Тайны Сумрака - Лилия Альшер

на таком же стуле редкой красоты хрупкая девушка. Её белоснежные волосы, увитые светло-салатовыми лентами, сразу выдавали родственницу Инниарам, а тонкие, удивительно гармоничные черты не оставляли в этом сомнений. На ней было голубовато-зелёное платье, чудно гармонирующее с комплектом из прозрачно-зелёных камней. Глядя на неё, посещало странное желание написать её портрет или восхвалить её прелесть в стихах. Редким очарованием обладала эта дева, покоряющим. Конечно, это была Иллиабель Шанакарт Астель, самая прекрасная женщина, как назвал её Шерри. В груди снова шевельнула острыми когтями ревность и, цапнув за нутро, скрылась.

За спинами первых лиц государства во множестве стояли советники и приближённые. Некоторых Шелара видела на балу у Эльмирриана Инниара, но имён уже не помнила, слишком непривычные. Сам Старейшина Инниар тоже был здесь, рядом с дочерью и князем Тианшелем, также представленным ей вчера. Князь Жемчужного города был сама элегантность в светло-синем костюме и внимательно слушал, что ему рассказывал беловолосый демон. Эльмирриан, заметив Шелару под руку с принцем, чуть отвлёкся от беседы и дружелюбно улыбнулся ей. Она едва кивнула в ответ.

Подведя Шелару к тронному возвышению, Шейлирриан остановился и церемонно поздоровался с семьёй и приближёнными. Селлестераль ответил не менее витиеватыми фразами и обратил взор на Шелару.

– Вы восхитительно выглядите сегодня, графиня Карриан. И у вас чудесная брошь, смею заметить.

– Благодарю вас, Ваше Высочество, – девушка присела в реверансе, касаясь рукой броши. – Это подарок очень дорогого для меня арши.

– Шейлирриан, ваша верность традициям восхищает.

Принц качнул головой, бережно взяв Шелару за бледные ладони.

– Нет, дорогой дядя, к сожалению, это не мой подарок. Брошь подарил графине Его Величество император Эллисандр, когда спас её жизнь и принял под покровительство нашего Рода. И сегодня – великий день для Шанакарта, ибо мне выпала честь представить вам и ко двору найденную мною приёмную дочь императора, принцессу Шелару Шанакарт Астель. Мою наречённую и мою возлюбленную. Которую вскоре я назову супругой.

По мере того, как он говорил, в зале становилось всё тише и тише, его низкий голос гулко отдавался в тронном зале. Когда он договорил, шумный вздох прокатился по залу, единовременно вырвавшись из уст каждого, кто слышал признание первого принца. Он поразил их, поразил в самое сердце. И сейчас толпа волновалась, горела любопытством и возбуждённо перешёптывалась, они были не в силах поверить. Пока.

С тронного возвышения не донеслось ни звука. Лишь лёгкое удивление отразилось в таких разных глазах арши, и ещё больше заледенело бесчувственное лицо Арноиэль, так и не промолвившей ни слова сыну.

Эльмирриан с тихим смешком наклонился к Эжену и что-то с удовольствием шепнул ему на ухо, вызвав такую редкую улыбку на лице князя. Селлестераль выслушал краткую и содержательную речь племянника со скрытой иронией. У всех троих вид был такой, словно они ждали от Шейлирриана чего-то подобного, и наместник это подтвердил, когда неожиданно тёплым голосом заговорил:

– Мы счастливы принять вас в нашу семью, принцесса Шелара. Мы счастливы назвать вас нашей дочерью и нашей сестрой. И этот Летний бал мы хотим посвятить воссоединению семьи и вашей помолвке с моим дорогим племянником. Добро пожаловать домой, принцесса. Займите же место, принадлежащее вам по праву.

Наместник царственно склонил голову, поднимая левую руку и указывая на сторону рядом с Арноиэль. Иллиабель озарилась нежнейшей улыбкой и зааплодировала:

– Поздравляю вас, дорогой племянник, и вас, принцесса! Добро пожаловать в семью!

Её аплодисменты и улыбку подхватил весь зал, буквально взорвавшись ликованием: не каждый день арши ждали подобные новости. И шум всё нарастал и нарастал по мере того, как до каждого доходила мысль, что сию минуту они стали свидетелями долгожданной помолвки наследника. Пусть и с образовавшейся чуть ли не из воздуха принцессой. Под бурю этих неожиданных оваций, гремящих по залу, Шейлирриан величественно провёл Шелару по ступеням тронного возвышения и встал за спиной матери, возле обсидианового трона. Рядом остановилась Шелара, прямо за их плечами встала Айшариль. Она подалась вперёд и прошептала так, чтобы слышали только принц с новоявленной невестой:

– Что это значит? «Место, принадлежащее по праву». Что он задумал?

– Пока не знаю, – сквозь зубы ответил Шейл, с улыбкой кивая ликующей толпе, приложив ладонь к сердцу.

– Кажется, они были готовы, – прошептала Шелара. – Но, может, не стоит здесь это обсуждать?

– Нас не услышат, я позаботилась.

– Ты им ничего вчера не говорила?

– Обижаешь, милый. Наш уговор способствует молчаливости.

– Может быть, случайно?

– Нет.

Между тем, процедура приёма гостей продолжалась, глашатай всё объявлял и объявлял новые лица, они подходили к трону, наместник говорил им что-нибудь традиционное, и зал медленно заполнялся. В воздухе не смолкал лёгкий гул: это присутствующие делились новостями с новоприбывшими. То и дело раздавался чей-нибудь неосторожный возглас изумления.

– Тогда откуда они узнали? – Шейлирриан опустил, наконец, руку и чуть обернулся к Шеларе.

– Возможно, они и не узнавали. Возможно, они хотят, чтобы мы так думали. Я бы так и поступила на их месте.

– А пока занимай место, принадлежащее по праву.

– Жутко звучит.

– Да, что-то в этом есть, – согласился Шейлирриан. – Кстати, вы заметили, что Альшера опять нет?

– Одной проблемой меньше.

Вдруг к ним обратила своё лицо Арноиэль. Её туманные глаза остановились на Шейлирриане, и он наклонился к ней ближе.

– После бала я хотела бы встретиться с тобой в кабинете.

Принц заверил, что