Триумф королевы, или Замуж за палача - Анни Кос

Она недоуменно нахмурилась, пытаясь понять, о чем он говорит. А потом очень серьезно кивнула:

— Я хочу быть с тобой. Раз уж мы столько времени потеряли даром, то хотя бы сегодня.

Она потянулась вперед, теплые ладони скользнули по его замершим плечам, обняли, прижали теснее. Сюзанна привстала и осторожно перебралась к нему на колени, бесстыдно обхватив его талию ногами. Приподнялась, позволив ему прижаться губами к своей обнаженной груди и тихонько застонала от наслаждения, почувствовав, что его тело готово откликнуться на её призыв.

Их первое общее движение было осторожным и нежным, второе — более раскованным и требовательным, третье заставило Макса стиснуть её тонкую талию, задавая ритм, удерживая, не позволяя отдалиться слишком сильно.

Её дыхание стало прерывистым и хриплым, а когда его пальцы прикоснулись к самому чувствительному месту у входа в лоно, с губ сорвался стон. Сюзанна выгнулась дугой в его руках, запрокинув голову и закрыв глаза, растворяясь в ритме, движении, зверином инстинкте. Волна её наслаждения заставила его забыть об осторожности, и отпустить на свободу собственные порывы, двигаясь все резче, все сильнее, получая то, что было нужно уже ему.

С её губ сорвался громкий стон, по телу прокатилась судорога удовольствия.

Демоны с ним, с остальным миром.

У них есть время до утра.

И они используют его целиком.

Глава 44. Сюзанна

Я проснулась задолго до рассвета. Приподнялась, устраивая голову на сгибе локтя и внимательно рассматривая крепко спящего Макса. Одна его рука лежала на моем бедре поверх одеяла, вторую он сунул под подушку в совершенно мальчишеском жесте. Так мог бы спать уставший конюх или крестьянин после долгого дня в поле: расслабленно, спокойно и безмятежно. Лицо линаара терялось в тенях, полоска света на запястье исчезла, будто её и не было. В отличие от меня, Макс сейчас был обычным человеком без свиты из призраков прошлого или надежд на будущее. Боюсь только, ненадолго.

Осторожно выбравшись из постели, я нащупала на полу нижнюю рубашку, сняла с изножья кровати домашний халат и прокралась к выходу из комнаты. Мое появление в коридоре в таком виде могло бы вызвать непонимание слуг, однако одеваться так, как положено, не было ни времени, ни возможности. Вздрагивая от холода и перебирая босыми ногами по каменному полу, я направилась к кабинету хозяина дома.

— Миледи.

Он встал и поклонился, едва свет единственной зажженной лампы упал на моё лицо.

— Я приняла решение.

Он сделал приглашающий жест рукой, указывая на кресло напротив стола. Вместо того, чтобы сесть, я подошла к скульптурному изваянию Солнечного, украшающего дальний угол кабинета, и сняла с мраморного луча белую ленту. Пальцы кольнуло жесткой нитью — вышитые руны и фрагменты молитвы мерцали холодным золотом.

— Позволите?

Фон Кёллер кивнул, ни о чем не спрашивая, я же склонилась над столом, записав на листе бумаги название улицы и номер дома, затем аккуратно свернула ленту и приложила её к листу.

— Отправьте посыльного по этому адресу и передайте человеку, живущему там, имя: Арн Герарт Хельгорн.

— Это решит нашу проблему?

— Да, — внутри всё сжалось. — Да будут боги милостивы к нему и к нам.

Он тяжело вздохнул, немного помедлил, пододвинув записку к себе, потом дернул за шнурок, вызывая слугу.

— Будет сделано.

***

Второй раз я проснулась уже в одиночестве. Тело немного ныло от приятной тяжести, в камине уютно потрескивали свежие поленья. Постель осталась в полном беспорядке, мои вещи валялись по полу, как попало, однако Макса нигде не было. Не было ни его одежды, ни пояса с кинжалом, ни плаща и перчаток. Линаар ушел до прихода слуг, если кто и знал, что произошло этой ночью, то сплетничать им будет особо не о чем.

Я едва успела помыться и обсушиться, когда в комнату постучалась Ками.

— С добрым утром.

Она решительно выгнала прочь служанок, помогавших мне привести себя в порядок и, как когда-то, когда мы обе еще были девчонками, принялась затягивать на мне шнуровку корсета. Платье из тяжелого черного бархата, украшенное вышитым мелкими жемчужинами белым кружевом, она осмотрела придирчиво, но одобрительно. А когда с пуговицами, тесьмой и булавками было покончено, усадила меня перед зеркалом и принялась расчесывать волосы.

— Спасибо, что не оставила сегодня одну, — я поймала её руку, поцеловала ладонь и прижалась к ней щекой.

— А разве ты будешь одна? — по её губам скользнула лукавая улыбка. — Не похоже.

Я подавила смешок и качнула головой:

— Я замужняя женщина, в том, что произошло, нет ничего постыдного.

— А разве что-то произошло? — приподняла бровь Ками, и, клянусь, если бы я не знала подругу достаточно хорошо, то поверила бы в её искреннее недоумение. — Если слуги о чем-то и болтают, то это их дело. Я всего лишь напоминаю, что рядом с тобой будет десяток союзников, и еще сотня будет дышать в спину в ожидании вердикта совета.

Улыбка сползла с моего лица сама собой.

— Да уж. Я и главный гость на пиру и одновременно главное блюдо.

Ками закончила с расчесыванием и приподняла локоны, укладывая их в замысловатое подобие морской раковины. Методично закрепила получившуюся прическу десятком шпилек с крохотными алмазами, потом склонилась, обняв за плечи и всматриваясь в мои глаза через зеркало.

— Ты выглядишь напуганной, — резюмировала она. — То есть собранной, сдержанной, но я-то вижу, что внутри бушует буря. — Она села рядом и взяла мои руки в свои. — Ты уверена, что это того стоит?

— Что именно?

— Всё. Ты добилась очень многого, но и заплатила огромную цену. Не мне напоминать, как высоки ставки. Сейчас у тебя есть титул, деньги, и, кажется, подобие перемирия с самой собой и мужем-полудемоном. Это ли не прекрасный момент для того, чтобы остановиться и подумать, стоит ли заходить дальше? Если ты только позволишь, я сделаю все, чтобы помочь вам с Агнес найти компромисс.

— Лучше пожелай мне удачи и… не иди за мной в зал советов. Вы с Людвигом ни при чем, вас эта схватка не должны задеть.

— Но она уже задела. — Ками встала, упрямо тряхнув головой. — Во всем Лидоре не найти человека, не потерявшего что-то важное за прошедший год. Надеюсь, ты это остановишь, потому что иначе зачем это все?

— Я… — у меня внезапно перехватило дыхание, — я постараюсь. Клянусь.

— Пожелать тебе