Двое под одной крышей - Юлия Резник

Глава 7

Начало сентября. Тонкий перешеек между знойным будоражащим летом и тоскливой осенней порой. Обманчивое дневное тепло, которое ближе к вечеру сменяется совсем нетеплыми сентябрьскими объятьями. И яркие звезды поздних цветов. Они невероятно, сказочно красивы в своей предсмертной агонии. Будто чувствуют приближающиеся заморозки, и потому спешат продемонстрировать себя во всем многокрасочном великолепии. И, конечно, дожди. Совсем не такие, как летом. Не вызывающие восторга и желания, как в детстве, пробежаться по лужам. Спрятаться бы… Под пледом с чашкой горячего пряного глинтвейна, и носа не высовывать туда, где уныло и хмуро. Где небо оплакивает увядающую красоту лета.

Вот и сейчас была такая погода, которая совершенно не добавляла настроения. А оно у Киры со вчерашнего дня на нуле. Не следовало ей отказывать Соломии Марковне. Возможно, она и вправду могла чем-то помочь Тане. Отвлечь как-то, заговорить… А она просто отмахнулась от человека и его проблем, потому что как-то незаметно настало время, когда любая лишняя информация стала вызывать душевную аллергию. А это нехорошо. Ведь самой порой так хотелось с кем-то поговорить, к кому-то прислониться, задержать в своей ладони чью-то руку подольше. Хотелось банального человеческого участия. Зря она отказалась помочь. Зря! И Соломия Марковна, наверное, теперь о ней не самого лучшего мнения. И, вроде, плевать на это, но что-то гложет и царапает душу. Значит, не совсем очерствела.

Еще немного помаявшись, девушка вышла из своей комнаты, заглянула зачем-то в гостиную. Кирилл читал книгу, полулёжа на диване. И не то, чтобы ей не хотелось по привычке отчитаться, куда она собралась. Вся соль была в том, что это было бы совершенно лишним. Они просто два незнакомца, живущие в одной квартире. А разве люди отчитываются посторонним о своих планах? Нет… Кира тихонько прикрыла дверь и направилась исправлять свои ошибки, в надежде, что ещё не слишком поздно. Нерешительно постучала, справедливо рассудив, что если дети спят, то дверной звонок может их потревожить. Дверь открыла незнакомая рыжая девочка. Кира растерялась.

- Привет, - неуверенно протянула она. - А я соседка Тани, - добавила зачем-то.

- Здравствуйте, - вежливо кивнула девочка. - Проходите. Таня уехала на тренировку. А я приглядываю за близнецами.

От такой новости шагнувшая за порог Кира нерешительно замерла у двери.

- Да вы проходите! Будем знакомиться. Я тоже ваша соседка. Ариадна Измайлова. Четырнадцати лет.

Кира улыбнулась, несколько удивленная витиеватостью Аришиной речи.

- Кира Герр. Двадцати восьми лет. А если точнее, то - зим.

- Значит, зимняя вы у нас?

- Угу.

- А так и не скажешь. Внешность у вас тёплая, как будто осенняя.

- Да разве же осень тёплая? - в который раз изумилась Кира.

- А разве нет? - широко распахнула глаза Ариадна. - Все оттенки осени такие. Золото тополей, багрянец клёнов и рыжина каштанов. А ещё оранжевые гроздья рябины, охровые тыквы, ярко-желтые дыни и янтарные спелые груши…

- И серый мокрый асфальт… - запротестовала Кира, привнося в жизнеутверждающий монолог девочки нотку сварливого пессимизма.

- … покрытый пятнами луж, в которых, как в зеркале, отражается золото тополей, багрянец клёнов…

- … и рыжина каштанов! – рассмеявшись, закончила Кира.

- Да! - кивнула рыжей головой Ариадна, являя совершенно очаровательную улыбку, которую ни в коей мере не портили установленные на зубах брекеты.

Где-то в глубине квартиры захныкал ребёнок.

- Ох! Сашка проснулся! - всплеснула руками девочка и бросилась на звук. Не зная, что еще предпринять, Кира двинулась следом. Ариша ловко подхватила мальчика на руки и поспешила выйти из комнаты:

- Не то Настю разбудит, - пояснила гостье. Та понятливо кивнула головой и с интересом уставилась на ребенка:

- Сколько ему?

- Сашке? Скоро три. Ну, ты чего застеснялся, богатырь? Слезай уже с рук, не то я живот надорву!

- Есть хочу! – прогудел ребенок, совсем не детским баском.

- Мой же ты хороший! – восхитилась Ариадна. - Пойдем в кухню, сейчас подогрею.

Кира внимательно наблюдала за девочкой и ребенком. До этого ей не приходилось общаться с подростками или маленькими детьми, и сейчас она получала совершенно новый жизненный опыт. Ариадна Измайлова оказалась абсолютно не такой, как себе представляла Кира детей в переходном возрасте. В ней не было ни присущего подросткам бунтарства, ни нарочитой независимости в поведении, ни какого бы то ни было максимализма.

- Ты часто помогаешь Тане с близнецами? – поинтересовалась девушка.

- Бывает. Вообще у них есть няня, но сегодня у нее выходной. А мне нравится возиться с Сашкой и Настей, это совсем не трудно.

- Ты, наверное, на братиках-сестричках натренировалась? – улыбаясь, уточнила Кира, с интересом наблюдая за Сашкой, который, хмуро на нее поглядывая, уплетал за обе щеки кашу. Ариша погрустнела:

- Нет. Я – единственный ребенок в семье.

- Жаль. У меня аналогичная ситуация. Но, тебе еще не поздно попросить у родителей сестричку, – пошутила Кира.

- А! Не работают мои просьбы. Им бы с папкой графики работы состыковать – тогда бы, может, что-то и получилось, а так… - Девочка махнула рукой и отвернулась к окну, скрывая тоску в глазах.

Кира не знала, что тут можно ответить. Ей всегда казалось, что в обеспеченных полных семьях дети априори счастливы. Но сейчас она готова была поклясться в обратном.

- Твои родители много работают?

- Всегда. Даже, когда считают, что не работают – они все равно что-то делают. Обновляют почту, отвечают на письма, или разговаривают с кем-то по телефону… А! Не бери в голову… - отмахнулась Ариша и на секунду замолчала, но потом продолжила с азартом в глазах: - Зато они меня воспитали самостоятельной личностью! Представляешь, я сама себе оформила документы на стажировку в Америке, куда ездила этим летом подтянуть язык. По обмену. Так вот, папа мне прямо так и сказал – смогу сама все устроить – поеду! И у меня вышло, представляешь?

Голубые кристально чистые глаза Ариши сияли такой радостью! Может, Кире показалось, что девочка несчастна?

- Я очень рада за тебя. Ты – молодец.

- Угу! – рассмеялась Ариша. – Сашка, ты наелся?

- Угу. А мама с папой на тренировке?

- Угу!

- А мы на улицу пойдем?

- Не-а, смотри, какой там противный дождь – бррр…

- Бллл, – забавно повторил ребенок.

Дверь в кухню приоткрылась, и, шлепая босыми ногами по полу, в комнату вошла девчушка с кривобокими, растрепанными после сна косицами.

- Выспалась, Настюха? – спросила нянька и, дождавшись робкого кивка подопечной, предложила той поесть. Девочка от каши отказалась. Но милостиво согласилась на банан. – Доедайте, и будем играть.