из одной машины никто не вышел. Из другой машины, которая встала в переднем ряду, вышли двое.

– Вы думаете, администратор в опасности? – прошептала она, но тут же поняла, насколько это глупо, ведь ее не могли услышать.

Сейчас, когда эти люди вернулись, страх стеснил ей грудь. Что им нужно от нее? И если у них плохие намерения, могут пострадать невинные люди. Этого нельзя допустить.

– Я об этом думал. И, скорее всего, ему ничего не угрожает. Мертвый администратор посреди Миссури обязательно привлечет внимание. Каждый мотель в стране будет смотреть в оба. Это серьезно помешает им наводить справки о вас в других местах. Думаю, они используют другие меры убеждения.

– Новый смартфон? Неограниченный трафик?

Он улыбнулся и передал ей бинокль.

– Скорее, старые добрые наличные. Присмотритесь хорошенько к этим типам, когда они выйдут из офиса.

– Вы уверены, что парень покажет им номер?

– Он еще подросток, куда ему тягаться с ними. Возьмет деньги, а когда велят ему помалкивать, послушается, иначе не только лишится работы, но и будет рисковать тем, что эти ребята найдут его и воспользуются другими средствами, на которых нет портрета Бенджамина Франклина.

– Вы бы так поступили?

– Вот уж нет. Я бы привел их в пустой номер и вырубил. Подождал бы, пока двум головорезам из второй машины не надоест сидеть без дела и они не выйдут посмотреть, куда подевались друзья. А потом бы вырубил и тех двух.

Если бы так сказал кто-нибудь другой, она посчитала бы его хвастуном. Но Кэл сказал это спокойным тоном, без эмоций, будто для него это обычное дело.

У «морских котиков» прекрасная подготовка. Это факт. И, как она подозревала, они точно знают, на что способны. Иначе у них не хватило бы духу выполнять свои служебные обязанности.

Дверь офиса открылась. Она крепче сжала бинокль. Типы из «мерседеса» вышли вместе с парнем, который даже не надел куртку. Бедняга промерзнет насквозь, пока они осмотрят каждый номер.

Промерзнет, но останется жив. Она вглядывалась в лица мужчин, надеясь, что в памяти что-то всплывет. Никакой реакции. Она увидела шрам, про который говорил Кэл. Очень заметный и, похоже, знаком ей. Однако почему, так и не смогла вспомнить. Она рассмотрела второго, того, что ниже ростом. Его походка тоже показалась зловеще знакомой.

– Знаете их? – спросил Кэл.

– И шрам и походка второго что-то напоминают. Но я не могу понять, может, это потому, что вы мне вчера их описали. Я представила их себе, и теперь кажется, что уже видела раньше. По-моему, я потеряла способность отличать реальное от придуманного.

– Ладно.

– Вы так говорите, будто это ерунда. – Она злилась на себя. – Я знаю не больше, чем десять минут назад. Мы только зря потратили время.

– Я и не рассчитывал, что при виде их к вам вернется память. Хотя попробовать стоило. К тому же я увидел, что хотел.

– И что же?

– Хотел убедиться, что они пока еще не разделились и держатся вместе. По-моему, так они будут действовать и дальше. Двое в другой машине всегда на подхвате. Еще я хотел узнать, сколько им понадобится времени, чтобы вернуться. Вчера они приезжали около шести. Сейчас почти полдень. Прошло восемнадцать часов. Похоже, они спали по очереди, чтобы не терять времени и продолжать поиски. Кажется, догадываюсь, как они установили район поисков.

– Они ищут иголку в стоге сена. Даже если бы я была где-нибудь там, в темноте, в снегу, меня было бы практически невозможно отыскать.

– Я знаю. Но они не бросают. Это дает представление о том, насколько они упорны.

– Какой-то дурдом, – сказала она, глядя, как администратор стучится в двери.

Если никто не отвечал, портье отпирал номер, типы входили и выходили минуту спустя. Некоторые номера были заняты. Если на стук отзывались, следовал короткий разговор, после чего они вновь исчезали внутри и возвращались. Не проходило и минуты.

– Интересно, что они говорят постояльцам.

– Видимо, что они какие-нибудь инспекторы, и им нужно по-быстрому осмотреть номер. Довольных, пожалуй, мало, но раз они так быстро выходят, вряд ли кто-то будет поднимать шум.

– Пусть так. А то, не дай бог, кончится плохо.

И это навсегда останется грузом на ее совести.

Типы заглянули во все восемь комнат первого этажа и направились на второй.

– Мы будем смотреть, пока они не закончат?

– Придется. Нельзя рисковать, нас могут заметить из второй машины.

Но так можно попасть в ловушку, если те решат осмотреть соседний склад.

Она следила за троицей, продолжавшей обход. Парень обхватил себя руками, видно, ужасно замерз. Остальные двое в длинных черных пальто и темных брюках были просто ужасны. У обоих квадратные лица и плоские носы.

– Похожи на братьев, – оценила она, возвращая бинокль.

– По-моему, вы правы. Я сразу не заметил, потому что сосредоточился на походке.

Они смотрели, молча, несколько минут. Подошли к двери номера, где они с Кэлом провели ночь. Постучались. Подождали. Открыли дверь.

Если бы Кэл не вернулся ее предупредить, она могла бы до сих пор находиться там, не зная, что опасность следует по пятам.

– Спасибо. Видимо, я никогда не смогу вам отплатить.

– На моем месте вы поступили бы так же.

Хотелось бы ей так думать. Типы вышли. Проверили последние две комнаты. Вернулись в офис.

«Хоть бы уехали», – подумала она, не желая, чтобы пострадал паренек.

Когда типы вернулись к машине, а парень на свое место, она вздохнула с облегчением. Уезжают. Слава богу.

Но тут же поняла, что типы направляются в сторону склада. Им с Кэлом некуда деваться.